Когда они возвращались по заросшей колокольчиками лужайке к дому, где должен был состояться свадебный обед, Найджел слегка замешкался, отвечая на чье-то поздравление. Мелинда же в одиночестве пошла дальше, изящно поддерживая рукой подол белоснежного платья.
Найджел, отделавшись наконец от гостя, невесть почему вздумавшего на полпути рассыпаться в восторгах и поздравлениях, поспешил за Мелиндой. Изящная стройная девушка в белоснежном платье на фоне лилово-синих цветов, направляющаяся к дому медленной плавной походкой, — красота этой картины настолько заворожила Найджела, что он остановился и на секунду прикрыл глаза. И вновь его охватило острое чувство тревоги, ведь Мелинда опять шла прочь от него, не останавливаясь и не оглядываясь.
В следующее мгновение Найджел бросился догонять свою жену. Он подал ей руку, Мелинда лучезарно улыбнулась ему, и Найджел вновь почувствовал себя счастливейшим из людей. Но теперь он знал, что даже мимолетная мысль о том, что он может утратить Мелинду, будет вселять в него страх и надолго лишать покоя.
Обед, по мнению Найджела, тянулся невыносимо долго. Он уже почти ненавидел гостей, сыпавших поздравлениями и сиявших ослепительными улыбками. Казалось, все только и думали о том, как бы перещеголять друг друга в пышности и витиеватости фраз, а заодно и посостязаться в натужном остроумии.
Найджел, храня на губах дежурную улыбку, окинул взглядом гостей. Среди приглашенных не было ни одного человека со стороны жениха. Найджел усмехнулся. Конечно же он созванивался с приятелями и немногочисленными друзьями, сообщая о своей неожиданной помолвке. В ответ он выслушивал восторженные поздравления вперемежку с ошарашенными репликами, сводящимися в основном к одному: и что это старине Виттерсу взбрело в голову жениться?
А вскоре на него посыпались поздравительные телеграммы с неизменными извинениями за «невозможность присутствовать лично». Найджел ничуть не обиделся. Он понимал, что при таком бешеном ритме и сам вряд ли смог бы выкроить несколько дней, чтобы отправиться на другой конец света. Телеграммы приходили и с Балкан, и с Апеннин, и из Северной Африки, в общем, отовсюду, куда страсть к поискам древних разрушенных беспощадным временем городов могла занести археолога.
И только Дженис он ни разу не позвонил… От нее тоже пришла телеграмма — бодрая и формальная. Непонятно почему, но Найджела это немного задело. И было чуточку неловко. Найджел машинально разорвал телеграмму и решил поскорее выбросить этот вздор из головы.
В какой-то момент Найджел остался один посреди веселящихся гостей. Он поискал глазами Мелинду. Его жена беседовала с какой-то пожилой четой. Дама в блестящей шляпке, к тому же перегруженной искусственными цветами, отчаянно жестикулировала и не менее отчаянно улыбалась. Ее экстравагантный наряд и преувеличенная живость без труда давали понять, что пожилая леди не в силах поверить, что молодость может безвозвратно уйти. Попытки доказать обратное делали ее смешной и немного жалкой. Супруг дамы неподвижно стоял рядом, улыбаясь и неизменно кивая, когда его жена заканчивала очередной комплимент.
Мелинда вежливо слушала эти излияния. Она как обычно казалась невозмутимой, на ее губах застыла сдержанная улыбка. Однако Найджел уже успел немного изучить характер своей жены. Он прекрасно знал, что Мелинда терпеть не может бурных проявлений чувств, особенно на людях, и решил поскорее избавить ее от этой пытки.
Найджел уже направлялся к Мелинде, но тут она повернула голову, и их взгляды встретились. В тот же миг они оба почти физически ощутили волну, каким-то непостижимым образом толкнувшую их друг к другу. Найджел перестал различать шум голосов, нестройные звуки музыки, он видел лишь сияющие глаза Мелинды, таинственные и манящие.
Видимо, и Мелинда в тот момент испытывала те же, не поддающиеся разумному объяснению, чувства. Забыв о своих собеседниках, она шла навстречу Найджелу, не сводя с него глаз. Их руки встретились, и они оба не сговариваясь устремились прочь из громадной гостиной, пробираясь среди танцующих и жующих гостей и не обращая внимания на недоуменные и слегка насмешливые взгляды.
Едва захлопнув дверь спальни, они бросились друг другу в объятия, и их губы слились в неистовом поцелуе. Конечно, Найджелу и раньше случалось целовать Мелинду, когда они, обнявшись, гуляли по холмистым лужайкам или любовались закатом. Но обычно Мелинда деликатно отстранялась, и он не смел настаивать.
Найджел осторожно расстегнул «молнию» на платье Мелинды. Мелинда слегка повела точеными плечами, и невесомая белоснежная ткань скользнула вниз. Найджел принялся поспешно срывать с себя одежду. Ох уж эти пуговицы! Никогда раньше он не думал, что эти портновские изобретения способны доставлять столько хлопот. И никогда прежде, ни с одной из своих бывших подружек не хотелось ему как можно скорее оказаться в постели.
Только теперь он понял, что Мелинда была права, всячески откладывая их «более тесное общение». Конечно, Найджела безумно влекло к ней физически, порой ему было невероятно трудно сдерживать свои вполне естественные для здорового молодого мужчины порывы. Бывало, он добродушно подтрунивал над Мелиндой, досадуя на рамки, которые она очертила для них обоих.
Искренность чувств и безграничное доверие оказались для Найджела важнее, чем вся сексуальная опытность, которую демонстрировали ему бывшие подружки. Сейчас все они слились для Найджела в один образ, тусклый и неинтересный.
В его объятиях была прелестная женщина, его жена, перед красотой которой меркнут все нимфы и Афродиты. Он уже не мог противиться этому волшебному ритму, дарящему ни с чем несравнимое наслаждение. Ему вдруг вспомнились колокольчики, слегка покачивающиеся от легкого утреннего ветерка.
— Ты сама как цветок, — выдохнул Найджел, когда вновь обрел способность говорить.
Мелинда вдруг резко отстранилась от него и, слегка откинув голову, молча, без улыбки, посмотрела ему в глаза. Ее губы были слегка приоткрыты, глаза сияли, но Найджелу почудилось в них какое-то непонятное отстраненное выражение.
И вновь он со смутной тоской почувствовал, что, даже став его женой, Мелинда не сможет принадлежать ему всецело. Какая-то ее частичка всегда будет закрыта для него. В следующую секунду он уже сжимал Мелинду в объятиях и вдыхал легкий пьянящий аромат ее кожи. Она, слегка помедлив, обняла его в ответ, и все тревожные мысли и предчувствия Найджела рассеялись без следа.
5
Мелинда, нежась под нежаркими лучами вечернего солнца, набирала полные пригоршни серебристо-белого песка и вновь высыпала его, следя, как тонкие песочные струйки скользят между пальцами. Это занятие так ее увлекло, что она умудрилась насыпать две довольно внушительных пирамидки. Найджел, лежа подле жены, не отрываясь, смотрел на ее прелестный профиль. Лицо Мелинды казалось сосредоточенным и немного задумчивым. Интересно, о чем она все время думает? — в который уже раз спросил себя Найджел. Его взгляд скользнул по спине жены и ее стройным ногам. Они всего лишь два дня как прилетели в жаркую Флориду, а кожа Мелинды уже успела приобрести золотисто-коричневый оттенок. Найджел провел ладонью по гладкой нежной коже, и Мелинда, обернувшись к нему, улыбнулась.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
