увидел жётло-коричневую пуму. Она бежала рысью впереди, не более, чем в ста ярдах от меня. Пума не видела меня и совершенно не обращала внимания на моё присутствие. Не в силах сопротивляться искушению, я выстрелил в зверя. Конечно, я промахнулся. Всё-таки я стрелял из револьвера типа «бульдог» со ста ярдов. Я ожидал, что выстрел напугает зверя и он убежит, но он повернулся ко мне, вмиг оказался совсем рядом, и приготовился к прыжку. Голова пумы была прижата к земле, круглые глаза горели огнём, а хвост ходил из стороны в сторону. Зверь выглядел диким и опасным. Прячась за велосипедом, я вновь выстрелил. В девяти из десяти случаев, в такой ситуации человек выстрелит выше цели. Я старался избежать этого и выстрелил слишком низко. Пуля попала в землю и выбила столб песка и камней в морду зверя. Возможно, песок попал пуме в глаза, зверь замотал головой, а затем вскочил и скрылся в кустах. Во всё время, что я проезжал по Неваде, не было дня, чтобы мне не приходилось стрелять, рискуя грохнуться с велосипеда. Единственное, чего я хотел добиться выстрелами, чтобы животные не приближались ко мне менее, чем на пару сотен ярдов.
В Элко (Elko) я останавливаюсь на обед. Там я познакомился с человеком с забавным прозвищем Пьяница Билл. Он был, наверное, самым огромным человеком, которого я когда-либо встречал. Он узнал, что я собираюсь объехать на велосипеде вокруг света и принялся рассуждать о тех пустяковых препятствиях, которые мне нужно будет преодолеть: « Есть небольшая возвышенность в Шерман (Sherman). Тебе там надо будет подняться. И ещё совсем маленькая в Оллегхейнисе (Alleghanies). И всё уравняет спуск к Атлантике. Конечно, тебе нужно будет взять лодку, чтобы перескочить через «лягушачье болото» . Ну, а Европа в основном ровная, как и Азия, ну кроме Гималаев, но их ты легко проскочишь, если поработаешь. И, говорят, совсем нет гор в Китае». Несомненно, Пьяница Билл имел ответ на любой вопрос и позволял себе давать жизненные советы разным недоумкам. В своём воображении он видел велосипедиста неким кентавром, парящим как птица-феникс над странами и континентами. И он совершенно игнорировал песчаные пустыни, переправы через стремнины, и даже такой пустяк, как океаны. Его лишь несколько смущали горы. Очевидно, что ни один разумный человек не стал бы следовать советам всезнайки Пьяницы Билла.
Большая часть долины реки Гумбольдта, вдоль которой следует моя дорога, залита водой. Талые потоки стекали со склонов горы Руби Рандж (Ruby Range), вид на которую теперь открывался с юго-востока. К востоку от Осино-каньона (Osino), где Норт Фок (North Fork) приходит с севера и сливается с основным потоком Гумбольдта, есть большой участок заболоченной земли, на которой живут большие стаи уток и гусей. Я вволю настрелялся по этим птицам.
Вечером, когда я писал эти заметки в комнате, примыкающей к бару в Холлек (Halleck) , я подслушал пьяный разговор местных солдат. Один из них сообщал своим товарищам, что сорок пять миль в час (больше 70 км/ч) - совершенно обыкновенная скорость для путешествия на велосипеде. Постепенно я приближался к истоку Гумбольдта, а в городе Уэльс (Wells) я попрощаюсь с ним навсегда. Уэльсом также называется и группа источников, находящихся недалеко от города. Должно быть, это потухшие вулканы, кратеры которых заполнены водой. Исследователи говорят, что пока так никто не узнал, есть ли у них дно. Иногда, когда какой-нибудь зевака засмотрится на эти источники, вулкан может сыграть с ним шутку и выкинуть вверх столб пара и воды чуть ли не до Луны. Эти вулканы заполнены водой, возможно, миллионы лет. Но это ещё ничего не значит, и они вполне могут стать когда-нибудь живым сюрпризом. Я прошёл края, в которых всё удивительно. Вы можете увидеть на краю пустыни текущую воду и качающиеся на ветру деревья, а когда подойдёте ближе, то не обнаружите ничего, кроме песка. Вы подниметесь на скалу, желая обнаружить гнездо с птичьими яйцами, а найдёте следы волн и останки моллюсков. Наконец, вы смотрите в зеркало и обнаруживаете, что были светлокожим, а сейчас на вас смотрит почти чёрный человек, которого не узнала бы и родная мать.
На следующий день, когда близился выход к Моутелла Пасс (Moutella Pass) в конце хребта Гуз Крек (Goose Creek Range), я случайно посмотрел сквозь кусты полыни и можжевельника вправо. Зрелище, которое я увидел, инстинктивно заставило меня срочно искать дерево повыше, хотя, конечно, деревьев не было на много миль вокруг. Ещё я стал искать, нет ли рядом дороги получше, где я мог бы побить рекорд скорости в езде на велосипеде. В кустах можжевельника стояли на задних лапах и внимательно наблюдали за мной двое матёрых медведей. Если зверь не напал сразу, как только увидел человека, это значит, что он может и не рвётся в бой и ожидает, как поведёт себя человек. К тому же звери признают превосходство человека. Эти, кажется, испытывали страх от моего присутствия. Медведи выглядели нерешительными и позволили мне мирно продолжить свой путь. Осторожно оглядываясь, я пятился от них, пока они не оказались достаточно далеко. Наверное, мой велосипед производил на них странное впечатление - яркие, блестящие на солнце спицы, похоже, завораживали медведей, что тоже повлияло на их решение в пользу отступления.
Пожалуй, излишне добавлять, что в течение моего горного перехода я много раз видел медведей, занятых своими делами.
Более ничего интересного не происходило и к началу сумерек я уже был в Такома (Tacoma), недалеко от границы штата Юта (Utah). В этой деревне было ужасное бедствие. Это сразу чувствовалось в воздухе. В баре отеля сидели мрачные и вялые завсегдатаи. Мне они пытались предсказать все страшные беды, которые ждут меня в пути по территории Юты и Вайоминга. Меня пугали и черными комарами Солт Лейка, и страшными медведями, и затопленной дорогой в каньоне Вебер. Они также ругали и эту деревню и испытывали отвращение вообще ко всему миру. А всё потому, что в деревне Такома в тот день закончилось виски. Да, ни капли виски не осталось в Такоме. Должны были подвезти ещё вчера, но вот всё ещё не подвезли. Настроения в баре так удручили меня, что я скоро заснул на своём диване и видел совершенно странные сны, где непроходимые пустыни смешивались с прекрасными садами, через которые мне ещё предстояло проехать.
Глава 3. Через земли мормонов и по Скалистым горам.
