на предложение мистера Сэндлера.
– Тогда… вы не против, если Элиот задаст вам несколько профессиональных вопросов?
– Конечно, нет.
– Элиот, прошу вас…
Фачинелли кивнул и несколько секунд соображал, какой вопрос задать девушке. Затем на ломанном английском стал засыпать Мэдисон вопросами по программированию, администрированию и технологии анализа системных ошибок и сбоев.
София отвечала уверенно, без затруднений, иногда беря паузу на обдумывание ответа, изредка поглядывая на реакцию директора и оценивая его впечатление о ней.
Леон очень внимательно следил за девушкой. Он ничего не понимал, но довольно наблюдал, как Фачинелли одобрительно и с приятным удивлением кивает ему.
Элиот Фачинелли был чистокровным итальянцем и, хотя он знал английский, говорить без акцента и ошибок ему не удавалось. Он даже иногда терялся, оттого что не мог правильно сформулировать вопрос. На тринадцатый вопрос Мэдисон дружелюбно улыбнулась ему и спросила:
– Может быть, вам будет удобно говорить на итальянском? Мне совсем не трудно!
– О-оу!– с облегчением выдохнул Элиот.– Что же вы молчите? Я уже весь взмок!
Фарлонг и Андерсон рассмеялись. На лице Софии появилась легкая улыбка. Это разрядило атмосферу.
– Какими языками вы владеете еще?– поинтересовался Тед Андерсон.
– Свободно испанским, французским, итальянским, бегло говорю по-русски,– ответила Мэдисон.
– Да вы талант! Вот такие люди нам нужны,– похвалил Тед девушку, но глядя в глаза директору.
– Думаю, нет смысла продолжать проверку?– заключил Леон, кивая Фачинелли.
– О да, о да… Признаюсь вам, сэр, только между нами: на некоторые вопросы ваши аналитики не ответили.
– Это неслучайно. Моя давняя знакомая Валери Уоркенгтон характеризовала мисс Мэдисон как исключение из правил,– поделился Андерсон, многозначительно посмотрев на девушку.
София оживилась:
– Вы знаете миссис Уоркенгтон?!
Тед кивнул.
– Я очень благодарна ей за поддержку, когда я только поступила в колледж,– радостно сообщила Мэдисон и вдруг поймала себя на мысли, что Андерсон не случайно обмолвился об Уоркенгтон.
Она внимательно посмотрела на мужчину, затем на Фачинелли и на Фарлонга и опустила глаза.
– Мисс Мэдисон, обычно я не занимаюсь подборкой персонала, за это отвечает наш менеджер по кадрам, мисс Кати Ла Саль, но сейчас я рад, что лично принял вас. Надеюсь, что вы оправдаете мои надежды. Наша база данных – очень серьезная вещь и очень хрупкая. С ней нужно обращаться соответственно. Вы меня понимаете?
– Сэр, все, что связано с программированием, – очень хрупкая система, я осмелюсь взять на себя такую ответственность,– решительно ответила София, чувствуя, как нервы щекочут под солнечным сплетением.
– Вы определенно нравитесь мне!– довольно признался Фарлонг.– Вы приняты. Хайди, моя секретарь, отведет вас к мисс Ла Саль и вы оформите все необходимые документы.
Фарлонг встал, чтобы попрощаться. Одновременно с ним поднялись и двое мужчин. Но София робко улыбнулась и проговорила:
– Сэр… Мистер Фарлонг, не будет ли с моей стороны невежливо, если я попрошу вас о маленьком одолжении?
– Что вам нужно?
– Дело в том, что если я перехожу в ваше ведомство, то не смогу пойти в отпуск, который уже запланирован в связи с семейными обстоятельствами. Я бы и сейчас не смела просить вас о нем, если бы не серьезные причины…
Уважительный тон и взгляд девушки смягчил выражение лица директора, и он растерянно ответил:
– Мой системный аналитик уволится через неделю. Не знаю, смогу ли я его кем-то заменить?
