под ногами попадались одни гнилые ветки, разве что на шампур сгодятся.
Пригнувшись, чтобы не выдать себя раньше времени, я вгляделся в лесную чащу и заметил двух крадущихся мужчин с шашками наголо. Значит, живые. Уже плюс. Но почему крадутся? Боятся меня?
Оставаться у машины — глупо. Их четверо, я один.
В полуприседе перебежал за ближайшее дерево, чтобы перехватить двоих, подходящих с этой стороны. Затаился, как охотник, выжидая добычу.
Нападавшие не спешили и, что странно, между собой не переговаривались. Менталисты, что ли?
Почти поравнявшись со мной, они начали стрельбу. В дверце моей машины со стороны пассажира проступили аккуратные дырки от пуль. А я-то думал, бой будет честным…
В момент, когда двое оказались на линии атаки, я выскочил из-за дерева и удушающим захватом свалил одного на землю. Горло сдавил так, что тот и пикнуть не успел. Подхватив его шашку, я уже не был безоружен.
Оставалось трое. Я прибег к магии, удлинил и укрепил клинок, чтобы рубить чужие мечи, как сухие ветки.
Тем временем вся троица уже у машины, удивлённо обнаружив, что меня там нет. Теперь под угрозой были жизни водителей. Нужно было переключить их внимание на себя.
Я поднялся в полный рост и свистнул что было сил.
Выстрелы и свист пуль — и я на полусогнутых бросился в лес, уводя их от дороги. План сработал: все трое рванули за мной. Значит, нужен был именно я.
Пробежав пару сотен метров, я затаился за деревом. Первым делом — убрать того, что с пистолетом. С остальными как-нибудь разберусь.
Троица приближалась. Зелёный камуфляж, маски, лица скрыты. Явно экипированы специально под это дело. Но в ближнем бою они мне не противники.
Дождавшись подходящего момента для атаки, я шагнул из-за дерева и одним взмахом разрубил ствол пистолета пополам. Вторым ударом — снес наглецу голову.
Двое оставшихся кинулись в атаку, но их шашки сломались о мой клинок за один удар. Осознав, что шансов нет, они сделали, как пираты в дешёвых романах, — бросились бежать, спасая свои шкуры.
Я ожидал большего. Зато обзавёлся клинком, которым теперь можно было расправиться с поваленным деревом.
Кто их подослал — вопрос остался открытым. Но играть в догонялки я не собирался. Меня ждала деревня.
Вернувшись, я убедился, что водителей не задело и мешки с крупой целы. Затем приказал им распилить дерево и оттащить обломки. Клинок входил в древесину, как нож в тёплое масло, так что справились мужики быстро.
Прикинув цену такого оружия, я решил его продать, а на вырученные деньги закупить ещё круп. Запасов явно не хватало. Может, даже стоит открыть в деревне пекарню — и хлеб будет, и людям проще. Но первым делом всё же стоило довезти имеющиеся крупы, а уже потом ехать в ближайший город продавать меч и договариваться о поставках муки.
К вечеру я добрался до усадьбы. Забор был закончен, как я того и требовал, а новые двери поставлены.
Стоило мне только войти в дом, как ко мне на порог явился Пётр с докладом:
— Ваше сиятельство, забор сделан, несколько деревьев повалено, завтра их притащим, плотник тоже завтра выйдет, начнет снимать полы.
Я утвердительно кивнул и добавил:
— Собирай деревенских. Надо крупы всем раздать. Проследи, чтобы всем досталось, а дровосекам заплати на то, что договаривались и ещё пару мешков сверху.
— Будет сделано, ваше сиятельство, — отчеканил парень и убежал.
Я же, достав шашку из машины, пошел кромсать старые сараи. Каждый мой удар с лёгкостью разрубал деревянные постройки, а точнее то, что от них ещё сохранилось. Закончив с этим, я позвал слугу и приказал сжечь все, что горит, а остальное вынести на помойку.
Пётр тем временем нагнал толпу к грузовику, а сам забрался в него и стал раздавать всем запасы.
Я же направился в дом, чтобы поужинать с семьёй в спокойной обстановке.
Маша сегодня выглядела особенно угрюмо. Даже удивительно, как меньше, чем за час нахождения у нас в гостях Анны, они успели сдружиться.
— Как долго нам тут придется жить? — не выдержала Маша, сидя за столом и ковыряясь ложкой в миске супа.
— Я уже говорил: это наш дом.
— Но тут из развлечений пройтись вдоль улицы назад и вперёд, — возмутилась она.
Что же, её можно было понять. Маша привыкла к шикарным вечеринкам и роскошным ужином, а теперь она лишилась всего этого.
— Я завтра собираюсь в город. Можешь поехать со мной, — предложил я.
— Чтобы что? Приехать и уехать? — продолжала капризничать сестра.
— Я тебе дал выбор. К тому же это лучше, чем сидеть на одном месте, разве нет?
Маша задумалась, перестав даже ковырять в супе ложкой, а после нехотя выдала:
— Ну ладно. Хоть на людей посмотрю.
На этом конфликт был исчерпан, и все смогли спокойно закончить ужин.
После я вышел проконтролировать, как ведётся раздача зерна и ещё на подходе к выходу из усадьбы услышал какую-то ругань с улицы.
Выйдя за забор, я увидел как двое взрослых мужчин о чем-то горячо ругались друг с другом. Но когда я подошёл ближе, то они оба затихли.
— Что-то случилось? — спокойно поинтересовался я.
— Ничего криминального, ваше сиятельство, — раздался голос Петра, сидевшего в кузове грузовика на последних двух мешках. — Эти двое опоздали, а теперь не могут поделить кому отойдет рис, а кому гречка.
— Берите, что дают, — я выхватил первый попавшийся мешок и всучил его одному, а второй мешок второму. — Скоро ещё привезу. Так что впредь не опаздывайте.
Мужики больше не стали спорить и, получив по мешку, разошлись с недовольными рожами.
— А тебе, Пётр, неплохо было бы себе помощника найти, — посоветовал я. — Задач у нас будет только больше, а я не всегда смогу быть здесь.
— Так я же справляюсь, ваше сиятельство! — спрыгивая с фургона, возмутился он.
— Ты меня совсем не слышишь, Пётр. Я же тебя не увольняю, а говорю, что помощь тебе нужна. Одному не набегаешься везде. Я вот завтра в город еду. Ты опять один останешься. И как ты уследишь и за заменой полов у меня дома, и за вырубкой леса, и за решением конфликтов в деревне?
У Петра не нашлось ответа на мой вопрос, он только похлопал глазами, вопросительно глядя на меня.
— Так что найди себе верного человека, которому сможешь доверять и скинь на него часть
