расчерчивая высь небес замысловатыми узорами, с грохотом стремится к полуразрушенному замку на холме. Проказник ветер треплет мои светлые волосы, норовя засунуть их в рот. Я отплевываюсь, вполголоса ругаясь далеко не литературным языком, стараясь хоть немного прийти в себя от потрясения. Одной рукой придерживаю дурацкую шляпку, что постоянно хочет улететь вслед за очередным порывом ветра. Другой держу ворот старенького пальто, которое явно не предназначено для такой погоды. Пока я, безуспешно, воюю со сложившейся ситуацией, из замка стало доноситься противное хихиканье. Ну все, приплыли. Уже и глюки подъехали! Нафиг! Никогда не буду больше пить.
Ну не может же полуразвалившееся здание без окон и частично крыши хихикать. Противненько так, как в наших мультиках злодеи хихикают. Даже если я оказалась в магическом мире, не думаю, что здесь такое можно встретить сплошь и рядом. Это стопроцентные глюки и никак иначе быть не может! Или может? Может, там кто-то есть? Например, какие-то заблудившиеся туристы или, боже упаси, разбойники. Хоть бы первые! Я постаралась глубоко вдохнуть и выдохнуть, выплевывая волосы, которые снова залезли в рот, стоило тому открыться. Хихиканье повторилось, а ветер усилился. И я, взяв себя в руки, с саквояжем наперевес отправилась к замку. Делать все равно было нечего. Карета-то уже умчалась в далекие дали.
Чем ближе я подходила к замку, тем сильнее становился ветер, а звук хихиканья становился все громче. Ошибки быть не может! Этот старый полуразвалившийся замок смеялся, как второсортный злодей из мультфильмов моего мира. Почему я так решила? Всё дело в голосе. Он был каким-то неживым. Потусторонним. Ну, главное, что пока что убивать меня никто не пытается, да и никаких странных ощущений я не заметила, значит, никакому проклятию не подверглась пока, но это не точно. А то, что махина хихикает, так это ничего страшного – у каждого свои скелеты в шкафу. Можно пережить и смириться. Наверное.
Как только я смогла вплотную подойти к стенам замка, ветер исчез. Молния больше не била в замок. Даже тяжелые мрачные тучи слегка рассеялись. Ну, хоть что-то хорошее случилось. Опустив саквояж на камни, когда-то бывшими, по-видимому, крыльцом, я толкнула тяжелую деревянную входную дверь и та открылась с характерным для земных ужастиков скрипом, а как же иначе. Мне в лицо тут же пахнуло затхлым воздухом и запахом сырой земли. Да уж. С какого времени здесь никого не было? Я подхватила свою поклажу и шагнула в едва освещенное помещение. Замок снова стал противно хихикать, и я не выдержала:
– Ну ё-моё, сколько можно-то. Может, уже прекратишь свой злобный хохот?
В ответ на мой раздраженный вопрос послышалось сначала какое-то невнятное бормотание, а затем едва слышный, но набирающий обороты голос произнес: – Ишь расходились здесь! Только одного любителя дармовщины выпроводишь за порог – как тут же новый появляется. За что мне это всё?
– Так это из-за тебя виконты и виконтессы пропадают? – возмутилась я, хоть и постаралась пропустить мимо ушей то, что меня назвали «любителем дармовщины», но не вышло. Гнев мгновенно разгорелся в груди.
– Вообще-то я сюда не рвалась и эти развалины мне и триста лет в обед не сдались. Так что никакая я не любительница дармовщины! – от обиды надула щеки и скрестила руки под грудью.
– Все вы так поначалу говорите! Стоп. Что?
– Что? – тупо переспросила я у растерянного голоса.
– Ты что, меня слышишь?! – возмущенно-удивленный громкий голос даже на мгновение оглушил меня. От чего я вздернула вверх плечи и сморщила лицо.
– Конечно, слышу! Я же не глухая. Как только приехала, так сразу твое зловредное хихиканье и услышала, и это вместо приветствия. А теперь ты орешь так, что и мертвеца из могилы поднимешь. Ты, кстати, кто? И куда подевал моих предшественников?
Ответом мне послужило новое невнятное бормотание, из которого можно было понять только, что голос сейчас пребывает где-то на грани глубочайшего шока. Я озиралась по сторонам в надежде найти владельца голоса, но видно было плохо. Да и судя по тому, что на полу расположились сугробы из пыли и мусора, сюда давно не ступала нога человека. Всё это выводило меня из себя.
– Может, уже покажешься, и мы поговорим с глазу на глаз? Не знаю, где ты здесь прячешься, но не думаешь, что это как минимум невежливо?
– Эм-м… Я не прячусь. Я – элементаль, ядро этого замка. А ты кто такая?
– В смысле, ядро? Ты что? Говорящий замок, что ли?
– Полагаю, что для вас, людей, всё выглядит именно так. Я – замок. Сама его суть.
От такой новости я чуть было не плюхнулась на пол, потому что ноги задрожали. Но усилием воли заставила тело подчиниться голосу разума, оставаясь стоять. Вот это поворот истории. Мало мне было всего остального, так я теперь еще и в говорящем доме должна жить. Ух, ладно, разберемся с этим как-нибудь. В конце концов, может, из этого получится извлечь какие-то плюсы. Попаданка я, в конце-то концов, или нет! Пока осмысливала и принимала ситуацию, мой новый дом пришел в себя и, видимо, очень сильно обрадовался, что его слышат.
– К твоему сведению, я совершенно не причем. И знать не знаю, куда подевалась предыдущие представители фамилии де Морр. Я только защищаю свою территорию от любителей дармовщины. Пугаю их, в общем, чтоб не тянули свои руки ко мне. Нет здесь больше никаких сокровищ. Ни золота, ни серебра. И нечего от меня кусочки пытаться оторвать.
– Слушай, замок, а ты их магией отпугиваешь? – полюбопытствовала я. Почему-то голосу хотелось верить и что-то внутри меня подсказывало, что на него можно положиться.
Внезапно почувствовалось какое-то родное тепло, которое шло от стен. А в душе возникло ощущение единства с этим разрушенным замком и уверенность, что все так и должно быть. Сейчас всё правильно и на своих местах.
– Меня зовут Катрина. Недавно я получила титул виконтессы и фамилию де Морр. Надеюсь, что мы с тобой подружимся. Кстати, у тебя есть имя? Расскажешь, почему был так удивлен, когда понял, что я могу тебя слышать?
– Имя. Да, у меня оно было, но из-за того, что я давно не получал подпитки магией, забыл его. О том же, почему ты можешь меня слышать – я не знаю или тоже утратил знания об этом. Как видишь, я разрушаюсь, и мой опустошенный магический резерв пополняется за счет этого, стирая взамен и знания. Я вынужден принести такую жертву, пока жду.
– Ждешь? Кого или что?
– Э… Не помню. Знаю только, что должен ждать и
