— Едва ли это вопрос платы. Мы вообще не должны иметь никаких денег, это общеизвестно, так что они не имеют для нас никакого значения. Нет, деньги тут не играют никакой роли.
— Я не знаю, что я еще могу предложить, — растерянно сказал Хорн.
Что — то из древней истории всплыло в его памяти, и он предложил:
— Как насчет… Как бы это лучше выразиться? Ах, да, освобождения? Я имею в виду, что я могу предложить за вас большой выкуп. Моя семья достаточно богата. Я уж могу позаботиться об этом, если только это вообще возможно, или это наивное предложение?
— Вот именно, — ответил Дорди. Любой из нас может обрести свободу только после смерти. Как вы думаете, что я буду делать, если кто-нибудь придет ко мне и скажет мне: «Дорди, вы можете оставить свою работу, и вам больше никогда ничего не надо будет делать?» Я вежливо поблагодарю его и отклоню его великодушное предложение. Что же мне делать, кроме моей настоящей работы? Может быть, мне стоит сидеть без дела в каком-нибудь бараке для андроидов и весь остаток моей жизни читать классическую литературу и развлекательные книжонки?
Его голос звучал скучающе, словно все это представляло для него только чисто академический интерес.
— Скажите, мистер Хорн, что же вы теперь, собственно, намерены предпринять, чтобы добраться домой?
— Ну, вообще-то, я сам пока этого точно не знаю, — честно ответил ему Хорн. — Может быть, я найду кого-нибудь, кто сможет отвезти меня, а затем займусь поисками. Может быть, я найду того, кто убил Ларса Талибранда и вашего кельнера по этажу, и тогда убийца предстанет перед судом. Хотя все это звучит так, словно это взято из какого-то стародавнего романа, но я все же попытаюсь это сделать, даже если мои намерения и смешны. Я хочу уехать отсюда и узнать, что делают люди там, наверху, по другую сторону нашего прекрасного, ясного, чистого голубого неба. Я хочу узнать, что должен сделать человек, чтобы получить звание Гражданина Галактики.
— Добьетесь ли вы этим чего-нибудь путного?
— Я не могу знать этого, пока не узнаю, почему это произошло.
— Да, очень важно знать, почему же это произошло, — согласился Дорди и посмотрел на потолок. — На сколько мне известно, на других мирах не так удобно, как здесь, на Земле. Это во-первых. Конечно, и здесь не всегда удобно и приятно, но это же вас совершенно не касается.
— Ну и что дальше?
Хорн встал и нервно заходил по комнате взад и вперед.
— Для меня это вполне подходит, и я уверен, что, когда я расскажу об этом своему старику, он скажет мне, что я глупец и не знаю, что для меня хорошо, а что нет. Ну, итак, что же дальше? Если в жизни еще существует что-то более важное, тогда мне лучше взять да и перерезать себе горло.
Дорди, казалось, спорил с самим собой.
Через некоторое время он встал, взглянул на свою одежду и быстрыми движениями оправил свой костюм.
— Ну, хорошо, мистер Хорн. Если это вам так важно, я помогу вам попасть домой сегодня ночью.
7
В кабинете Дорди стоял высокий, молчаливый андроид, который был одет в форму какой-то службы. Когда Хорн и Дорди вошли в помещение, андроид испытующе осмотрел Хорна с ног до головы, затем перевел взгляд на Дорди.
— Он? — спросил он тоном, который казался почти презрительным.
— Да, — подтвердил Дорди. — Мистер Хорн, могу я вам представить Берла? Он работает на одном из городских предприятий. Я подумал, что вам не удастся обычным путем найти машину во время карнавала, поэтому я спросил своих людей, не будет ли кто-нибудь из них свободен этим вечером, и не будет ли у него доступа к вертолету, грузовику или к чему-нибудь подобному. Берл сегодня свободен от службы и сказал, что он готов взять вертолет и доставить вас домой.
Что-то в глазах Берла обеспокоило Хорна. Он сказал:
— Ну, теперь это больше не нужно. Я сам могу лететь на вертолете, если вы дадите мне машину. Я летал на своем собственном геликоптере, хотя и не во время карнавала.
— А подумали ли вы при этом о том, что все линии континентального управления отключены? — спросил Берл, впервые обращаясь прямо к нему.
— Нет. Я имею в виду… На самом деле? Я об этом не подумал.
— Конечно, они все отключены. Карнавальная неделя — это единственная возможность для нас провести профилактический осмотр аппаратуры службы общественного движения. Вы можете подумать, что вы все это время должны работать, как бешеные.
Он перевел взгляд с Хорна на Дорди.
— Может быть, нам стоит объединиться и потребовать продлить время карнавала?
За дверью послышалось тихое шипение, затем громкий стук и дребезжание, словно с полки упала кружка.
— Решайте сами, — сказал Дорди.
Он вышел, чтобы посмотреть что там произошло. Сразу же после этого он вернулся назад.
— Это мальчишка с фейерверком. Он был уже здесь прошлой ночью. Он почти сошел с ума. Он оторвал зарядом фейерверка ногу одному из роботов-слуг. А ты говорил, Берл, что хочешь, чтобы карнавал продлился две недели, вместо одной. Это так?
Голубокожие мужчины обменялись взглядами, полными взаимопонимания. У Хорна появилось странное чувство отверженности. Потом Берл пожал плечами.
— Ну, жизнь ведь дается только один раз. Итак, вы хотите лететь, мистер Хорн. Вы наверняка найдете мой вертолет не таким удобным, как ваш. Это одна из тех машин, которую сегодня ночью я использовал для буксировки. Но это ваш единственный шанс.
Хорн кивнул и смущенно повернулся к Дорди.
— Я, право, не знаю, как мне вас благодарить, — сказал он. — Могу я что-нибудь сделать для вас? Вы уже сказали мне, что деньги для вас ничего не значат.
Берл издал звук, который прозвучал наполовину как ворчание, наполовину как смех, встал и направился к двери.
— Нет, мне не нужно никакой благодарности, — сказал Дорди, — по крайней мере, не как андроиду. Поверьте мне, я не сделал бы для вас ни на волосок больше того, что выходило бы за рамки моих обязанностей, если бы вы не сказали, что хотите продолжить работу Ларса Талибранда.
Он это сказал, или это было только неизбежным выводом из его желания покинуть Землю и последовать по следам Ларса Талибранда?
Хорн почувствовал себя смущенным и удивленно спросил себя, действительно ли он дал такое обещание. Затем он спросил:
— Минуточку. Чем, собственно, была работа Талибранда, о которой вы, кажется, так много знаете?
— Вы уже по уши влипли в это, — непоколебимо сказал Дорди, — нравится вам это или нет. Вы увязли в это по горло, и теперь от вас зависит, вернетесь вы назад с целой шеей или нет. До свидания, мистер Хорн.
Чувство глубокой обеспокоенности и покинутости охватило Хорна, и он вздрогнул.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
