о черноморских проливах, он приходит к выводу, что решение проблемы Босфора и Дарданелл для России непосредственно связано с разрешением восточного вопроса. Второй очерк рассматривает взаимоотношения России и Пруссии в ходе Польского восстания 1863 г. и принятие 27 января того же года в Петербурге конвенции Альвенслебена, названной так в честь генерал-адъютанта прусского короля. Третий очерк посвящен материалам XV тома собраний трактатов Ф. Ф. Мартенса, в которых рассматриваются сношения между Россией и Францией с 1822 по 1856 г., в период служения России «великому союзу», созданному во имя охраны консервативных начал в Европе. Высоко оценивая труд Мартенса, Нольде сожалеет, что тот не остановился на документах парижского конгресса с несколько большей подробностью. «История этого конгресса, — отмечает он, — весьма затруднена тем, что протоколы его составлялись весьма искусственно и не дают картины истинного хода переговоров».
В целом работа Нольде, бессменного редактора журнала «Известия Министерства иностранных дел» (1908—1917), видного специалиста в области международного права, выполнена высоко профессионально. Один из недостатков ее в том, что переписка Александра II с Вильгельмом I приводится на французском языке, без перевода на русский.
После Октябрьской революции 1917 г. в числе первых к исследованию вопросов дипломатии и внешней политики царской России приступил видный советский историк М. Н. Покровский139. Он подверг внешнеполитическую деятельность самодержавия уничтожающей критике, порицая и клеймя ее позором. Покровский справедливо утверждал, что Россия имела два лица: одно — с которым она выступала на Западе, и другое — с которым она представала перед Востоком140.
Однако в большинстве оценочных положений внешней политики России этот ученый не избежал традиционных идеологических клише.
В 1940 г. вышел сборник, посвященный анализу трудов М. Н. Покровского, в котором особо следует выделить статью А. Л. Попова141. Этот ученый, как и другие соавторы книги, возражал против упрощенного понимания Покровским взаимодействия социальной основы и направления внешней политики России, против характерного для него «выведения мотивов русской внешней политики непосредственно из экономики, а вернее — из внешней торговли». Попов показал, что на внешнюю политику оказывает влияние целый ряд факторов, среди которых, прежде всего, сама международная обстановка и, конечно, внутренняя политика страны.
В 30-х годах советская историческая литература пополнилась целым рядом исследований международной политики России 50—70-х годов XIX в.142.
Заметным событием для предвоенной советской историографии стал выход в свет первого тома «Истории дипломатии» (авторы глав Е. В. Тарле, А. В. Ефимов, А. Л. Нарочницкий, В. М. Хвостов). Издание было создано на основе нового подхода к внешнеполитической истории России. Оно резко отличалось от прежней трактовки, где стремились представить внешнеполитическую деятельность как цепь ошибок и поражений, а отечественных дипломатов изображали в виде неловких и косных неудачников. Теперь на страницах «Истории дипломатии» возник живой, насыщенный фактами исторический рассказ143.
В 1940—1970-х годах историография по проблемам внешней политики России времен Александра II заметно углубилась. В историческое исследование был введен мощный пласт документальных материалов. Содержательные исследования по общим проблемам дипломатии и внешнеполитической деятельности западноевропейских держав провели В. М. Хвостов, А. С. Ерусалимский, А. 3. Манфред144 и др. Хорошо продуманный, законченный очерк истории внешней политики России с 1856 г. до конца XIX в. был создан В. М. Хвостовым и Л. И. Нарочницкой на основе современных данных в главах пятого тома «Истории СССР» (М., 1968).
В работах А. Л. Нарочницкого, Р. И. Рыжовой, Н. С. Киняпиной, Л. М. Шнеерсон, В. Г. Ревуненкова, М. Т. Панченковой145 и других показана эволюция внешней политики России после поражения в Крымской войне, сложные отношения ее с державами Западной Европы, стремление Петербурга восстановить утраченные позиции в восточном вопросе и на Балканах, добиться отмены статей Парижского договора, ограничивавших суверенные права России на Черном море.
Среди названных работ хотелось бы особенно выделить книгу Н. С. Киняпиной «Внешняя политика России второй половины XIX в.» (1974), в которой убедительно показана прогрессивная роль России в освобождении балканских народов и дана четкая периодизация внешней политики России, исходя из задач государства и расстановки сил в Европе.
В 1980—начале 1990-х годов историография внешней политики России периода царствования Александра II обогащается новыми интересными и содержательными исследованиями.
Неоценимое значение для изучения историографии международной политики России имеет коллективная монография «Итоги и задачи изучения внешней политики России» (1981)146. В ней впервые определены основные достижения отечественной историографии, охватывающие период с IX в. до 1917 г. В 4-й и 5-й главах этой книги сформулированы проблемы внешней политики, направления исследований и дана обширная литература по всем вопросам. Как бы продолжением этой фундаментальной работы явился содержательный труд «Внешняя политика России (Историография)». (1988)147.
В работе над главами о внешней политике правительства Александра II я неизменно стремился следовать рекомендациям последних названных книг. Обе эти работы обоснованно призывают к написанию обобщающих трудов по внешней политике России и изучению такого немаловажного направления, «как позиция общественности по кардинальным внешнеполитическим проблемам»148.
В числе работ 1980-х годов видное место занимает монография Л. И. Нарочницкой «Россия и отмена нейтрализации Черного моря 1856—1871 гг.»149 Важно подчеркнуть, что автор рассматривает проблему отмены унизительных ограничений Парижского трактата в широком контексте европейской политики России в целом. В исследование привлечено немало новых архивных материалов.
Среди зарубежной литературы, более или менее объективно отражающей общие вопросы внешней политики России во II половине XIX в., следует выделить работы С. Уальполя, Ш. Морни, Шарля Ру, Франсуа Жюля, Лависса и Рамбо, А. Дебидура, А. Тэйлора, К. Грюнвальда150.
Политика России на Кавказе Отмечая определенные успехи историографов в изучении внешней политики России в Западной Европе, следует заметить, что до сих пор не создано крупных обобщающих работ по этой проблеме периода царствования Александра II. Углубленного изучения требуют отношения России с Францией, Великобританией, Австро-Венгрией, Испанией, Португалией, Швейцарией, Голландией, скандинавскими странами. Недостаточно еще освещены взаимоотношения с Грецией и другими балканскими странами. В специальных исследованиях нуждается позиция России в ходе объединения германских государств и государств Италии в период Рисорджименто. Большой интерес для широкого круга читателей нашло бы издание научных биографий известных политических деятелей и дипломатов нашего Отечества. Новое прочтение источников и документов с позиций современных знаний и подходов может многое дать для осмысления процессов развития внешней политики России в прошлом веке, по достоинству оценить высокий профессионализм русской дипломатической школы.
Отечественная дореволюционная историография главное
