сестра, заметив девушку примерно своего возраста и, судя по манерам, равную по статусу.
— Да. Это графиня Анна де Нотель. Я спас её от… дикой белки, — с самым серьёзным лицом ответил я. — И пообещал отвезти в родовое поместье.
Про ожившего мертвеца упоминать не стал — не хотелось лишний раз пугать Машу. Она у меня и без того натура впечатлительная.
Пока Маша знакомилась с новой гостьей, ко мне подошёл слуга с вопросом — подавать ли обед? Я кивнул и добавил, чтобы он разыскал водителя. Для него сегодня будет работа — после обеда.
А сам направился к себе в комнату — переодеться.
Стоило мне снять рубашку, как в дверь тут же постучали. На пороге появился слуга.
— Пришёл Пётр. Говорит, с важными новостями, — доложил он.
Я быстро оделся и спустился ко входу. Пётр уже ждал.
— Ваше сиятельство, — коротко поклонился он при моём появлении.
— Надеюсь, у тебя действительно важные новости, — поприветствовал я холодно.
— Да, ваше сиятельство. Как вы и просили — нашёл двоих работяг с топорами. У них есть лошадь, и берут недорого.
— Какие-то проблемы?
— Нет, ваше сиятельство.
— Тогда действуй. Хотя… постой. Ты голоден?
— Нет, ваше сиятельство, — ответил он, но по глазам было видно, что врёт.
— Пойдём. Познакомлю тебя с одной значимой персоной. В твоём положении полезно иметь такие знакомства.
Пётр не задал больше ни одного вопроса, но по лицу было видно — волнуется.
За обеденным столом Анна и Маша уже ворковали, как старые подружки, хихикая над чем-то своим.
— А можно Аня у нас останется? — выпалила Маша, завидев меня.
Я удивился, но, пожалуй, зря. Маше здесь было одиноко, а теперь у неё появилась подруга.
— Я уже пообещал графине отвезти её домой. К тому же, её отец, наверняка, волнуется, — мягко ответил я, стараясь не расстраивать сестру ещё сильнее.
— И то верно! — всполошилась Анна. — Телефон я оставила в машине, а у вас, наверное, нет номера моего отца?
Я только развёл руками.
— Неужели вы не помните его наизусть? — уточнил я, готовый при случае помочь.
— К сожалению, — вздохнула Анна с ноткой расстройства.
— Зато теперь сможете ездить друг к другу в гости, — приободрил я сестру, которая понуро опустила голову.
Мы уселись за стол. Я представил всех друг другу, особо отметив, что Пётр — наш прекрасный управляющий. Парень тут же покраснел до корней волос.
После обеда, прежде чем отпустить Петра, я выдал ему инструкции:
— Я поеду отвозить графиню. Может случиться так, что меня не захотят сразу отпускать. Так что проследи: пол в усадьбе должен быть перестелен, забор с дверьми — установлен. На экстренный случай запиши мой личный номер. По пустякам не звонить. Только если случится что-то, требующее моего немедленного вмешательства. Всё понял?
— Да, ваше сиятельство, — ответил Пётр и ретировался.
Тем временем водитель уже подогнал к выходу с участка наш автомобиль.
Анна с Машей в дверях обнимались и рыдали взахлёб так, словно больше никогда не увидятся. Я же терпеливо ждал, пока они наконец-то отлипнут друг от друга, чтобы мы могли поехать.
Спустя несколько минут это всё же произошло, и мы с графиней устроились на заднем сиденье нашего малокомфортабельного авто.
— У вас замечательная сестра, чтобы вы знали, — заговорила Анна, едва мы тронулись.
— Рад, что она вам пришлась по душе, — ответил я холодно.
— А вы совсем на неё не похожи, — с улыбкой заметила графиня, ловя мой взгляд. — Такой суровый.
— В селении дел по горло, а я вынужден вас довозить до дома.
— Могли бы и не провожать, — обиженно надула губки она.
— Кем бы я был после этого? А если с вами что-то случится? Кажется, подобный разговор у нас уже был. Я не люблю повторяться.
— Вы всегда такой рассудительный и строгий?
— А вы всегда такая лёгкая и болтливая? — парировал я.
— Разве это плохо?
— Иногда молчание ценится дороже.
Анна замолчала… но ненадолго.
— Знаете, я люблю мороженое. Может, купим по дороге?
Я усмехнулся её детской непринуждённости и, сам того не замечая, улыбнулся.
— То есть улыбаться вы всё же умеете? — радостно вскрикнула Анна.
Какая взбалмошная и невыносимая девчонка мне попалась… и всё же она действительно заставляла меня улыбаться.
— Думаю, одна короткая остановка нам не повредит, — согласился я.
К вечеру мы добрались до поместья рода Нотель — вычурного трёхэтажного особняка в бело-голубых тонах, с позолоченными башнями по краям. Высокая стена, окружавшая владения, была выполнена в том же стиле.
У ворот нас встретил амбал-охранник с автоматом наперевес. Но главная опасность от него исходила вовсе не от оружия — он был боевым магом средней руки, и это ощущалось даже на расстоянии.
Верзила подошёл к водителю и глухо спросил о цели визита.
Анна опустила стекло и мягко поприветствовала его:
— Здравствуй, Ванечка. Пусти нас домой, пожалуйста.
— Да, графиня, — сразу залебезил охранник, и ворота тут же раскрылись.
Мы въехали во внутренний двор, утопающий в деревьях, цветах и фонтанах. Было видно, что семья не скупилась на украшения.
У главного входа нас встретил пожилой слуга в тёмно-зелёном фраке.
— Графиня, все домочадцы были крайне обеспокоены вашим исчезновением, — сухо доложил он.
— Не стоит. На нас всего лишь напали, — непринуждённо ответила Анна.
— Напали⁈ — ошеломлённо округлил глаза слуга.
— Не стоит устраивать драму, — закатила глаза графиня и прошла внутрь.
Я же тем временем неторопливо осматривался. Внутреннее убранство особняка не уступало внешнему: дорогие картины на стенах, кованые перила с позолотой, белые мраморные полы. Красиво жить не запретишь!
— А где папа? — спросила Анна, оглядывая обе лестницы, ведущие на утопленный вглубь второй этаж.
— Здесь я, доча! — раздался суровый голос откуда-то сверху.
Через несколько секунд на правой лестнице появился мужчина средних лет, абсолютно лысый, со светлой бородой. Одет он был во всё белое, а все десять пальцев украшали массивные золотые кольца.
— Почему ты не отвечала на звонки? И кто это с тобой? — голос его звучал властно, но без вызова, а с искренним интересом и беспокойством.
— На нас напали, папа, — протянула Анна тоном любимой дочурки. — А этот молодой человек — князь Михаил Прохоров. Он
