родила, а осталась такой же изящной, как пять лет назад! Кажется, она лишнего грамма не набрала, просто формы стали более женственные, округлые! И ей так идет быть матерью!
Я вез в машине ее сынишку, и у меня складывалось полное ощущение, что он — мой ребенок. Я понимаю, что это абсурд, что у нас с Лией не могло получиться четверо детей после одного единственного раза, но ничего поделать со своими чувствами я не мог.
И дочери у нее замечательные! Смышленые ангелочки. А как красиво она назвала всех детей! Рустам, Аиша, Айя и Алия. Их отец наверняка восточных кровей, раз имена восточные. И он полный идиот, потому что не воспользовался своим шансом и не женился на такой прекрасной девушке, как Лия. Он такой же идиот, как и я! Ведь я тоже не воспользовался.
А теперь меня дико влечет к Лии. Я не вижу никого вокруг, будто мир сузился донельзя, до нее, и меня больше ничто другое не интересует…
А еще у меня обязательства. Эти чертовы обязательства перед моей невестой. Перед ее отцом, и перед собственным братом. Я сам согласился жениться на ней. Сам. Никто меня за язык не тянул. Сам назначил дату свадьбы… и что мне сейчас делать? Одно то, что я бросил все дела в Дубае и прилетел за Лией, говорит об одном: я помешался на этой женщине! Я хочу быть рядом с ней с того самого момента, как увидел ее в офисе. Я хочу ее, и не могу с собой совладать!
— Господин Саид. — напоминает женщина о своем присутствии.
Как она себя назвала? Джулия? Я не запомнил.
— Слушаю вас, — возвращаюсь в реальность.
— Мой муж сказал, что вы скоро женитесь.
— Да. Я как раз прилетел пригласить Лию и ее семью на праздник.
— Какую честь вы ей оказали. — вежливо улыбается Джулия, — вы сказали, что являетесь ее знакомым, а где вы познакомились с нашей Лией?
— Мы учились вместе.
— Ах вон оно как… Успели, значит.
— В каком смысле? — хмурюсь я.
— А Лия почти не училась. Она забеременела, ушла из университета, родила целую ораву детей, и еле как смогла доучиться заочно.
Мне не нравится, как именно Джулия представляет дочь своего мужа. Родить двоих детей — не погулять выйти, а выносить и родить четверняшек — здоровых и очаровательных, — это подвиг. Конечно, откуда у нее время будет доучиваться?!
— И тем не менее, Лия закончила университет, выучила английский и арабский, а сейчас работает в компании своего отца. — защищаю я девушку. — а ее четверняшкам всего по четыре годика! Лия — большая молодец, что не сломалась, не забросила учебу и работу, а взяла себя в руки и выплыла. Такой поступок заслуживает уважения.
Джулия кривится. Но быстро берет себя в руки и улыбается мне.
— А вот моя доченька Алиса, вы ее видели только что, господи, какая хорошая, ответственная, красивая девушка! А уж скромница! Хозяюшка! Учится на отлично! Готовит, печет, и между прочим, ждет своего единственного принца! Бережет себя! Абы с кем не встречается! До свадьбы, ни с кем, порядочная до мозга костей!
По первому впечатлению я бы так не сказал, и интуиция меня редко подводит. И потом, какая мне разница, какая ее дочь? Меня Лия интересует, какая бы она ни была!
ГЛАВА 14
ЛИЯ
«Саид приехал за мной! Саид приехал за мной!» — ухает в висках.
Надо быстрей и одеваться, и собираться! Хотя… это ведь не так быстро. Надо успеть документы все к вылету подготовить. Ох, а если Саид пожелает остановиться в нашем доме?! Я же с ума сойду, ночь спать не буду!
Дети бегают друг за дружкой, визжат и кричат за дверью моей комнаты. Я же не знаю за что хвататься: то ли за чемодан, то ли переодеться в красивое платье, и нанести свежий макияж.
Так, Лия, надо взять себя в руки: подумаешь, Саид. Ну и что, что Саид?! Кто он мне? Он вообще на другой женится! Зачем мне наряжаться для чужого жениха в пух и прах?
Немного остыв и поймав дыхание, я надеваю трикотажный домашний спортивный костюм. Макияж и впрямь смываю, но не для того, чтобы нанести на себя индейскую раскраску. Нет, просто наношу уходовое средство, матирую кожу, чтобы не показываться на глаза шейха и домашних с жирным блинчиком вместо лица, и все. На этом мой макияж заканчивается, не успев начаться. Ибо… ну не собираюсь я привлекать внимание Саида, не собираюсь отбивать его у невесты, и уж тем более, не собираюсь рушить его свадьбу.
Выхожу из комнаты. Аиша и Айя лезут ко мне на руки. Легко подхватываю двух дочерей. Четырех своих деток я разом не подниму, они уже довольно большие и увесистые, а вот двоих за один раз, это запросто!
Вспоминаю, какими маленькими котеночками родились мои четверняшки: Аиша — два сто, Айя, два двести, Алия два пятьсот, а Рустамчик родился аж два килограмма семьсот грамм! Он единственный, кто не лежал в кувезе для недоношенных, девочки же лежали чтобы дорасти до необходимых размеров. А теперь вон какие все вымахали! Оно и понятно, Саид ведь высокий, крупный мужчина, и потомство у него не мелкое.
С Аишей и Айей спускаюсь по лестнице, Алия и Рустамчик волчками крутятся вокруг меня. Саид тут же встает с дивана, где он мило беседовал с Юлией, и направляется в нашу сторону.
— Тебе помочь, Лия?
А сам смотрит мне в глаза, потом на детей, потом снова на меня.
Да, дети не очень-то на меня похожи… потому что они — вылитая копия Саида аль Шарафа! И поймет ли он это глядя в четыре мордашки и четыре же пары черных как у него, смышленых глазок?
— Лия у нас как обезьянка из мультфильма! Как мать-обезьяна в зоопарке, у которой целая куча детей. — вроде и усмехается Юлия, но говорит довольно-таки обидные вещи. — Смотрели такой, господин аль Шараф?
— Нет. — холодно отбривает ее Саид. — Лия — красивая девушка, и прекрасная мать. Сравнивать ее с обезьяной из зоопарка некорректно и обидно.
— Это что, Саид, — хмыкаю я, спуская с рук Аишу и Айю, — идите побегайте, — говорю я деткам, — Ты наверняка смотрел или читал про Золушку? Вот у нас ровно как в этой сказке: сколько мачехе с ее дочкой не злопыхать, все равно меня прекрасный принц заберет! На белом коне!
Юлия хмурится и идет пятнами. Ну а что? Нечего меня с обезьянами
