месте, Лейла, перестала бы наскучивать мужчине. Ну представь, он занят, решает важные вопросы, а тут ты со своими звонками. Ты бы еще к нему на шею повисла, как доступная женщина!
Гадия говорила здравые вещи, но в Лейле кипели обида и гнев. В Саида она влюбилась еще даже, не видя его. Просто по фотографии в соцсети, узнав, что его старший брат, шейх Омар ибн Али аль Шараф приходил засватать Лейлу для своего брата у ее отца.
Лейла увидела Саида, и потеряла покой. А уж когда они встретились вживую, в кафе за чашечкой кофе в Париже, так и вовсе влюбилась в него, как кошка.
Там было во что влюбляться. Саид — высокий, под два метра, статный, красивый мужчина. У него правильные черты лица, мощные руки, и мускулы на них. Саид был одет в рубашку-поло и джинсы, и Лейла украдкой смотрела на его руки, не в силах отвести взгляда. И краснела. Потому что Саид ей очень понравился. Ей казалось, что и она понравилась будущему мужу, но как же она ошибалась! Саид был милым с ней, интеллигентным, воспитанным, да и только!
— Лейла, сестра, тебе так повезло! — с завистью говорила Гадия, возвращая ее в настоящее, — Саид — завидный жених! Молодой, богатый, красивый! И первой женой тебя берет! Вот бы и мне так же повезло! Вот бы и меня первой женой взял такой красавчик, как Саид! Не знаешь, он случайно не ищет себе сразу вторую жену? К Саиду я пошла бы даже второй!
— Замолчи, Гадия! — рявкнула на сестру Лейла, — Ты же знаешь, что это харам! Саид не может быть женатым на нас обеих одновременно, потому что мы с тобой родные сестры! И вообще, никаких вторых жен я не потерплю! Я буду первой у Саида, и единственной! Ясно тебе?!
— Ну, а его старший брат, Омар, говорят он развелся с первой и второй женами…
— Какой ужас, какой кошмар, бедные женщины! Никому я не пожелаю такой участи.
— Сами виноваты! — равнодушно отмела Гадия. — Нечего было мужа доставать. Так я к чему говорю, наверняка ему срочно нужна новая вторая жена! Я бы пошла, Лейла! Омар тоже красавчик хоть куда! Даже богаче твоего Саида!
— Не говори глупостей, Гадия, Омар и Саид имеют одинаковое количество денег!
— Поговори с отцом, Лейла, может, отец намекнет Омару обо мне? — взмолилась Гадия. — Это такое счастье, выйти замуж, родить детей! Две свадьбы бы сыграли, одновременно!
ГЛАВА 8
ЛИЯ
— Как тебе сегодняшний спектакль, Лия?
Никита привез меня домой. Никита Глебов — приятный мужчина под тридцать лет. Он стильно одевается, пахнет приятным парфюмом. У него модная стрижка, аккуратная борода. Никита носит дорогие часы, которые выглядывают из-под его пиджака. Водит машину представительского класса. Никита Глебов — партнер по бизнесу моего отца. Так, через отца мы с ним и познакомились.
Я привозила детей на очередной утренник для детей сотрудников в бизнес-центре отца, там меня Никита и увидел. Его не смутило наличие у меня четверых деток разом. Наоборот, он начал полномасштабный план по штурму моего сердца, и скорее всего, у него были бы все шансы на успехи. Если бы не одно ма-а-аленькое «но»! Мое глупое сердце уже давно, окончательно и бесповоротно было занято шейхом. Отцом моих четверняшек. Которому я была увы, не интересна.
— Да, спасибо, постановка была увлекательной. — дежурно отвечаю я.
На самом деле, после той самой встречи с Саидом, и его приглашения на свадьбу, ни о чем другом думать я больше не могу. И спроси меня Никита, каков был сюжет спектакля, ответить бы я не смогла.
Думаю, как бы побыстрей покинуть машина Никиты, чтобы это не выглядело позорным побегом. Поднимаю глаза на особняк, и вижу, как в одном из окон за нами зорко наблюдает женский силуэт. Наверняка Алиса. Моей сводной сестре делать больше нечего, как следить за мной, и докладывать обо всем своей мамочке, моей мачехе — Юлии.
Мы все живем под одной крышей. Я, мои дети, отец, его жена, и ее дочь. Отец женился на Юлии, но пока не удочерял Алиску, хотя та постоянно не иначе как «папочкой» его не называет.
Хотя мне смешно. Алисе — двадцать. Ну какой к черту мой отец ей «папочка» в таком случае?! Я понимаю, будь она моложе, то могла бы в теории рассматривать его в качестве отца, но не в двадцать же!
Алиса — лоботряска. Она пытается учиться на втором курсе университета, вернее, пытается не вылететь из него за вечные прогулы и незачеты. По дому ни она, ни Юлия ничего не делают. У нас есть несколько домработниц, повар, садовник, личные водители, няня Лада для моих деток.
Вообще, дом у нас огромный — двухэтажный особняк, и комнат хватает для всех. Несмотря на это, конфликты между мной и Алисой, и соответственно, Юлией происходят нередко. Но Юлия, конечно, старается держать себя в рамках приличия и не вступать в открытое противостояние со мной. Она прекрасно понимает, что отец в любом случае будет на моей стороне, но вот Алиса, к сожалению, не такая разумная, как её мать.
Почему я не возьму детей, и не переду в другое место? Ответ прост: их четверо, а я одна. И няня Лада, единственная, кто не убежал от гиперактивных четверняшек, тоже одна. Даже нас двоих порой не хватает, чтобы усмирить моих сорванцов: Аишку, Айечку, Алиюшку, и проказника Рустамчика.
Дети мне от шейха достались гиперактивные, и развитые не по годам. Им всего по четыре годика, а они уже вовсю болтают, рисуют, нередко на стенах, поют в вокальной студии, куда вожу их три раза в неделю, играют в театральном кружке…
И даже после стольких кружков у них остается масса энергии разнести наш особняк вечерком на щепки.
Вот поэтому я боюсь уходить из дома отца. Боюсь, что элементарно не догляжу за четверыми. Был бы у меня один малыш, ну двое… но четверо, это — тушите свет! Я лучше потерплю Юлию и ее тупую Алиску, здесь хотя бы служанки и повар могут доглядеть в случае чего.
— Лия, мы уже целый год с тобой ходим по театрам, посещаем выставки. — возвращает меня к реальности Никита.
— Что, прости? — вздрагиваю я.
Телефон коротко тренькает смской.
«У Рустамчика живот болит» — читаю сообщение от няньки Лады.
— Ты какая-то рассеянная, — приглушает красивую песню, Никита, — Что-то случилось?
— Да, прости. — устало улыбаюсь ему. — У Рустамчика опять что-то с животиком. Я должна
