в период буржуазных реформ 60-х годов XIX в.»), Э. А. Павлюченко («Московское городское управление в 70—80-х годах XIX в.») и Л. Ф. Писарьковой («Московское городское общественное управление с середины 1880-х годов до первой русской революции»), освещающих период с 1860 по 1905 гг.
Подробные очерки о самоуправлении в столичных центрах содержатся в многотомных изданиях «История Москвы» и «Очерки истории Ленинграда»78.
Ряд аспектов правительственной политики в вопросах общественного управления в некоторых губернских городах отражен в работах М. А. Горловского, Н. Н. Байдаковой и Л. Ф. Писарьковой79.
В 1984 г. вышла в свет монография В. А. Нардовой, которая в следующем году была защищена как докторская диссертация80. Автор весьма удачно исследовала взаимоотношение самодержавия и местного самоуправления на материалах городского общественного управления.
В работе обоснованно ведется речь о сословном составе, источнике получения избирательного права, принадлежности к одному из трех имущественных разрядов и частоте сменяемости руководителей городского общественного управления за весь период действия Городского положения 1870 г.
В последующем автор развила некоторые положения монографии в своих статьях, опубликованных в 1986 и 1992 гг.81
Процесс становления институтов городского самоуправления в России в определенной степени интересовал и зарубежных исследователей. Об этом писали в своих работах X. Бэрри, С. Ф. Старр, Л. Ч. Хюттон82 и др.
Отдавая должное отечественным и иностранным историографам городской реформы, следует отметить, что многие вопросы преобразования городского общественного управления нуждаются в дальнейшем осмыслении. Например, требует более детального изучения самоуправление не только в российских губернских городах XIX в., но и в крупных центрах развитых зарубежных стран с целью сопоставления и выявления положительного опыта в решении разнообразных хозяйственных и бытовых задач.
Судебная реформа Большая часть дореволюционных исследований по судебной реформе, ее подготовке и проведению создана в XIX в. представителями либерально-буржуазной историографии, в частности представителями государственной школы.
История дореформенного суда, крупные недостатки действовавшей в стране системы судоустройства и судопроизводства обстоятельно показаны в работах К. Д. Кавелина, Ф. М. Дмитриева, В. Линовского и Я. И. Баршева83.
По истории судебной реформы в пореформенный период наиболее крупные работы были созданы М. А. Филипповым, Г. А. Джаншиевым и А. Тимановским84. Хотя этим работам присуща всемерная идеализация судебных уставов, все они представляют значительный интерес.
Более детальное изучение истории подготовки судебной реформы и всех ее институтов возобновляется в начале XX в. Наиболее заметными являются исследования И. В. Гессена и коллективные монографии «Судебные уставы 20 ноября 1864 года за пятьдесят лет», «Судебная реформа»85. Работа Гессена хороша тем, что в ней обобщается судебная практика вновь созданных судебных органов, сравниваются многие судебно-процессуальные институты пореформенной России с подобными институтами стран Западной Европы. Однако в ней отсутствует история судебной реформы. В двух названных коллективных монографиях привлекается богатый архивный материал, однако, изложение ряда вопросов нуждается в большей полноте и точности.
Для уяснения истории судебной реформы значительный интерес представляют сочинения А. Ф. Кони и особенно его книга «Отцы и дети судебной реформы»86. Все работы этого выдающегося судебного деятеля и ученого-юриста пронизаны идеями гуманизма и справедливости.
Неплохо изложена история разработки и содержание судебных уставов в учебных курсах И. Я. Фойницкого, Е. В. Васьковского и В. К. Случевского87. Этих авторов можно упрекнуть в том, что они несколько идеализируют судебную реформу и не вводят в оборот новых данных по ее истории.
После Октябрьской революции одним из первых исследователей судебной реформы стал М. Н. Покровский88. В характерной для него манере Покровский выводит необходимость судебной реформы из развития капитализма в России. Не вводя в научный оборот новых данных, все изложение судебной реформы он основывает, главным образом, на работах И. В. Гессена, П. Барсукова и А. А. Головачева.
Глубокое изучение судебной реформы возобновляется после Покровского только в 50-е годы. В 1957 г. появляется книга профессора М. А. Чельцова-Бебутова89, в которой серьезно анализируются судебные уставы, принятые 20 ноября 1864 г. Вместе с тем в работе не рассматривается история принятия этих уставов и идейная борьба вокруг судебного преобразования.
В дальнейшем углубленное изучение истории судебной реформы провел Б. В. Виленский, который опубликовал две фундаментальные работы в 1963 и 1969 гг.90 Однако, он, как и его предшественники, обошел молчанием подготовку и принятие «Основных положений преобразования судебной части в России». Не раскрыт им также вопрос о борьбе различных группировок за содержание судебной реформы, не выяснена взаимосвязь крестьянской реформы с судебной. Во многом эти пробелы устранены в исследовании М. Г. Коротких91.
Судебная реформа и ее последующая судьба были освещены также в вузовских учебниках92.
В зарубежной историографии до сих пор не создано работ, которые бы приводили новые идеи, источники или данные по судебной реформе. В XX столетии к судебной реформе обращались М. Карпович, Бернард Парес, В. Гитерман, Б. Уортман, Ф. Кайзер93 и др. Во всех этих работах развиваются концепции, выдвинутые еще русскими дореволюционными авторами. Из современных зарубежных исследований заслуживают внимания работы Теодора Тарановски, поместившего свою статью в сборник «Великие реформы в России 1856—1874», вышедшей в издательстве МГУ94.
Несмотря на все приведенные работы, целый ряд вопросов, связанных со смыслом, характером и целями судебной реформы 1864 г., продолжает оставаться до конца не выясненным.
Реформа телесных наказаний Реформа телесных наказаний, по жалуй, как ни одна другая реформа Александра II, разработана в отечественной историографии весьма слабо. Может быть, здесь сказалось распространенное отвращение во многих «мыслящих и сердечных людях» к этим способам воздействия и нежелание лишний раз возбуждать их на страницах печати. Сама специфика этой темы была доступна прежде всего юристам и, конечно, наиболее смелым и талантливым политическим деятелям, писателям и публицистам, способным вынести проблемы телесных наказаний на всеобщее обозрение, как укор существующему строю.
Одним из первых настаивал на отмене телесных наказаний практически во всех своих работах по судебному преобразованию видный государственный деятель, опытный законовед и «блестяще образованный человек» Д. А. Ровинский95.
Также постоянно в своих работах выступали за пересмотр архаичного русского права, возражали против крайне суровых телесных наказаний известные юристы, специалисты в области уголовного права Н. А. Буцковский и В. Д. Спасович96.
Как крупную победу милосердия, благородной отважной веры в силу добра и доверия отметили в