Тут неожиданно в разговор вступил Тед Андерсон:
– Мистер Фарлонг, может быть, наш эксперт – Элиот не откажет в таком вопросе?
Элиот пожал плечами:
– А сколько это займет времени?
София только открыла рот, как Фарлонг оборвал ее:
– Не больше месяца.
– Я согласен,– ответил Фачинелли.
Мэдисон смешалась: ведь ей были необходимы два. Она растерянно взглянула на директора, затем на Андерсона и заметила, как последний украдкой подмигнул ей, мол, «Все в порядке». Это слегка встревожило ее, но, не проявляя внешнего беспокойства, София благодарно приняла и этот срок.
– Спасибо, сэр! Я очень вам обязана. Через месяц я буду на рабочем месте.
– Я очень надеюсь на вас,– сказал Фарлонг.
София кивнула и поднялась.
– До свидания, рада нашему знакомству.
– Оставьте свои координаты у Хайди и поскорее решайте свои семейные проблемы,– посоветовал Леон и лично проводил девушку к двери.– До свидания, мисс Мэдисон.
За дверью София глубоко вздохнула и зажмурилась. Открыв глаза, она сразу посмотрела на Хайди и мило улыбнулась. Затем достала из сумки записную книжку, ручку и быстро что-то записала.
– Это мои координаты. Мистер Фарлонг попросил.
– Угу,– равнодушно откликнулась Хайди.
В приемную вошло несколько человек, и София чуть не наткнулась на одного из них, когда собиралась выйти. Она быстро кивнула в молчаливом извинении и выскользнула из приемной.
– Привет, Хайди,– улыбнулся заигрывающей улыбкой Алекс.
При виде Ахматова секретарь растаяла и, застенчиво улыбаясь в ответ, сказала:
– Добрый день, мистер Ахматов. Так приятно, что вы заглянули.
– К тебе заглядывать – одно удовольствие,– обольстительно ответил Алекс.– Подскажи-ка мне, кто сегодня записан на прием к Фарлонгу? Мне очень нужно обсудить с ним мою командировку, может, с кем-то договорюсь…
– Для вас все что угодно, мистер Ахматов,– расплылась в улыбке Хайди и протянула мужчине расписание директора на сегодняшний день.
Ахматов внимательно изучил его, попутно высказывая свои сомнения:
– Так, этот не годится… Этот точно не пропустит… Ага… А кто это? София Мэдисон?
– Эта девушка проходила собеседование, ее берут на должность системного аналитика.
– Это серьезно? Неужели у нас будет толковый аналитик?
– Скорее всего… потому что шеф не стал бы принимать девушку, еще и такую молодую…
– Молодость – это не порок,– отметил Ахматов.
– Я имела в виду, что она – голова, хоть и смазливая голова,– ревностно ответила Хайди.
– Ты могла бы мне позвонить, когда эта девушка выйдет из кабинета Леона, а я проскользну после нее… Очень надо!
Ахматов подкупающе улыбнулся и поиграл бровями.
Хайди нескромно оперлась грудью на стол и сообщила:
– Она только что вышла. Еще чуть вас не снесла…
Ахматов прищурился, мысленно восстановил момент своего прихода в приемную и медленно повернулся в сторону двери.
– Брюнетка?
– Да… От нее еще пахнет так,– пренебрежительно поморщила нос Хайди.– Не могу вспомнить, чем…
– Сиренью,– увлеченно улыбнулся Ахматов, вспоминая тонкий аромат, приятно пощекотавший нос, когда он входил в приемную.
– Да? Странный аромат…
– Так ее приняли?
– Да.
– Видимо, сегодня мне не повезет с приемом у Фарлонга. Зайду в следующий раз.
Ахматов поприветствовал еще несколько мужчин, толпившихся у двери, и повернулся к выходу. Из кабинета директора с громким смехом вышли Андерсон и Фачинелли. Ахматов будто случайно обернулся и приветственно кивнул им:
– У вас такой заразительный смех?
Андерсон взял Ахматова
