По случаю взятия португальцами Малакки в сентябре 1513 г. в Риме были устроены пышные торжества. В Ватикан прибыло португальское посольство, возглавляемое Триштаном да Куньей, который сам руководил экспедицией на Восток и приобрел своими подвигами и храбростью великую славу и почет. Процессию сопровождали также три сына Триштана да Куньи, его многочисленные родственники и друзья.
К папе, окруженному кардиналами и прелатами церкви, в присутствии послов иностранных государств и всех высших должностных лиц папского двора обратился на латыни член португальского посольства профессор права Жаку Пашеку. Папа Лев X ответил ему также на латыни, всячески расхваливая короля Португалии за его преданность Святой Вере.
В 1511 г., воспользовавшись отсутствием Албукерки, который был занят завоеванием Малакки, 60 000 войско индийцев во главе с Адил-ханом осадило Гоа и захватило Бенастарин.
Собрав флоту Панджина, Албукерки переждал там муссон и 15 августа подошел к Анджедива. Получив подкрепление из Португалии, он направился с флотом к Кананору и стал готовиться к решающей битве.
В национальном архиве Торре ду Томбу хранится обширный доклад Албукерки королю, в котором он сообщает, что, выйдя из Кананора, он направился к Гоа, «решив выгнать мавров нз Бенастарина». Это очень ценный документ, содержащий множество подробностей кампании. Как видно из доклада, прибыв в гавань Гоа с 14 кораблями, Албукерки приказал им атаковать Бенастарин. «Битва продолжалась 8 дней и 8 ночей, и все это время турки (индийцы. — А.Х.) не прекращали стрелять из своей артиллерии, от которой наши суда были хорошо защищены… За эти 8 суток турки произвели по нашим более 4000 выстрелов из больших пушек, не считая мелких, а со стен по ним стреляли из луков и ружей, которыми ранили многих наших. Мачты, реи и снасти были так повреждены стрелами, что на них было страшно смотреть».
Чтобы продемонстрировать свою силу, 3000 индийцев вышли из Бенастарина. Тогда Албукерки приказал 4000 своим солдатам и 25 кавалеристам сойти на берег и ворваться в крепость. Вскоре она была взята. Албукерки торжественно въехал в Гоа.
Доклад о взятии Бенастарина и Гоа помечен 23 ноября 1512 г. и заканчивается такими словами: «Индия утихомирена, напугана и подчинена Вашему Величеству».
Получив приказ от короля Мануэла попытаться захватить Аден и проникнуть в Красное море, Албукерки отплыл из Гоа в феврале 1513 г. с флотом из 20 кораблей.
Аден был в то время хорошо укрепленным и процветающим центром мусульманской торговли. Он служил убежищем для мусульманских купцов, опасавшихся португальских военных судов и своего рода складом транзитных товаров из Индии. Португальцы теперь уже пришли к пониманию того, что именно Аден, а не Сокотра (как они думали раньше) был воротами к Красному морю и что, владея Аденом, они легко могли заблокировать арабскую торговлю в Красном море и пресечь всякие попытки мусульман подорвать португальскую монополию на торговлю с Индией. Албукерки планировал захватить Аден и другие стратегические пункты на побережье, помешать приготовлениям Египта к вторжению в Индию, наладить связи со страной «пресвитера Иоанна».
Наконец-то этот процветающий город должен был перейти в руки португальцев, а с ним и все его богатства, о которых мечтали солдаты и офицеры.
Из Кочина были привезены специальные лестницы, достаточно широкие для того, чтобы позволить шести человекам взбираться рядом, но они сослужили плохую службу португальцам. Энтузиазм и решительность, с которой они бросились на штурм крепости 26 марта 1513 г., стали, как это ни парадоксально, главной причиной неудачи этого штурма. По свидетельству хронистов, все лестницы, поставленные, чтобы взобраться на стены крепости, развалились на части, так как все хотели подняться по ним первыми, и после починки лестницы снова развалились все по той же причине.
Лишь немногим португальцам удалось проникнуть в город. Это были те, кто поднялся на стены до того, как лестницы развалились, и те, кто пролезли через две низкие амбразуры для пушек. Все проникшие в город были убиты. Общее число погибших в источниках отсутствует.
Вот как описывал эти события арабский хронист Тарик аль-Шихри: «25 марта в пятницу 891 года Хиджры франки (то есть португальцы. — А.Х.) прибыли к порту Аден. В субботу они двинулись на город, пытаясь с помощью лестниц взобраться на стены. Тех, кто принимал в этом участие, насчитывалось около 2000, и они имели много оружия. Люди бежали от франков, и все сердца были переполнены страхом. Но потом Аллах дал мусульманам победу, и они обратили франков в бегство, подвергнув их страшной резне. Много мусульман приняло мученическую смерть за веру, среди них был и Умар бин Муса аль-Маджиди, Аллах да упокоит его душу, ибо он был одним из тех, к кому Аллах проявил свою милость, он получил несколько ран, но умер лишь после того, как битва была закончена. Из франков были убиты около 200».
