направился к столу. – Если больше одной вещи, то придётся тебя, как редкостный экземпляр сдать в музей под стекло.
– Мне нужен мой телефон и ваш номер, чтобы деньги за покупки перевести.
Мужчина резко остановился и уставился, как будто у меня из боков неожиданно вторая пара рук выросла и приветливо ему машет.
– То есть ты мне деньги хочешь вернуть? – зачем-то он переспросил.
– Да.
– Ещё что-то подобное предложишь, и я тебя не в музей, а в дурдом сдам, как умалишённую, – предупредил мужчина, продолжил движение и уже через несколько секунд кресло под тяжестью его тела заскрипело.
– Нет, я всё-таки настаиваю, мне не нравится быть перед кем-то в долгу.
Сомневалась упорствовать или нет, но всё же решилась.
Ренат же на этот раз сделал вид, что внезапно оглох и, не реагируя на мои слова, внимательно смотрел на экран и кликал мышкой.
– Ренат Матвеевич! – напомнила, что жду ответ.
– Ника, иди отсюда уже, а. Ты мне прямо всё представление о женщинах портишь. Вы корыстные, скандальные и визгливые существа, и не надо меня в этом переубеждать. А то ещё раз женюсь, и тебе после, как виноватой, голову откручу. Ну что встала, пошла на выход, говорю. Бесишь.
Заказ доставили ближе к вечеру. Когда Андрей его принёс, руки потирала и радовалась, как в детстве Деду Морозу.
Неужели сегодня ночью буду спать в трусах. Оказывается, не так много человеку для счастья и надо.
– Андрей, подожди, – окликнула я мужчину, когда он уже успел открыть дверь, чтобы выйти из комнаты.
– М-м-м?
– Или я что-то напутала или сотрудники магазина ошиблись, но вместо одной пижамы прислали две… по виду одинаковые. Ой, синих футболок тоже пара… и белых…, – вывалив содержимое пакета на кровать, озвучила вывод. – Похоже, весь заказ задвоился. Сходишь к Ренату Матвеевичу, скажешь, что надо оформить возврат?
– Совсем вылетело из головы – устало выдохнул Андрей. – Ренат просил передать, что ты страдаешь острой степенью скупердяйства, лечится это током и т.д. и т.п.. В общем, он сам дублировал все позиции.
– И на кой мне две пилки для пяток и два пинцета для бровей? – развела я руками.
– Ну ноги же у тебя две, бровей, кстати, тоже пара. Вполне логично.
Так и не найдя слов для ответа, захлопнула отвисшую челюсть и тряхнула головой. Да и чёрт с ним, нашла над чем заморачиваться, больше не меньше – значит, проблемы нет.
– Почти семь, я же могу за ужином спуститься на кухню сама? – спросила я, пока Андрей не ушёл.
– Зачем? Я принесу. Мне несложно. Или если не нравится есть здесь, скажу, чтобы тебе накрыли в столовой или на террасе. Так где?
В столовой красиво, на террасе свежий воздух и со стороны леса доносятся приятные звуки, но ужинать там, я отказываюсь, по причине отсутствия телевизора. Привычка, ничего не поделаешь, если обедаю в одиночестве, перед глазами обязательно должно мелькать видео с телефона, или по телеку идти какой-нибудь фильм – непринципиально, главное, чтобы было, чем мысли занять. Знаю, что вредно, но мне так комфортно.
– Нет, меня устраивает, есть в этой комнате, но приносить себе еду, я бы хотела сама. Мне совсем делать нечего, а тут хоть какие-то телодвижения.
Взгляд мужчины мгновенно превратился в неодобрительный.
– На кухне ты встретишь Алексея, оно тебе надо? – наклонившись ко мне ближе, словно существовал шанс, что не расслышу, гаркнул Андрей.
– И пусть. Не собираюсь прятаться от него по углам. Много чести.
Андрей цокнул и, осуждающе качнув головой, выпрямился.
– Дело твоё, поступай, как знаешь, но сразу предупреждаю, если между вами опять что-нибудь начнётся, я вмешиваться не стану. Сегодня ты здесь, завтра уже нет, а мне с ним работать.
К ужину чуть припозднилась, зато всю одежду перемерила, кое-что постирала, тюбики аккуратно расставила в ванной, теперь видно, что в спальне кто-то живёт.
Доносившийся из кухни хор из мужских голосов заставил не только остановиться возле двери, но и усомниться в правильности решения, что теперь за пропитанием хожу сама.
Возможно, постояла бы, почесала затылок, да и ускакала обратно к себе, но шаги за спиной не оставляли выбора, и я вошла внутрь
Как только моё появление заметили, разговоры и хохот в мгновение прекратились, и каждый из мужчин, включая того, что зашёл вслед за мной, отреагировал по-своему.
Алексей зло прищурился, а затем и вовсе скривился, как будто его сейчас вырвет. Идиот, что с него взять. Тот, чьи шаги слышала, вежливо поздоровался и даже игриво подмигнул. Если не ошибаюсь, когда меня сюда везли, именно он занимал место водителя. Кто-то мне улыбался, кто-то кивал, а вот Андрей как сидел, склонившись над тарелкой, так и продолжил, даже глаз не поднял.
– Баба, которая жрёт на ночь, наедает себе толстый зад, – не удержался Алексей и выплюнул реплику, когда я, стоя у плиты, накладывала из сковороды в тарелку гуляш. – Каждая нормальная тёлка об этом знает, а на ненормальных из-за жира противно смотреть.
Замерла, но лишь на секунду, речь же не обо мне, Алексей о каких-то бабах и тёлках вёл речь – я здесь ни при чём. М-м-м картошечка с луком. Вкуснятина.
За спиной послышались недовольные возгласы, и все они летели в сторону Алексея «Как же ты задолбал», «Помолчи уже, а», «Дай, спокойно поесть»….
Да-а-а наверняка не такую реакцию Лёха ожидал от коллег.
Мужчины, конечно, правы в том, что не поддержали придурка, но если из-за меня, то не стоило портить с ним отношения. Лишний вес ещё наесть не успела и комплексы, слава богу, не нажила. Так что пусть разглагольствует по поводу ночного обжорства сколько влезет – мне фиолетово.
Первое, второе, салат, компот на подносе, осталось найти хлеб и готово.
Огляделась, хлеб в плоской тарелке лежал на столе. Щипцов рядом не видно, значит, можно брать прямо руками. Взяла два куска для себя, а третий прихватила, исключительно чтобы позлить Алексея. Пусть видит, что его яд расходуется впустую.
– Андрюха, ты же вроде сегодня к крысе наведывался, ну и как у него морда, до сих пор помятая после моих подошв? – развалившись на стуле и самодовольно поглядывая на меня, поинтересовался Алексей.
Сволочь. Укусил за один бок, но там для его зубов у меня слишком толстая кожа, так он теперь вгрызся в другой. Нащупывает слабое место. И
