что получил счастливый поцелуй в щёку, от которого покраснел несмотря на всю свою зелёность. А когда её величество оставила нас наедине, проворчал в кулак следующую фразу:
— На какие только извращения не пойдёшь ради внуков… — и сходу принялся выбивать из меня оставшееся дерьмо.
Один очень важный момент: тренировочного оружия в этот мир не завезли. Совсем. А ответ на вопрос: как же ты выжил, несчастный, больше у меня улыбки не вызывает! Это магия, будь она неладна! Вся фишка в том, как работает броня. Именно работает, потому что оружие и доспехи, как и подавляющее большинство предметов обихода этого мира, тоже являются артефактами. Вот только если не «включить» меч, то им и так можно неплохо рубануть, а вот если не включить доспехи… Ну на себе я это не проверял, наставник очень не советовал, а я ему верю. В общем-то в этом взаимодействии «выкл» и «вкыл» и заключается суть тренировочных боёв. Я включаю доспехи, закрываюсь щитом, а он выключает меч и начинает меня пи… обучать воинскому искусству, во!
Жестоко даже по моим меркам. И это несмотря на то, что пехотный доспех, в который он меня вдел — без преувеличения волшебная вещь! Суть этого артефакта в том, что он по факту является самым натуральным экзоскелетом. Веса его я не чувствовал, (потому что конструкция носит себя сама, удивительно отзывчиво управляется, а так же существенно увеличивает массу и силу) но принимая удары на щит я не улетал вместе с ним в дальний конец ринга, хоть и болтало меня знатно. К ударам мы приступили далеко не сразу и только тогда, когда мне в край надоело быть грушей для битья, и я, каким-то чудом парировав его удар, переместился зелёному за спину и ткнул мечом в бок. Орк охренел от такой наглости настолько, что взял свой лом двумя руками и… Какое «там другой конец ринга», из стены меня выковыривать пришлось. Но бронька, хоть и сдохла, но сдюжила, кости, как ни странно, тоже.
Тут, сидя непосредственно в стене, возникает вполне разумный вопрос: а почему меня, вроде как лицо королевской крови, учат работать в доспехе, хотя их величества и оставшееся высочество тренируются налегке? Ведь если логически рассудить, то в мирное время короли и принцы воюют исключительно в неудобных условиях, в которые поставили их убийцы, предварительно пройдя всю охрану? И я не постеснялся этот вопрос озвучить, на что получил развёрнутый ответ. Итак, причин на это несколько. Во-первых, туша, высотой сто шестьдесят семь сантиметров и весом восемьдесят кило, которая просто физически не может быть проворной. И я правда продолжаю терять вес! В этом месяце я лишился ещё семи килограмм подкожных запасов, но это ситуацию не выправляет.
Вторая причина: мой неожиданный для всех (включая меня) затяжной приступ активности. Королева и король уже по несколько раз просили меня сбавить темп, надоело им вызывать мне доктора, когда я падал посреди коридора или упражнения без чувств. Но остановиться я не мог. Почему? Ответ, пожалуй, что очевиден для меня, но монархам я этого не скажу. Я просто не могу! Не могу находиться в этом теле без отвращения! И это странно. Никогда не испытывал предубеждения к людям, страдающим (или наслаждающимся) ожирением, но, судя по всему, это было, когда толстым был кто-то кроме меня. Своим новым родителям же я скормил версию близкую к правде, но куда более мягкую по содержанию. Кроме того, у этого моего полу убитого состояния был один существенный плюс: перегавкиваться с Арканой за обедом стало гораздо проще, две трети её едких замечаний относительно меня я просто пропускал мимо ушей.
Высокопоставленные родители меня услышали и решили ковать железо, пока горячо. Сначала я попробовал заниматься с придворным тренером, потом с королевой, а потом в моей жизни появился мой нынешний му… учитель. Это решение было не от хорошей жизни. Дворяне с детства привыкают к лёгким и довольно дорогим доспехам, которые почти ничего не весят и никак не стесняют движения. У меня же… просто не было выбора. В первую линию встречать щитом летящую кавалерию меня, естественно не поставят, но защищать себя при невозможности уклониться я уметь обязан.
Кстати, на грифонах летать я тоже был обязан, и от этого моя ненависть к пернатым тварям всё росла… Нет, серьёзно! Отвалите от меня! Отдайте меня Граксу! Пусть этот орк меня здесь угробит! На земле! На твёрдой, ровной, никуда не собирающейся деваться из-под ног земле! Ну зачем мне грифоны? Пусть на них охрана летает, а я и на представительском кортеже куда надо доеду! В конце-то концов! Именно так мой предшественник всегда и делал!
Не… Бесполезно. К концу пятого месяца моего пребывания в новом мире мне так и не удалось ни до кого кроме грифонов и Арканы донести одну простую мысль: ну не моё это! Сестрёнка, кстати, ржёт как лошадь и даже подбадривает… грифонов. Да, ей с её подругой очень весело. Хотя мелкая гномка, работающая э… а как вообще называются конюхи у грифонов? Не важно. Её наняли пару месяцев назад, потому что предыдущий ушёл на пенсию и дико горевал, что не может и дальше ухаживать за этими гордыми и величественными королями неба.
Впрочем, я эту текучку персонала уловил только потому, что впервые видел живую представительницу гномьего племени. Ну а так… новое лицо, не новое лицо… для меня тут всё внове, не то что лица.
В общем, юная Эмиральда вроде как-то даже поначалу пыталась сочувствовать и мне и грифонам, но Аркана вовремя разъяснила ей политику партии, так что я упорно продолжал отбрёхиваться от родительского стремления подбросить меня повыше без союзников вовсе.
Кстати, смотрел профильную литературу. Даже общался с инженерами магического кораблестроения, так что мои мечты об малогабаритной летательной машине вполне себе осуществимы, но это слишком дорого и сложно. Дороже грифона и куда менее престижно, а посему дворяне предпочитают именно их. Точнее даже не задумываются об альтернативах.
Ну это ничего… Скоро… Скоро!
От нетерпения я сжал шерсть на пернатой шее очередного птицельва, которому я опять взаимно не понравился и тот моментально отреагировал на «команду», уйдя в штопор.
— Ай! Гвейн! Чтоб тебя! — взвизгнула Аркана, и мы вместе с ней и её грифоном (мой-то, скинув меня заложил вираж и вполне себе вырулил) рухнули в искусственный пруд, служащий местным обитателям купалкой.
Вынырнув из воды, я злобно зыркнул на парящего с невозмутимым видом кошкоптаха и подумал
