Он направился к центру бассейна. Затуманенным от боли взглядом Кельсер наблюдал, как Странник, закрыв глаза, развел руки в стороны и, очутившись у самой глубокой точки, с головой погрузился в свет.
Через мгновение фигура вылезла из бассейна, но на этот раз была расплывчатой и сияющей изнутри, как…
Как те, кто находился в мире живых. Этот бассейн позволил Страннику перейти из мира мертвых во внешний мир. Кельсер разинув рот смотрел, как мужчина миновал колонны и остановился напротив. Два крошечных кусочка металла по-прежнему лежали на своем месте.
Странник подобрал один из них, подбросил и поймал. В его движениях читалось ликование.
Кельсер зажмурился и сконцентрировался. Боли нет. Нога на самом деле цела. Соберись.
Ему удалось немного пригасить боль. Он уселся в бассейне по грудь, всколыхнув свет. Сделал вдох и выдох, хотя и не нуждался в воздухе.
Проклятье. Первый же человек, которого он встретил за долгие месяцы, сокрушил его, а затем украл что-то по ту сторону тюрьмы. Кельсер даже не знал, что или зачем, или даже как Страннику удалось проскользнуть из одного мира в другой.
Кельсер пополз к центру бассейна, опускаясь на дно. Нога еще ныла, но он встал и развел руки. Сконцентрировался, пытаясь…
Что? Осуществить переход? Но как?
Да уже все равно. Он был расстроен и унижен. Ему нужно доказать самому себе, что он еще на что-то годится.
Он потерпел неудачу. Никакая концентрация, визуализация или напряжение мышц не помогли ему осуществить то, что удалось Страннику. Он вылез из бассейна, измотанный и пристыженный, и сел на край.
Он не заметил Разлетайку, пока тот не заговорил.
− Чем ты тут занимался?
Кельсер обернулся. Разлетайка редко посещал его в последние дни и всегда появлялся без предупреждения. А если и говорил, то нес какой-то бред сумасшедшего.
− Здесь кое-кто побывал, − ответил Кельсер. − Беловолосый мужчина. Он каким-то образом использовал Источник, чтобы переместиться отсюда в мир живых.
− Понятно, − тихо сказал Разлетайка. − Так он осмелился? Это было опасно, когда Разрушитель рвется из своих пут. Но если кто-то и пойдет на такое безрассудство, то, скорее всего, Цефандриус.
− Думаю, он что-то украл, − добавил Кельсер. − У противоположной стены. Кусочек металла.
− Ааа… − протянул Разлетайка. − Мне казалось, он перестанет вмешиваться после того, как отверг всех нас. Следовало быть осторожнее, впутывая его. В половине случаев нельзя верить его прямым обещаниям…
− Кто он? − спросил Кельсер.
− Старый друг. И, прежде чем ты задашь вопрос, отвечаю: нет, ты не сможешь совершить переход между реальностями. Твои связи с внешним миром были разорваны. Ты похож на воздушного змея без веревки, связывающей его с землей. Ты не можешь путешествовать по Перпендикулярности.
Кельсер вздохнул.
− Тогда почему он смог прийти в мир мертвых?
− Это не мир мертвых. Это мир мысли. Люди, да и вообще все существа, подобны лучу света. Пол, куда падает этот свет, − физическая реальность. Солнце, от которого он исходит, − духовная реальность. Эта реальность − когнитивная − пространство между ними, через которое тянется этот луч.
Кельсер мало что понял в этой метафоре. «Всем им ведомо так много, а мне так мало», − подумал он.
Ну, хотя бы Разлетайка сегодня лучше изъясняется. Кельсер улыбнулся, повернувшись к богу, и оцепенел, когда тот повернул голову.
У Разлетайки отсутствовала добрая половина лица. Вся левая часть исчезла. Не было ни раны, ни черепа под ней. Из оставшейся половины струился туман. Он улыбнулся в ответ половиной губ, как будто ничего не произошло.
− Он украл частицу моей сущности, первозданную, без примесей, − объяснил Разлетайка. − Ее можно Вложить в человека и даровать ему или ей алломантию.
− Твое лицо… Разлетайка…
− Ати намеревается покончить со мной, − продолжил бог. − На самом деле он давно вонзил мне нож в спину. Я уже мертв.
Он еще раз улыбнулся ужасной гримасой и исчез.
Чувствуя себя выжатым, Кельсер обреченно опустился рядом с бассейном и лег на камни, которые по ощущению были почти такими же твердыми, как настоящие, и не походили на мягкий туман.
Он ненавидел это чувство неведения. Все эти люди затеяли грандиозную шутку, а он был их мишенью. Кельсер уставился в потолок, освещенный лучами Источника и столпом света в центре. В конце концов он принял решение.
Он найдет ответы.
В Ямах Хатсина он пробудился ради цели, и его намерением было уничтожить Вседержителя. И он пробудится вновь. Кельсер встал и решительно шагнул в свет. Противостояние богов было важно, а существо в Источнике представляло опасность. Все это превосходило его познания о мире, поэтому у него появился повод жить.
И, что гораздо важнее, повод оставаться в своем уме.
2
Кельсер больше не волновался по поводу безумия или скуки. Каждый раз, когда заключение начинало его утомлять, он напоминал себе о том чувстве − об унижении, − которое он испытал в руках Странника. Да, он заперт в ограниченном пространстве пяти футов в поперечнике, но у него много дел.
Сначала он вернулся к изучению существа в Запределье. Он заставлял себя нырять в свет, чтобы представать перед его непостижимым взором, и оставался там до тех пор, пока оно не обращало на него свое внимание.
Разрушитель. Подходящее имя для бесконечного разложения, распада и уничтожения.
Он продолжал следовать пульсациям Источника. Эти путешествия давали ему скрытые подсказки к мотивам и замыслам Разрушителя. Кельсер ощутил, что тот начинает действовать знакомым образом − казалось, что Разрушитель делал то же, что когда-то Кельсер: искажал религию. Разрушитель манипулировал сердцами людей, внося изменения в их предания и книги.
Это ужаснуло Кельсера. Взгляд на мир через пульсации изменил его намерения. Ему нужно было не просто понять это существо, но и сразиться с ним. С этой чудовищной силой, которая уничтожит мир, если сможет.
Он вздрогнул от отчаяния, осознав, что увидел. Зачем Разрушитель изменил древние пророчества Терриса? Что Странник, которого Кельсер едва мог уловить в редких пульсациях, делал в доминионе Террис? Кем был этот таинственный рожденный туманом, за которым так пристально наблюдал Разрушитель, и был ли он опасен для Вин?
Отправившись с очередной пульсацией, Кельсер с отчаянием высматривал людей, которых знал и любил. Разрушитель был крайне увлечен Вин, большинство его пульсаций сводились к ней и к ее возлюбленному, Эленду Венчеру.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