Так неудачей окончилась португальская атака на Аден, к великому разочарованию Албукерки, который часто говорил, что для владения Индией и всем Востоком королям Португалии необходимы четыре вещи: захват и удержание Адена, чтобы контролировать вход в Красное море; удержание Ормуза, чтобы контролировать вход в Залив; удержание Диу и удержание Гоа, чтобы господствовать над всей Индией.
Албукерки отступил в Красное море, но до этого приказал сжечь все корабли, стоявшие в Аденском порту. Уже будучи в Красном море, он захватил корабли из Берберы и Зейлы, приказав «отрубить руки и отрезать носы и уши» маврам экипажей этих кораблей и бросить их на землю шейха Адена.
Португальский флот был задержан у Камарана встречными ветрами до середины июля 1513 г. Прежде чем покинуть Красное море, Албукерки отправил письмо королю с крещеным мавром через Африку, и, чтобы не вызывать подозрений у туземцев, ему надели на ноги кандалы, так что его можно было принять за беглого раба. Этот посланец добрался до Португалии. Король был обрадован добрыми вестями и поручил ему доставить ответ Албукерки.
Отступив, Албукерки двинулся к Оманскому заливу, где легко подчинил себе порты Калайате, Куриате, Маскат, Сохар и Орфасан. Вскоре после этого он захватил Ормуз, где начал строить крепость, что вызвало протесты его капитанов, которые предпочитали захватывать в море мусульманские суда из Мекки.
В письме королю Мануэлу 4 декабря 1513 г. Албукерки так сообщал об ужасе и панике, которые он вызвал в этом районе: «Еще несколько дней назад во всем проливе узнали о нашем прибытии, и все места были оповещены об этом таким образом, что я могу сообщить Вашему Величеству, что ни один корабль и ни одно каноэ никогда не выходят в море и даже птицы не осмеливаются летать, настолько Красное море напугано нашим прибытием и настолько оно стало пустынным».
В этом письме Албукерки сообщал подробные сведения о всем Красном море, о портах Эфиопии и Аравии, об их торговом и стратегическом значении и о тех правилах, которые соблюдались при навигации в Красном море. Он изложил также королю свой план: взять Аден, построить крепость в Массауа, чтобы получить доступ к «золоту страны пресвитера Иоанна», а затем направить военную экспедицию против Меккки. В основе этого плана Албукерки лежала идея конкисты и дух крестового похода.
Но в 1515 г. Албукерки умер, не осуществив своих планов.
Перед кончиной он продиктовал секретарю следующее письмо: «Это письмо Вашему Величеству написано не моей рукой, ибо меня мучает икота — верный признак близкой смерти. То малое, чем я владею, завещаю сыну. Наши успехи в Индии говорят сами за себя, а также и за меня. Главный город Индии я оставляю во власти Вашего Величества. Единственное мое пожелание — запереть ворота проливов. Я прошу Ваше Величество не забывать, что я сделал для Индии, и помочь прославиться моему сыну. 6 декабря 1515 года».
Еще первый вице-король Индии Франсишку де Алмейда применил на Востоке уже опробованный ранее португальцами на восточно-африканском побережье стратегический принцип оккупации «невралгических торговых центров» вдоль морского торгового пути Лиссабон — мыс Доброй Надежды — Кочин. Но вскоре обнаружилась фундаментальная разница между атлантическим и восточным отрезками этого пути. В то время как в Атлантике мусульманские торговые пути не пересекались с португальским, в Индийском океане они не только перекрещивались с ним, но и накладывались на него. Сознавая эту реальность, Албукерки с самого начала понимал, что было бы нереально ставить перед собой целью уничтожить мусульманскую торговлю. Поэтому он, по совету короля, стал избавляться от тех людей в своем окружении, которые выступали за войну против «неверных».
Стратегическая концепция, предложенная Албукерки для португальской политики в отношении Востока, была основана на тех же самых принципах, что и их атлантическая стратегия, но имела более воинственный, экспансионистский характер. Стратегический план Албукерки был проектом завоевания многих восточноафриканских и азиатских государств и создания огромной португальской колониальной империи. Она должна была включать в себя восточное побережье Африки, Красное море и Персидский залив, Индостанский полуостров, далекие Молуккские острова, где выращивались самые ценные специи, и Китай, о богатствах которого знали из рассказов Марко Поло. Когда Албукерки вступил в должность вице-короля, португальцы владели в Индийском океане только 7 крепостями: Софала, Мозамбик, Килва на африканском побережье, крепость на острове Сокотра, а также Кочином и Кананором на малабарском берегу и, наконец, маленьким фортом на островах Анджедиве около Гоа. К концу губернаторства Албукерки смог осуществить почти полностью ту часть своей программы, которая касалась Индийского океана.
