типа «спасибо». А может просто кивок. Я не чувствую в себе благодарности, но неожиданность от его предложения помощи внутри меня всё-таки присутствует.
Нет желания сегодня играть. Ещё и порывом ветра снова этот запах в мою сторону сносит. Не мой день сегодня, точно не мой.
Встаю, как обычно пожимаю руки всем по очереди и говорю привычное:
— Всем пока, мужики.
— Тут не только мужики, Дамир, — летит в спину мне снова. Точно как в прошлый раз, только уже с моим именем. Которое звучит очень странно. Меня тут никто по имени не называет, все зовут Али. Баба Валя только, и то коверкает имя мое. Для других я Али. Алёна по имени ещё звала, но это особо приятных ассоциаций больше не вызывает. А тут… странные эмоции какие-то.
Не отвечаю. Иду дальше, к дому.
Замечаю у подъезда ту же бэху, что ехала за мной от самого спорт клуба. Молча иду в подъезд. Реально жду, что сейчас кто-то нападет сзади, даст по башке или что-то вроде того, но странно, этого не происходит. За мной никто не идёт и убить не пытается. Хотя я оборачиваюсь у самого подъезда и все-таки замечаю, что в тачке кто-то сидит.
Поднимаюсь в квартиру, иду в душ, выхожу, стряхивая капли с волос, хватаю с полки яблоко и иду на балкон. Погода сегодня кайф, хочется дышать и дышать.
Опираюсь на перила локтями и жру фрукт. Звёзд вообще не видно, все в тучах, срываться дождь. Кайф. Обожаю эту погоду.
Балкон выходит на другую сторону от двора, где собираются мои знакомые, но я и сюда слышу их галдеж. И смех. Очень искренний и звонкий.
Я безошибочно определяю, кому он принадлежит. Тупое желание в башке появляется, узнать, что ее так развеселило.
А ещё почему-то на языке ее имя вертится. Аня. Кажется, запомнил.
Глава 6. Дамир
Стандартное утро ничем не отличается от прошлых. Разве что только тем, что эта овсянка не такая уж и противная и я съедаю всю тарелку.
Иду на пробежку. Ночью херачил ливень, все дорожки в лужах, но даже если бы он не закончился, я бы все равно пошел бегать.
Выхожу из подъезда и краем глаза замечаю ту же тачку. Впереди кто-то сидит, но машина далеко, чтобы я смог рассмотреть лицо. Надо быть идиотом, чтобы не понять, что это самая банальная слежка. И в какой-то момент мне хочется, чтобы это реально был ревнивый рогатый муж Алёны. Потому что приветы из прошлого мне нахер тут не нужны.
Я не боюсь. Но тащить эту грязь в мое настоящее, которое я выстраиваю слишком старательно, слишком долго и слишком тяжело я не хочу. С прошлым покончено, оттуда я притащил только имя и прозвище. Больше ничего. Вообще ничего.
А это реально может быть кто угодно. От мужика, у которого я украл деньги, когда мне было пятнадцать, до того, кто торговал наркотой и меня, идиота семнадцатилетнего, подсадил. Я торчал ему бабок, много. Очень много. Потому что он доставал мне таблетки. И пока я толкал их по подворотням таким же идиотам, его все устраивало. А когда понял, что на дно иду и решил постараться жить нормально — он стал меня прессовать и требовать кучу бабок за все эти колеса. И когда я таки убежал от той жизни, вернул ему только часть, и то принудительно. Обычно такие люди долгов не забывают. Но мне было семнадцать, восемь лет прошло. Если бы он хотел, наверное, явился бы раньше. Я даже не знаю, жив ли он сейчас. С таким-то образом жизни. Повезло ещё, что я не скопытился. Или, наоборот, не повезло.
С одной стороны это может быть он, несмотря ни на что. Если жизнь прижала и ему реально нужны бабки, он мог легко обо мне вспомнить. И если это реально он, то я готов хоть лям найти прямо сейчас, лишь бы он свалил обратно и никогда в моей жизни не появлялся.
Машина удивительно за мной не едет. Я был уверен, что на контроле теперь каждый мой шаг. Но тачка остаётся во дворе и я спокойно бегаю свой отведенный на это дело час.
А потом иду в магазин, потому что баба Валя снова просила скупиться. Она ходит тяжело и с палкой, а мне не сложно раз в пару дней зайти в магазин и взять немного продуктов. Соседка из-за этого считает меня хорошим человеком. Как мало ей нужно, чтобы составить мнение.
Просила купить корм для кота. Она вся в заботах теперь из-за этого рыжего и хвостатого. Стою, выбираю, пытаюсь из всего разнообразия найти тот, что для маленьких котов. Детей котов. Котят.
— О, привет! — слышу справа и поворачиваю голову на звук, пытаясь понять, мне или не мне было адресовано. — Корм выбираешь? Коту? У тебя кот есть? А мне нельзя котов, у меня аллергия, хотя я очень люблю…
— Остановись, — говорю девчонке. Аня. Я помню. Теперь не забуду точно. — Слишком много вопросов.
«И текста в целом», — хочу добавить, но не успеваю, потому что она снова начинает тараторить.
— Блин, прости! У меня просто сегодня настроение очень хорошее, вот и я разболталась. Так что, у тебя есть кот? Как зовут?
Она ещё туда же спрашивает его породу и цвет, а я зависаю секунд на тридцать. Она сказала «прости». Просто так, извинилась вообще ни за что. Так легко, как будто бы для неё это ничего вообще не стоит.
— Эй, Дамир, ты тут? — нагло щелкает пальцами у меня перед лицом девочка, и по слуху снова бьёт произношение моего имени. Не скажу, что мне неприятно, но странно. Непривычно. — Уснул?
— Слушай, чё тебе надо? Я не могу найти корм для мелких котов, не взрывай хотя бы ты мозг.
— Давай помогу тебе! Совсем маленький? Месяц есть? — спрашивает, подходит ближе и начинает сразу активно искать нужное мне. Я что-то киваю, потому что понятия не имею, есть ли коту месяц, но не думаю, что это проблема, если вдруг ему двадцать девять
