class="p1">Андрей, осторожно подняв взгляд к потолку, посмотрел на камеру. Это ему «Вертлявый зад» подсказал, что я за ними наблюдаю? Значит не все мои работники идиоты, один точно с мозгами.
– Да, сейчас ей передам, – отзывается Андрей, и я сбрасываю вызов.
– Ника, поднимись к Ренату Матвеевичу в кабинет.
Вместо того, чтобы немедленно встать и пойти куда велено, Ника с многострадальным выражением на лице морщит нос.
– Сейчас? – с явным нежеланием тянет она, как будто её в кабинет проктолога на осмотр заднего прохода приглашают.
– Нет, после дождичка в четверг ко мне заявишься, а я посижу, подожду, – рявкнул я.
– Да, – в отличие от меня Андрей ответил Веронике цацкаясь с её нежными девичьими чувствами. Вместо того, чтобы за шкирку поднять и на пинковозе прокатить до моего кабинета.
– Прямо сейчас никак не получится, я в ванной душ принимаю, – тянет зараза, – Вот съем кашу…, то есть помоюсь, вытрусь, высушусь вот тогда и пойду.
До этого момента считал, что до темноты в глазах меня может взбесить исключительно бывшая, но Ника только что переплюнула эту тварь на целое футбольное поле.
Представляя, что держу в руках сразу две шеи Вероники, до хруста костей сжал кулаки. Она совсем, что ли, бесстрашная….
– Ника, ноги в руки и бегом! – скомандовал криком Андрей, если бы ещё ей и подзатыльник в воспитательных целях отвесил, хоть наполовину, но передо мной реабилитировался.
Будущий до смерти истерзанный женский труп обиженно поджал губы и изволил высказать недовольство:
– Ты почему повышаешь на меня голос?
– Дюха, в самом деле, орать-то зачем? – поддержал Костян Веронику, а в моём понимании просто отдал ей свои яйца в вечное пользование.
– Ну да, поест и пойдёт, – брякнул Сергей, следом за Костей переходя на тёмную сторону.
Как?! Каким образом она за неделю умудрилась из своры бойцовских псов вылепить выводок пекинесов?!
Это мне на будущее урок, привёл в дом бабу, убедись, что она не ведьма.
– Вы что оба несёте! – рыкнул Андрей, а следом отвернулся от камеры, маячит, так понимаю, товарищам, что на кухне присутствующих на одного человека больше, чем они предполагают.
Как пить дать предупредил. Костя и Серый, покосившись на камеру, как по команде уткнулись рылами в тарелки и активно гребут ложками, как будто они тут вообще ни при чём.
– А кто знает, зачем я гамадрилу понадобилась?
Ты ж моя прелесть, в гамадрилы меня какие-то записала…. Андрюха, да засунь ты ей уже в рот батон, а то она себе сейчас на смертный приговор наговорит.
Пока Костян откашливался, забрызгивая соседей кашей, а Серёга, вжимая котелок в плечи, изображал из себя всадника без головы, отключил звук. Если Ника ещё что-нибудь ляпнет, и в самом деле ведь зашибу.
Глава 6
Вероника
М-да, поднимаясь по лестнице, в очередной раз вздохнула. Ничего не поняла, это что сейчас такое было? Сидели, завтракали, нормально общались, позвонил Ренат… бац! и ерунда какая-то началась. Сперва Андрей превратился в человека прямоходящего, но не разумного, а затем к нему и парни присоединились. В прямом смысле вытолкали из кухни, да ещё так чудно. Выпроваживали и как светофор глазами мигали, причём все. Не знала, что нервный тик воздушно-капельным путём передаётся. А ещё шептали, тихо-тихо и разом, ни одного слова не разобрала. А когда в лоб спросила, какая чумная муха их укусила, почему они себя так ведут, за головы схватились, вышвырнули за порог и захлопнули дверь.
Дошагав до кабинета Рената, занесла кулак и постучала три раза.
– Войдите!
Мне кажется или кто-то не в духе? И зачем так горланить, я же не на другом континенте, а всего лишь за дверью?
– Здравствуйте, Ренат Матвеевич, – войдя, с улыбкой поприветствовала я хозяина дома.
Мужчина медленно поднял на меня глаза и впился настолько свирепым взглядом, что неосознанно попятилась обратно к двери.
– Пошла вон!
Прикрыв уши ладонями, чтобы перепонки не лопнули, зажмурилась и пригнулась.
– Мне передали, что вы меня ждёте, сама бы я к вам никогда…
– Пошла вон, дрянь! Пока грех не взял на душу и не удавил.
Нас друг от друга разделяло несколько метров, но Ренат кричал так, что волосы шевелились, и я ощущала кожей, как меня обдувает потоком воздуха, который вылетал из его рта вместе с угрозами.
* * *
Сидя на кровати с поджатыми под себя ногами и открытым ртом слушала Андрея и недоумевала, как мне вообще удалось удрать из кабинета Рената живой?!
– О-ёй…, – вздыхала я, вспоминая, что тогда говорила на кухне, но тут в голове родилась мысль, от которой волосы на затылке зашевелились. – А здесь у меня есть камеры?
Днём, конечно же, нет, но поздним вечером, когда дом затихал, несколько раз не в ванной переодевалась, а в комнате.
– Одна есть, но она смотрит на окно и звук не пишет. Так что не пучь глазёнки, никто за тобой не подглядывал, – пояснил Андрей, и я вроде бы успокоилась, но часть гадливого чувства всё равно не ушла.
Направить камеру, например, на кровать, думаю, секундное дело. То есть всё, мне теперь не расслабиться, постоянно буду переживать, что на меня кто-то глазеет.
– Андрей, а у тебя есть с собой телефон? – поинтересовалась я и, получив положительный кивок, попросила. – Покажи хоть как выглядит гамадрил, а то только и знаю, что обезьяна, возможно, и в глаза раньше не видела.
Судя по тому, что экран мобильного оказался у меня перед носом через десять секунд, кое-кто недавно уже интересовался внешностью гамадрила.
– Эх, красавец какой, – выдала я вердикт и, обхватив голову руками, жалобно простонала. – Ренат меня убьёт, да?
– Вообще-то, я был на двести процентов уверен, что ты просидишь неделю в подвале на хлебе и воде, вместо этого он тебя просто прогнал. Так что точно уже не прибьёт, но на всякий случай на глаза ему не попадайся. Ренат Матвеевич не из тех людей кто быстро отходит.
Как только Андрей испарился, спрыгнула с кровати, чтобы опять подпереть тумбочкой дверь. Ключ от спальни мне не давали, и последние три дня именно так боролась с внезапными посетителями. А то каждый, кому не лень, вваливается без стука, элементарно даже в ушах не поковыряться.
Согнувшись в три погибели, кряхчу от тяжести, но упорно двигаю тумбу от
