— И экипаж как на подбор — сплошь одни разбойничьи рожи! — посетовал он. — Моя бедная мамочка упала бы в обморок, узнай она, с кем приходится якшаться ее маленькому Джерри!
— Сейчас будет тебе и мамочка и папочка! — чуть слышно процедил сквозь зубы Бринкер, остановившись перед тяжелой металлической дверью. — Пришли. Здесь находится центральный гидропонный отсек. В сущности, ничего интересного. Прошу.
Он нажал кнопку и шагнул через порог. Джерри протиснулся мимо него и замер, пораженный невиданным зрелищем. Просторное помещение было сверху донизу сплошь заполнено ярусами покрытых пышной растительностью стеллажей.
— Замечательно! — произнес он, на этот раз вполне искренно.
— А известно ли вам, гражданин, чем они питаются? — осведомился немец и продолжил, не дожидаясь ответа: — Питаются они всем, чем придется. Объедками с камбуза, человеческими экскрементами, бумагой — короче говоря, любыми отходами. А известно ли вам, что случится, если вы вдруг упадете в один из питательных резервуаров?
— Дзен меня сохрани! — в притворном ужасе воскликнул Родс.
Но Бринкер был настроен серьезно. Он грубо схватил его за руку и развернул к себе лицом.
— Мне срочно нужна капуста, сосунок! — прорычал он. — С тебя причитается за две партии, которые я честно выиграл. Гони монету, живо!
Джерри вырвал руку и отступил на несколько шагов.
— Но послушайте… — начал он.
— Я только и делаю, что слушаю, как ты треплешь своим поганым языком, фазан расфуфыренный! Быстро гони денежки, говорю!
Несмотря на неравные шансы и разные весовые категории, Родс не испугался. Отступив на пару шагов, он выставил вперед руки с раскрытыми ладонями и вновь попытался утихомирить разъяренного второго помощника.
— Подобными методами вы от меня ничего не добьетесь, — заявил он.
— Сейчас увидим! — Лицо немца перекосила злобная гримаса. — Ты сам напросился, так что пеняй на себя. Один твой ручной хронометр потянет… — Не закончив фразы, он набычился и шагнул вперед.
Джерри застыл на месте, глядя на противника широко раскрытыми глазами. Дверь за спиной Бринкера бесшумно приоткрылась, и в дверном проеме показалась белокурая головка Элен. Она скорчила Джерри рожицу, ободряюще подмигнула и исчезла.
— Вот я тебя сейчас… — глухо проревел Бринкер, по-медвежьи расставив руки.
Появившийся в отсеке Хуарес снисходительно усмехнулся. В правой руке он держал рукоять хлыста. Взмах его был нарочито ленив, но кожаный конец метнулся вперед с ошеломляющей быстротой и в мгновение ока обвился вокруг каблука правого ботинка нападавшего. Легкое натяжение на себя и вверх — и потерявший равновесие немец, удивленно хрюкнув, грузно свалился на смотровую платформу. При этом его подбородок с хрустом ударился о металлическую плиту. Джерри Родс восхищенно, но с опаской покосился на распростертое у его ног бесчувственное тело.
— Уф-ф-ф! — с облегчением выдохнул он. — Вот уж повезло так повезло!
— Повезло?! — в негодовании взвилась вновь появившаяся в отсеке Элен. — Ты хоть представляешь, во что мог превратить тебя этот тевтонский кабан, не пойди мы следом? В отбивной шницель, вот во что!
— А я о чем говорю? — непритворно удивился Родс — Мне жутко повезло, что вы решили пойти за нами!
3
Когда «Полумесяц» совершил посадку на Фьоренце, агентам по-прежнему практически не на что было опереться. При подведении итогов на общем собрании группы выяснилось, как мало, в сущности, известно о происходящем в этом своеобразном мире. Планета вот уже почти столетие входила в Содружество. Казалось бы, срок достаточный, чтобы накопить солидный объем данных на основании одних только сообщений агентов «секции джи» и другого персонала ООП. Но внимательный анализ досье, врученного группе перед отправкой Ирен Казански, убедительно показал, насколько скудна на деле содержащаяся в нем «конфиденциальная» информация.
— Сдается мне, эти фьорентийцы прямо-таки помешаны на секретности, — недовольно пробурчал Дорн Хорстен, с мрачным видом проглядывая тощую папку.
— Придется нам действовать по обстоятельствам, — вздохнула Элен, не менее удрученная, чем ее великан напарник.
— А по-моему, нет ничего проще, — самоуверенно заявил Джерри Родс. — Мы знаем, что все беды здесь от подполья. Остается только выявить и нейтрализовать его лидеров. Если повезет…
Все хором зашикали на него, бедняга Джерри виновато съежился и больше ни о чем подобном не заикался.
— Будет лучше, если мы уничтожим эти материалы перед посадкой, — заметил Хуарес— Ни к чему иметь при себе документы, связывающие нас с «секцией джи».
На Фьоренце имелся всего один космопорт, что само по себе являлось признаком чрезвычайного положения. Многие входящие в ООП планеты ограничивали таким образом контакты с соседями. Но в абсолютном большинстве случаев подобные меры вводились там, где реакционные правительства отсталых планет не могли позволить себе открыть населению доступ к свободному общению с жителями других миров, добившихся больших успехов в экономике и предоставляющих своим гражданам куда больше свободы.
Хаотическое распространение человеческой расы среди звезд привело к появлению в обжитом секторе Галактики множества миров с диктаторскими режимами различного рода — от теократии до технократии. К сожалению, мало где правящая элита могла действительно считаться элитой общества, хотя, быть может, это и имело место в начальный период образования той или иной общественно-экономической структуры.
В своей экспансии человечество вновь и вновь прибегало к непотизму — самому, пожалуй, несовершенному методу правления. В примитивном обществе для него просто не было места. Пока властная вертикаль ограничивалась семьей, родом или кланом, вождя избирали только за его личные достоинства. У главы племени при этом не возникало особого соблазна передать свой пост сыну или родственнику, так как должность не несла с собой сколько-нибудь ощутимой материальной выгоды и была скорее символической. Но с развитием общества расширялся круг обязанностей вождей и жрецов, у которых больше не оставалось свободного времени ходить на охоту или возделывать свой клочок земли, как это делал Одиссей, когда его посетили на Итаке Агамемнон, Менелай и Паламед, чтобы пригласить героя в карательную экспедицию против Илиона. Народы поневоле стали содержать и обеспечивать выборных лидеров, и именно тогда должность правителя сделалась заманчивой и желанной. Да и что может быть привлекательней участи царя, утопающего в роскоши и безделье, в обществе, где изобилие и ничегонеделание для подавляющего большинства лишь несбыточная мечта? Очень скоро эти посты превратились из выборных в наследственные, а вожди и жрецы перекроили прежние примитивные социальные институты в своих сугубо личных интересах.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
