в небе птицей, а на лице девочки застыла восхищённая улыбка.
Облетев несколько кругов по спирали над площадью, роскошная иллюзия издала прощальный крик и, не долетев совсем немного до колоннады храма Четырёх Богов, растаяла над маленьким домом рядом. После недолгих оваций толпа вернулась к прежним занятиям.
– Вы научите меня этому, когда я поступлю в Академию? Такая красота!
– К сожалению, милая ласточка, – Газарт присел на уровень глаз собеседницы и таинственным шёпотом продолжил, – некоторые фокусы уходят с магом в могилу. Они только для него. Ты подрастёшь и поймёшь это, когда заведёшь собственные секреты.
«А я сделаю всё, чтобы ты смогла расти без страха за будущее», – добавил он про себя, ласково потрепав малышку по макушке.
Аста скорчила недовольную мордочку, но спорить не стала.
В одноэтажном домике у храма бывший архимагистр не дошёл буквально пару шагов до двери. Он уже давно не был в Доме Ковена и по случаю этой прогулки решил достать парадную мантию. Тщательно сдув каждую пылинку, старик дрожащими руками нацепил одеяние и шёл к порогу в тот момент, когда почувствовал сильный удар. Керил схватился за грудь, чувствуя на руках невидимые перья. Сердце отчаянно стукнуло в последний раз и замерло навсегда.
– Ночью мы могли бы ехать и по главному тракту, – заговорила Эрин пару часов спустя. Рид больше не бросал насмешливых замечаний, и хотя атмосферу нельзя было назвать дружеской, она очень хотела верить, что её последние слова что-то изменили между ними.
– Я могу защитить от магического поиска, но никто не отменял самый обычный. Или ты предлагаешь убивать всех встречных гонцов твоего отца? Даже я не такой кровожадный.
Эрин прикусила губу. Она не часто выезжала из замка, и всегда в закрытой карете. Поэтому к своим семнадцати знала Авелор только по картам. Конечно, ей хотелось видеть больше. Даже соседние с Веленом города казались чем-то сродни поездки в сказку. А сейчас, когда ей предстояло пересечь чуть ли не половину Авелора, ограничиться однообразным видом пустых полей и лесов было бы грустно.
– В крупных городах мы сможем затеряться в толпе… И ради разнообразия поспать в кровати.
Рид ничего не ответил. Порой выбить из него хоть пару слов казалось непосильной задачей. И тут уж не знаешь, что лучше – очередная насмешка или это молчание, отдававшее таким холодом, что даже наступающая на пятки осень не сравнится.
Дорога привела их к небольшой роще, и ехать снова пришлось друг за другом. Наёмник встал первым, и в темноте Эрин смотрела только на его спину, стараясь ступать след в след. Монотонность расслабляла, выметала из головы все мысли, и она потеряла счёт времени. Ехали они так всего десять минут или всю ночь, уже не имело значения.
Поэтому она и не заметила, когда Рид поднял руку вверх в знак остановки. Её лошадь тоже резко встала.
Наёмник развернулся и взглянул ей прямо в глаза. В лесной темноте они казались полностью чёрными. Или не казались?
– Закрой нос плащом, смотри только прямо и езжай, не останавливаясь, – отчеканил он.
– Почему? Что случилось?
– Графиня, делай, что я говорю. Немедленно и без возражений.
Он проследил, как удивлённая Эрин подняла полу плаща и укрыла в ней почти всё лицо, и только после этого развернулся. Она хотела продолжить вопросы, но Рид медленно тронулся дальше, выбора не оставалось.
– Не оборачивайся по сторонам, – настойчиво повторил он. – Для твоего же блага.
Разве можно послушаться такого странного приказа? Первого, который он отдал за их недолгое путешествие. Команда не смотреть по сторонам всегда вызывает желание её ослушаться.
В первую очередь ради собственной безопасности. Что может ждать на обочине узкой лесной дороги? Глубокий овраг? Тогда нужно не оступиться. Дикие звери? Тогда нужно скорее бежать. Что ещё могло…
Эрин не удержалась и уже спустя несколько мгновений пожалела об этом.
Справа от дороги была небольшая недавно вырубленная поляна. А на ветвях единственного толстого ствола, стоявшего в самом центре, под дуновения лёгкого ветерка раскачивались на коротких верёвках три тела.
Сначала Эрин не поняла, что она видит. А когда вгляделась, было уже поздно отворачиваться. В удивлении руки разжались, выпуская спасительный плащ, и последним неопровержимым доказательством, что перед ней именно тела мёртвых людей, её ноздрей достиг запах. Такой омерзительно сладкий и гнилостный, что давешний завтрак не удержался внутри. Она едва успела свесить голову с лошади.
Рвало её так долго, что казалось, сейчас желудок выйдет наружу, прихватив все остальные органы. Но запах не проходил, как и сама картина, так и стоявшая перед глазами в короткие секунды новых вдохов. Мёртвых повешенных тел с отхваченными по самый локоть руками.
Агония продолжалась, пока Рид не спешился и не увёл её лошадь под уздцы со страшной поляны. Кажется, потом Эрин плакала. Слёзы, тяжёлые хрипы и новые позывы перемешались в одну нескончаемую волну ужаса, накрывшую её с головой. Она не помнила, как Рид вывел её из рощи, снял с лошади, удержал на ногах.
Сбежавшее сознание вернулось лишь в тот момент, когда наёмник силком заставил её пить из фляги. Холодная вода вымыла отвратительный привкус изо рта и прояснила голову. Но Рид ещё долго держал её за плечо и прижимал флягу. Эрин послушно пила.
Они стояли в отдалении от проклятой рощи, по пояс в высокой траве, и полная луна вновь освещала небосклон.
– Слушайся меня, уж если сама наняла, – без обиняков сказал он. Эрин только кивнула, чувствуя, как её начинает трясти. – Вдохни глубоко, задержи дыхание и считай до пяти.
Она послушно вдохнула, но воздух тут же резко покинул лёгкие. Потом ещё раз и ещё, все попытки оборачивались провалом. Рид снова поднёс флягу, но Эрин оттолкнула её, продолжая судорожно вдыхать.
– Так хорошо справлялась, я уже успел понадеяться, что нормально доедем, – вдруг сказал Рид.
– Что? – От удивления на очередном вдохе Эрин наконец задержала дыхание. До пяти досчитать не вышло, но уже со следующей попытки пошло проще. Дрожь стала отступать.
– Хорошо справлялась с дорогой, – совершенно серьёзно повторил наёмник.
Она ещё несколько раз отсчитала до пяти, а потом не выдержала.
– Ты шутишь?
– За полторы ночи ты почти не ныла. Не просила развернуться, не задерживала в дороге, не хныкала по кровати с балдахином и толпе нянек. Вначале я даже не думал, что мы уедем так далеко от Велена.
– Так вот какого ты обо мне мнения?
– Уже нет, как видишь, – Эрин продолжала дышать, как он и сказал. Дрожь в ногах отступила, выпитая вода
