Найджел окончательно смешался. В самом деле, каким же смешным и бестолковым он сейчас выглядит! Вот уж действительно забавный простачок. От досады на себя Найджел крепко сжал кулаки и сдвинул брови. Вид у него теперь был угрожающий, словно он собрался одержать победу на ринге. Хорошо еще, что Мелинда в этот момент не смотрела на него.
— Вам, правда, здесь нравится? — неожиданно спросила Мелинда, по-прежнему не глядя на Найджела.
— Мы ведь теперь на «ты», — угрюмо пробормотал он.
Мелинда, удивленная его внезапно изменившимся тоном, изумленно обернулась к нему и хотела что-то сказать, но Найджел ее опередил.
— Мне здесь очень нравится, — торопливо продолжил он, — и больше всего нравишься ты. Даже больше чем нравишься…
Мелинда опустила голову и, сорвав какую-то травинку, принялась машинально вертеть ее в тонких пальцах. Найджел, выждав несколько секунд и призвав всю свою смелость, выпалил:
— Я безумно в тебя влюблен. И я не хотел бы уехать отсюда без тебя.
Мелинда, отбросив травинку, резко вскинула голову и посмотрела Найджелу в глаза. Ее лицо стало каменным. Девушка внешне казалась спокойной, но что-то в глубине ее глаз насторожило Найджела. Может, он ляпнул что-то не то? Ах да, он же не сказал самого главного! Конечно же она неправильно его поняла. Ведь говорил же мистер Эдвардсон что-то там о старомодном воспитании, о ее непохожести на «современных молодых девиц» и прочее в том же духе. Такой девушке невозможно сказать что-то вроде: «Давай поживем вместе месяц-другой, а там будет видно».
Как ни странно, сейчас Найджела это ничуть не раздражало. Ему даже нравились эти новые для него отношения. Сделать девушке предложение по всем правилам позапрошлого века, после свадьбы ввести в свой дом жену. А потом… От этого «потом» захватывало дух. Ничего подобного Найджел прежде не испытывал. Имидж холостяка, беззаботного парня, не признающего условностей, больше не казался ему привлекательным. Может быть, Джеймс Эдвардсон прав — пришло ему время остепениться.
— Я хочу, чтобы ты вышла за меня замуж, — произнес Найджел на едином дыхании. До сих пор он никому не говорил ничего подобного, сами слова звучали странно, словно на каком-то чужом языке.
Мелинда секунду пристально смотрела на него, затем медленно опустила ресницы. По ее лицу ничего нельзя было понять. А понимает ли она сама, как сильно влечет к ней его, Найджела? Его безумно тянет к ней не только как мужчину, но и как искателя сокровищ. Разыскать бережно хранимую в неведомой дали драгоценность и завладеть этим трофеем всем на зависть. Эта особая, ни с чем несравнимая гордость.
Мелинда привлекла его не только своей экзотической красотой. Ее внешняя отстраненность, даже легкая холодность в сочетании с изысканными манерами и невозмутимой приветливостью — этот коктейль способен свести с ума кого угодно. Если бы Найджел не знал, что до сих пор Мелинда жила затворницей под неусыпным присмотром заботливого отца, он сравнил бы ее с опытной сердцеедкой, способной вертеть мужчинами, как ей заблагорассудится.
Мелинда по-прежнему не смотрела на Найджела. Что-то она ему ответит? Внезапно Найджелу, еще пару дней назад не помышлявшему о женитьбе на ком бы то ни было, стало страшно услышать от нее решительное «нет». Мелинда должна стать его женой, без нее он уже не мыслил своего дальнейшего существования.
— Ты говорил с моим отцом? — внезапно спросила Мелинда.
— Что? — Найджел не сразу сообразил, о чем спрашивает его девушка. — Ах да, да, конечно! — торопливо заговорил он, едва осознав, о чем речь. — Мистер Эдвардсон сам… В общем, он будет очень рад, если я, если мы…
Мелинда молча смотрела на него. Интересно, о чем она сейчас думает?
— Мистер Эдвардсон будет очень рад, если мы поженимся, — повторил Найджел более внятно.
Мелинда, отвернувшись от него, медленно пошла по тропинке, и Найджел направился следом.
— Я выйду за тебя замуж, — внезапно остановившись, произнесла Мелинда ровным голосом.
— Ну тогда, — у Найджела вдруг бешено заколотилось сердце, — может быть, мы пойдем и скажем…
Он сжал руку девушки в ладонях. Мелинда, не ответив на пожатие, деликатно высвободила руку.
— Лучше скажем вечером, за ужином, — с легкой улыбкой отозвалась она. — Мне кажется, отец неважно себя чувствует.
Найджел растерянно кивнул, припомнив, каким измученным выглядел мистер Эдвардсон прошлым вечером. Найджел продолжал идти рядом с девушкой, но она легким движением положила руку на его локоть.
— Тебе сейчас лучше вернуться. А я еще немного прогуляюсь.
Найджел вновь кивнул. Сейчас он был готов согласиться с чем угодно. Прикажи ему Мелинда проскакать до самой усадьбы «Колокольчики» на одной ноге, Найджел и это исполнил бы с не меньшей готовностью. Он зашагал к усадьбе и лишь раз оглянулся на тропинку. Мелинда медленно шла по ней, неуклонно удаляясь и от усадьбы «Колокольчики», и от него, Найджела. На миг Найджела невесть почему охватило беспокойство, которое тут же сменилось радостным сознанием того, что очень скоро эта девушка станет его женой.
4
Найджел был так рад, что Мелинда ответила согласием на его предложение, что даже не обратил внимания на то, в какой форме это согласие было дано. То, что Мелинда вначале спросила, говорил ли Найджел с ее отцом, показалось ему данью милой старомодной традиции. Найджел был уверен, что ни одной из знакомых ему девушек и в голову не пришло бы интересоваться, как посмотрят родители на ее брак, и уж тем более спрашивать разрешения выйти замуж. Подруги Найджела были самостоятельными, уверенными в себе молодыми женщинами. До знакомства с Мелиндой Найджелу это даже нравилось, но теперь… Теперь в этом было что-то нарочитое, даже суррогатное. Так ли уж они независимы, какими хотят казаться?
Найджел бесцельно бродил по своей комнате, изредка бросая взгляд в окно. Из него отлично просматривалась тропинка, по которой должна вернуться Мелинда. Еще не прошло и часа, а он уже успел соскучиться. Так недолго превратиться в мужа-подкаблучника. Найджел невольно улыбнулся и вновь вернулся к своим мыслям.
Ему вдруг вспомнилась Дженис, которая осталась в Нью-Йорке. И в его прежней жизни, до знакомства с Мелиндой. Дженис, вероятно, могла бы стать классическим образчиком «современной молодой девицы» в представлении Джеймса Эдвардсона. Яркая, веселая, активная Дженис обожала шумные вечеринки и ночные клубы. Каких только безумств они с ней не совершали! Дженис и впрямь была без ума от всевозможных рискованных предприятий, будь то экстремальный туризм или участие в митингах протеста. С Дженис нельзя было соскучиться, и Найджел признавался себе, что именно это и привлекало его в бесшабашной девчонке.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
