не хочется.
Не буду думать о плохом.
Так. Был еще листок бумаги. Что это? Записка? Моя ночная тайна оставила любовное послание? Не может быть, учитывая его тяжелый характер и дурное воспитание.
И все же…
«Свет, нам необходимо поговорить. Буду ждать тебя у центрального храма через два часа после полудня, только там мы будем в безопасности.
Кит».
О любви ни слова, но зато сколько невысказанных слов между строк. Эх, страж. Еще немного и ты научишься соловьем петь. Я знала! Я чувствовала, что ты не безнадежен.
Записку я сожгла, а эйрис убрала в нижний ящик комода, зная о том, что этот цветок не вянет очень долго, если чувства настоящие. А в том, что Кит на меня запал точно так же, как и я на него, не было сомнений.
До прихода Аоры я успела умыться, одеться и распланировать маршрут так, чтобы успеть встретиться с Китом, а потом вернуться и попасть на бал. И все же волнение мешало сосредоточиться, а может быть, это было, предвкушение? Никогда я не чувствовала ничего подобного. Никогда, ни к одному мужчине.
— Вам необходимо хорошо поесть сейчас, птичка моя, чтобы за ужином съесть лишь капельку. На балу вы должны ощущать себя легким перышком, а не уткой нафаршированной осенними плодами, — сказала служанка, водружая поднос передо мной на стол.
Есть не хотелось, но я послушно отломила кусок лепешки, положила сверху сыр и ветчину и стала откусывать, запивая бутерброд лачо, почти не ощущая вкус ни того, ни другого.
— Я все, — сообщила удивленной Аоре и, чтобы сгладить эффект, чмокнула арсу в морщинистую щеку.
— Леди, да вы куда-то собрались? — спросила старушка.
— По делам. По срочным! — крикнула уже на ходу. — Не скучайте, скоро вернусь!
— А что сестре-то вашей сказать? Ведь спрашивать станет, где вы? — уточнила Аора.
— Скажи, что поговорю с Женькой перед балом!
Никогда еще я так не боялась опоздать. Никогда еще я так быстро не бегала. Нет, я фактически летела к храму, словно у меня за спиной раскрылась пара крыльев. Ровно в два я была у входа. Конечно, Кит не показывался, да и не мог, потому что на него открыли охоту, но я надеялась, что он подаст мне какой-то знак.
В три я все еще мерила шагами площадь у храма. В четыре — присела на скамеечку, но так никого и не дождалась. Конечно, утешала себя как могла. Форс-мажоры никто не отменял. Он не смог прилететь, не смог сообщить, но ведь хотел.
В пять я поняла, что нужно возвращаться и тоже бегом, иначе опоздаю во дворец, а это в нашем положении недопустимо.
Прибежала я за час до выхода. Недовольная Аора заканчивала приготовления, а меня отправила в ванну. Прическа, платье, туфли. Сегодня меня не интересовало, как я выгляжу. Я даже не взглянула в зеркало, вставая со стула.
— Вы настоящая красавица, птичка моя, — всплеснула руками старушка. — Вот вы вроде с леди Иннией одинаковые, а все же разница есть. Она во всем: в походке, жестах, взгляде. Ваша сестра чудесная женщина, добрая, очаровательная, решительная, но вы настоящая леди — пример для подражания, помните об этом.
Я кивнула, не воспринимая всерьез слова Аоры. Она просто любила меня беззаветно, потому и видела то, до чего всем остальным и дела не было.
— Пора, — шепнула служанка. — Ступайте, граф уже ждет вас.
Я пошла, но думала совсем не о бале, а о синих глазах прекрасного стража, и о том, почему он все же не пришел на назначенное свидание.
Глава 4
С каждой минутой волнение усиливалось. Когда я спускалась по лестнице, то едва не упала. Предательски дрожали колени, словно я пробежала марафонскую дистанцию.
Орас в темно-зеленом камзоле, который оттенял его рыжие волосы и бороду, делая цвет еще ярче, ждал меня у магического пути. Граф взял мою руку и ободряюще улыбнулся.
— Прорвемся, Слана, — сказал он. — Слушай свое сердце, только оно безошибочно чувствует того мужчину, который не подведет, не предаст, защитит. Я хочу, чтобы ты помнила, дочь моя, семья поддержит любой твой выбор. Главное, чтобы он устраивал тебя.
Вот тебе и раз. А я-то думала, Мидр меня сторонится, чтобы избежать неприятного для себя разговора, а он… Он за меня, даже если я против короля и его требований. Впрочем, сегодня ссориться с монархом я не планировала. Еще не все части артефакта собраны. Следовало согласиться на навязанную помолвку, чтобы выиграть время. Но за поддержку я была искренне благодарна Орасу.
— Спасибо, — сказала я, и мы ступили на путь.
* * *
— Граф Мидр с дочерью! — объявил королевский церемониймейстер.
Мы вошли. Нам предстояло спуститься по лестнице, а потом пройти через весь зал к трону. Я надеялась, что сегодня не будет липких взглядов, как пятью днями ранее. Все меня уже видели, обсудили, а особо смелые даже перекрасили волосы в разные оттенки рыжего. Но ошиблась.
Орас не дрогнул. Он держал мою руку на протяжении всего пути, пока мы в полной тишине, под перекрестными взглядами придворных шли, слушая лишь звук собственных шагов. Но один взгляд заинтересованный, липкий, похотливый я ощущала каждой клеточкой.
Признаться честно, грешила на Таэрта. Хотя в нашу первую встречу он остался равнодушен ко мне. Советник короля был предельно вежлив, озвучил положенные по этикету пару комплиментов, один из которых относился к выбору платья, а вовсе не ко мне, и, собственно, этим ограничился. Вся наша дальнейшая беседа состояла из ничего не значащих фраз. А когда лорд Стев вернул меня отцу после положенных трех танцев, почти сразу забыл о моем существовании.
Мне стало любопытно, что могло изменить мнение жениха о невесте? И я подняла глаза, чтобы встретиться взглядом… с королем Кайо. Сердце пропустило удар, от неожиданности я сбилась с шага и обязательно бы растянулась перед монаршими ногами, если бы Орас не поддержал.
Таэрт стоял сбоку от трона и на меня не обращал никакого внимания. Словно не его невеста сейчас шла по проходу. Значит, король. И как я не заметила его интереса ко мне на прошлом балу?
Я попыталась отыскать ответы в памяти, ведь мы с Кайо общались. Ничего подобного, тогда король смотрел на меня, как на пыль под его ногами. Возможно, просьба семьи отложить свадьбу привлекла ко мне королевское внимание. Но сейчас совершенно точно мужчина меня возжелал, хоть и старался свою похоть скрыть от подданных и супруги.
Король приветствовал графа легким кивком головы, от меня же отвернулся вовсе, лишь
