− Хорошо сработано, Разлетайка, − сказал Кельсер, открыв глаза и улыбнувшись богу, когда тот шагнул навстречу. В позе Вин читалось непостижимая радость. − Я готов поверить в то, что ты великодушный бог.
− Ударить его кинжалом было опасно, болезненно, − отозвался Охранитель. − Я не одобряю такое безрассудство. Но, возможно, это было правильно, несмотря на мои идеалы.
− Разрушитель освобожден, − сказал Кельсер, глядя вверх. − Эта тварь сбежала.
− Да. К счастью, перед тем, как умереть, я привел в движение план. Никак не могу его вспомнить, но уверен, что он блестящий.
− Знаешь, я иногда тоже себе такое говорю после ночной пьянки. − Кельсер почесал подбородок. − Я тоже свободен.
− Да.
− Шутка в том, что ты не уверен, кого было опаснее освободить. Меня или твоего товарища.
− Нет, − не согласился Разлетайка. − Я знаю, кто из вас опаснее.
− Боюсь, в этом я проиграл.
− Хотя, − произнес Охранитель, − я не могу сказать, кто из вас больше раздражает.
Он улыбнулся. Вид его наполовину растаявших лица и шеи беспокоил, как счастливый лай искалеченного щенка.
Кельсер похлопал его по плечу:
− Мы сделали из тебя отличного члена команды, Разлетайка. А теперь я хочу убраться из этой проклятой пещеры.
Часть 3
Дух
1
Кельсер действительно хотел чего-нибудь выпить. А кто бы не захотел, выйдя из тюрьмы? Пойти напиться, наслаждаясь свободой, отметить ее небольшим запоем со страшной головной болью?
При жизни он обычно старался избегать подобного легкомыслия. Предпочитал контролировать ситуацию, а не позволять ей управлять им. Но он не мог отрицать, что жаждет выпить, чтобы заглушить только что пережитое испытание.
Это казалось ужасно несправедливым. Как он может испытывать жажду, когда у него нет тела?
Миновав туманные помещения и туннели, он выбрался из пещер, окружающих Источник Вознесения. Как и прежде, прикасаясь к чему-либо, он мог понять, как это выглядит в реальном мире.
Идти по неустойчивой поверхности было легко; она пружинила под ногами, как натянутая ткань, удерживая его вес, если не наступать жестче − иначе нога увязала, будто в густой грязи. Он даже мог проходить через стены, если сильно постараться, но это давалось труднее, чем во время той пробежки к Источнику сразу после его смерти.
Выйдя из пещер, он очутился в подвале Кредикской Рощи, дворца Вседержителя. И хотя все было соткано из тумана, ориентироваться здесь было даже легче, чем казалось. Чтобы лучше представить окружающее, он касался туманных предметов, мимо которых проходил. Ваза, ковер, дверь.
Кельсер наконец вышел на улицы Лютадели свободным человеком, если так можно сказать о мертвом. Некоторое время он просто бродил по городу. Он испытал такое облегчение, выбравшись из этой дыры, что почти забыл тот ужас, который испытал при побеге Разрушителя.
Так он и провел весь день, сидя на крышах, прогуливаясь мимо фонтанов. Оглядывая город, испещренный светящимися точками кусочков металла, напоминающих огоньки в туманной ночи. Взобравшись на городскую стену, он рассматривал колоссов, разбивших лагерь недалеко от города, но, похоже, они не собирались никого убивать.
Нужно проверить, нельзя ли связаться с друзьями. К несчастью, без путешествий с пульсациями, которые прекратились после побега Разрушителя, Кельсер не знал, откуда начинать поиски. Он потерял след Вин и Эленда, спешно покинувших пещеры, но во время перемещений с пульсациями кое-что запомнил и теперь наметил несколько мест для поисков.
Наконец он отыскал свою команду в крепости Венчер. После катастрофы у Источника Вознесения прошел день, друзья готовились к похоронам. Кельсер неспешно прогуливался по двору среди ярких светящихся душ, горящих подобно фонарям. Соприкасаясь с ними, он получал представление об их внешнем виде. Многих он узнал: скаа, с которыми он общался, подстрекая на восстание, в последние месяцы своей жизни. Другие были ему незнакомы. Также его беспокоило присутствие большого количества солдат, ранее служивших Вседержителю.
Он отыскал Вин на ступенях крепости Венчер, съежившуюся и расстроенную. Эленда нигде не было видно, но рядом, скрестив руки, стоял Хэм. Во дворе кто-то, жестикулируя, выступал перед группой людей. Это что, Дему? Руководит церемонией похорон? Конечно, ведь во дворе лежали трупы, чьи души уже не светились. Кельсер не слышал, что именно говорит Дему, но все было понятно без слов.
Кельсер уселся на ступеньках рядом с Вин, положив руки на колени.
− Что ж… Все прошло неплохо.
Вин, разумеется, не ответила.
− Я имею в виду, − продолжил Кельсер, − да, в итоге мы выпустили несущую конец света силу разрушения и хаоса, но Вседержитель наконец-то мертв. Миссия выполнена. Плюс ко всему, твой аристократ по-прежнему с тобой. Не волнуйся насчет шрама у него на животе. С ним он выглядит мужественнее. Одному туману известно, в каком бою закалился этот книжный червь.
Она не шевелилась и сидела в той же сникшей позе. Кельсер обнял ее за плечи и уловил образ того, как она выглядит в реальном мире. Цветущая и полная жизни, но какая-то… повзрослевшая. Она теперь казалась мудрее и больше не была тем ребенком, которого Кельсер подобрал на улицах, спасая от поручителей.
Он наклонился к ней:
− Я одержу верх над этим существом, Вин. Я сделаю это.
Со двора донесся голос Охранителя:
− И как же ты намереваешься это сделать?
Кельсер поднял голову. Хотя он был готов к тому, как выглядит Охранитель, он все еще вздрагивал, когда видел, во что тот превратился, − в боге почти не осталось ничего человеческого, только расплывающийся пучок нитей рассеянного дыма, образующих размытые очертания головы, рук и ног.
− Он на свободе, − сказал Охранитель. − Вот и все. Время пришло. Соглашение подлежит исполнению. Он возьмет то, что ему обещано.
− Мы его остановим.
− Остановим его? Он сила энтропии, универсальная константа. Ты не сможешь его остановить, это все равно что остановить время.
Кельсер поднялся и, покинув Вин, спустился по ступенькам к Охранителю. Ему хотелось бы услышать, что Дему говорит этой небольшой толпе светящихся душ.
− Если его нельзя остановить, − сказал Кельсер, − тогда мы его задержим. Ты ведь уже так делал? Твой великий план?
− Я… − проговорил Охранитель. − Да… Был план…
− Я теперь на свободе и могу помочь тебе его осуществить.
− На свободе? − рассмеялся Охранитель. − Нет, просто у тебя теперь тюрьма побольше. Ты привязан к этой реальности, ограничен ею. Ты ничего не можешь с этим поделать. И я не могу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
