Рената, не задумываясь, оказалась возле кровати. Наблюдать за спящим Джейком было увлекательно, и она, склонив набок голову, стала открыто изучать его лицо. Даже во сне оно сохраняло напряженность и жесткость, которая, похоже, никогда не оставляла его. Почему этот человек стал таким жестоким?
Она считала, что природный материнский инстинкт повелевает ей забрать его боль, но то, что она испытывала, вот так глядя на него сверху вниз, было чем угодно, но только не материнским чувством. Почему ни один из мужчин, которые ухаживали за ней в Филадельфии, не заставил ее сердце так биться? Почему все они были такими… обычными? И хотя Джейк менее всего был обычным, он все же не годился для брака. Мелани и Габриэль говорили о нем много доброго, но они также упомянули, что этот человек предпочитает людям волков, что он к тому же имеет склонность исчезать, повинуясь собственной прихоти, и зачастую пропадал целыми неделями.
Рената всегда умела реализовывать свои желания. Джейк был привлекателен, несмотря на его ужасную колючую бороду, и ей хотелось дотронуться до его лица. Это было такое сильное, непреодолимое желание, что она невольно сжала руки. Наверное, он и в самом деле заставляет ее сердце быстро биться, а лицо – гореть. Все это, конечно, могло быть страхом… хотя, честно говоря, она знала, что это не страх.
Но ведь он не тот, ради которого она приехала в Колорадо.
Он без предупреждения открыл глаза, темно-синие глаза, которые тут же устремились к ней. Почему он не просыпался, как нормальные люди? Почему он не потягивался, не зевал, не моргал глазами, пока их взгляд постепенно не сосредоточивался на чем-то? Боже, у него даже дыхание не изменилось. Он просто открыл глаза и смотрел на нее пристально, как всегда.
– Что ж, пора, – строго сказала она. – Я подумала, а не стоит ли мне послать Лестера Паттона за доктором для вас.
– Не надо доктора, – угрюмо отозвался Джейк. – Вы и так прекрасно справляетесь.
Рената притворно улыбнулась ему, чтобы скрыть свой испуг.
– Надеюсь, вы не боитесь докторов, а, Джейк? Он покачал головой так, что Рената подумала: есть ли на свете что-нибудь, чего он боится.
– А вы не испугаетесь, если я поднесу бритву к вашему лицу? – спросила она и. протянув руку, коснулась щетины на его подбородке. Пальцы почти коснулись его, и она отдернула руку.
Он слегка приподнял брови в ответ на ее вопрос и коснулся ладонью своей щеки.
– Я сам могу побриться.
Рената позволила себе настоящую улыбку, хотя и несколько натянутую.
– Значит, вы боитесь, – тихо сказала она.
– Черт побери, а почему бы нет. – Джейк медленно приподнялся и сел, простыня упала с него. Мышцы на его руках напряглись и отвердели, и Рената с трудом отвела от них взгляд. Если бы она могла убедить его не снимать рубашку во время сна, она, возможно, не была бы так смущена. Его нагота положительно сбивала ее с толку. Рената чувствовала, как лицо ее начинает пылать, и поняла, что краснеет.
– Я видела бритвенные принадлежности Габриэля в соседней комнате, – поспешно пролепетала она. – Я принесу их. – Девушка повернулась на каблучках и выбежала из комнаты, оставив безмолвного Джейка Вулфа.
Рената сидела у края кровати и размешивала помазком приготовленную ею пену. Джейк не шевелился. Он просто наблюдал своими холодными глазами, как она пытается не смотреть на него. Это было достаточно трудно, раз уж она начала брить его. Интересно, что же в самом деле она думала, когда предложила побрить его?
Возможно, она совсем ни о чем не думала, но в то же время она ожидала, что он отклонит ее предложение. Однако он не отклонил.
Они находились слишком близко друг от друга. Ему стоило лишь протянуть руку, и он коснулся бы ее.
Если бы он продвинулся вперед, их лица оказались бы рядом. Она могла только надеяться, что он ничего такого не сделает.
Слегка дрожащей рукой Рената начала намыливать его бороду. Джейк не шевелился, но глаза его стали еще холоднее.
– Сколько раз вы это делали?
Она заглянула в их синеву, потом закончила его намыливать и отставила миску в сторону.
– Видите ли, честно говоря, ни разу в жизни. Но я видела, как мой отец брился, так что я вполне уверена, что смогу сделать это – если вы не будете двигаться.
– Вы пытаетесь убить меня, не так ли? – простонал Джейк.
Его кислый комментарий заставил Ренату улыбнуться, и на мгновение она забыла, что он угрожает перевернуть весь ее мир с ног на голову.
– Думаю, что, если бы я хотела вашей смерти, я могла бы придумать более удачный и менее хлопотный способ, чем этот. – Она подняла лезвие.
Рената слегка наклонилась вперед и неожиданно твердой рукой соскребла небольшой участок намыленной бороды. Дальше дело пошло лучше. Она вытерла бритву льняным полотенцем, лежавшим у нее на колене, и продолжила свою работу. Джейк был хорошим клиентом, он оставался совершенно неподвижным, пока она медленно сбривала его бороду.
Джейк беззвучно обругал себя. Рената медленно, с усердием сбривала недельную щетину на его лице. По крайней мере, она перестала кусать себе губы, а руки ее больше не дрожали. Все ее внимание сосредоточилось на работе, и он смог открыто рассматривать ее.
У нее были мягкие руки. Она случайно, бессознательным движением дотронулась до его плеча, но, как только поняла, что касается его, убрала ладонь. Она была так близко. Он мог слышать запах ее волос, этот цветочный аромат, который он не мог распознать, но который уже начал связывать с ней.
Она соскребла еще один кусочек намыленной бороды, и Джейк снова выругал себя. Он мог бы сделать это сам или позволить своей бороде еще расти. Но ее намек на то, что он боится разрешить ей коснуться бритвой его лица, заставил Джейка бросить вызов. Глупо. И вот сейчас она так близко к нему, что он ощущает ее дыхание. Ее пальцы терлись о щеку Джейка, а сверкающие зеленые глаза устремились к его лицу.
Она была поглощена работой и не осознавала, что он откровенно изучает ее… в этом-то он не сомневался. В ней было нечто такое, что беспокоило, волновало его. Улыбка? Никто раньше так не улыбался ему. Ее голос? Сейчас она молчала, сосредоточив все внимание на своих усилиях, но обычно она беспрерывно разговаривала с ним. То, как она смотрела на него, когда думала, что он спит?
– Ну вот, – сказала она удовлетворенно. – Все готово, и ни единой царапины. – Рената взяла чистое полотенце и вытерла ему лицо, стирая остатки мыла, рассеянные по щекам. – Вы выглядите гораздо лучше.
Джейк провел рукой по щекам, пытаясь нащупать места, которые она могла пропустить. Но лицо его было гладко выбрито, и она ни разу не порезала его.
– Неплохо, – хмуро заметил он.
