— Это не ко мне разговор, Николай Григорьевич.
— Значит, не поможешь? — прищурился тот недовольно.
— Увы, это не в моих силах.
— Раз ты помог ему, значит тоже будешь отвечать за эту пигалицу, — бросил на прощание старший Крестовский и покинул кабинет, оставив после себя волну раздражения.
Отец Богдана имел отвратную черту характера — считать всех ниже себя. Умел парой фраз унизить так, что человек после этого еще долго приходил в себя. Я познакомился с ним еще в детстве, и долгое время остро воспринимал подобное. Пока однажды не понял, что вопреки всему — Богдан не перестал дружить со мной и помогать. А значит нужно просто не слушать этого зарвавшегося хозяина жизни. И все. С тех пор обидные слова перестали попадать в цель, хотя он по-прежнему регулярно давал понять, что я не тот друг, что нужен его сыну. Учитывая все это, было странным, что работать я все же пошел именно в “СтройЭкс”. Но это было своего рода вызовом — смогу ли, не струшу ли и выдержу ли прессинг старшего Крестовского. Но то — дела давно минувших дней. Николай Григорьевич хоть и продолжал относиться пренебрежительно все же признал мои достижения, прекратив попытки выжить меня из компании.
Но вот его слова о Руслане, возможно, были неким предупреждением. Богдан давно жаловался, что отец все чаще настаивает на свадьбе с выгодной партией. А это означало, что Руслана — угроза, которую тот обязательно постарается устранить.
Вся эта свистопляска вокруг девчонки знатно напрягала — и без этого дел было по горло. Тем более, что я не видел в ней ничего особенного. Да, огрызалась, показывала характер, хотя и явно сдерживаясь. Даже отчитывая ее за недобросовестное выполнение работы, все ждал, что психанет и выложит козырь на стол, заявив, что пожалуется жениху. Но нет. Впрочем, я был настроен решительно — у меня полно возможностей заставить ее поджать хвост и самой показать свое истинное лицо Крестовскому. Даже кофе заставил сделать мне. Знал бы чем закончится — никогда бы не рискнул! Мало того, что залила квартальный отчет, который теперь придется подписывать заново, так еще чуть не обварила мне ноги!
Косорукая танцовщица! Если она также двигалась на сцене, неудивительно, что никаких достижений у нее кроме учителя в группах и нет.
Мне понадобилось несколько минут, чтобы успокоиться и переодеться. Злость за испорченный костюм требовала выхода. И я не придумал ничего лучше, как отправить ее в химчистку. Пусть ищет нужную. А я потом пройдусь по ее умственным способностям, когда эта неумеха снова облажается. С этой мыслью я упаковал в чехол испорченные брюки и, предвкушая, скорую расправу на той, что так ловко пудрит мозг моему другу, напомнил ей про отчет. Не прошло и десяти минут, как мой недалекий секретарь все же явилась.
— Вот отчет, — тихо произнесла она.
— Давайте сюда, — подошел сам забрать, чтобы еще чего не учудила. — А это ваше дополнительное задание, — кивнул на чехол с брюками.
— В смысле?
— В смысле, что отнесете в химчистку. Раз такая проблема с координацией.
— Что? — возмутилась она. В глазах отразилась такая буря эмоций, что даже замер на мгновение. — Да вы сами рукой махнули! — Надо же как она ловко все вывернула-то!
— То есть это я виноват в том, что ты пролила мне на брюки горячий кофе?
— Если бы просто подождали, пока я поставлю чашку, все было бы в порядке.
Едва сдержался, чтобы не высказать этой недотепе все, что я думал. Только мысль, что нужно довести начатое до конца, помогла промолчать.
— Отвезете в “Белый”. Только там делают, как следует.
Только когда щелкнул замок на двери, я выдохнул с облегчением. Слишком много эмоциональных сил забирала эта секретарша у меня. За последние два дня я устал больше, чем за всю неделю. И это было плохо…
10. Руслана
Поездка в метро вышла суетливой — все куда-то бежали, торопились. Живя в небольшом городе, я к такому не была привычной. Впрочем, заблудиться было сложно — указатели отлично помогли найти нужное направление. Да и само здание оказалось прямо рядом с метро. Правда, обратно в офис вернулась впритык к обеду — едва успела войти в приемную, как следом зашел Богдан.
— Ты уже готова? — удивился он, глядя на мои руки.
— А, это… — но договорить я не успела — из кабинета вышел Градов.
— Привет, Вов, — Крестовский переключил внимание на него.
— Привет, — ответил тот, пожимая руку. — Как дела с… хм… моим поручением? — от его вопроса стало не по себе. Краем глаза заметила, что Богдан слегка напрягся и недоуменно посмотрел на меня.
— Все в порядке, — постаралась улыбнуться как можно беззаботнее. — Идем? — повернулась к жениху.
— Конечно, — кивнул тот. — Увидимся, — добавил, глядя на друга. — У тебя все в порядке? — спросил Крестовский, едва мы оказались на парковке.
— Ты о чем?
— Мне показалось, что Володя как-то недовольно выглядел. Что-то не так?
— Нет, все в порядке. Просто рабочие моменты, — отмахнулась я.
— Руслана, мы вроде договаривались, что это все временно, и тебе не нужно погружаться в это на сто процентов, — строго произнес мужчина, заведя машину.
— Видимо так уж я устроена… Не могу по-другому.
— Почему? Или Вова решил загрузить тебя по полной? — в голосе Богдана прорезалась сталь, и мне стало не по себе. Я всего пару раз видела, как из обаятельного мужчины он превращался в холодного, решительного мужчину.
— Нет, все в порядке, — повторила я. — Однако, ты не думал, что все же стоит ему объяснить, что происходит?
Крестовский тяжело вздохнул и покачал головой. И до самого ресторана не проронил ни слова. Лишь когда приехали, наш разговор продолжился.
— Понимаешь, мой отец — очень опасный человек. Когда мы доведем дело до конца, он не сможет сделать что-то мне или тебе, — наконец, произнес он, не глядя на меня.
— Это если ты действительно прав, и мы ищем в нужном направлении, — возразила я.
— Я уверен, что прав. Все, что есть — не может быть просто совпадением.
— Бодя, — покачала головой в ответ, — а если все окажется не так?
— Не окажется, — упрямо заявил он. — Но после… Отец обязательно попытается на ком-то сорваться. И я не хочу, чтобы Володя попал ему под горячую руку.
— Он так для тебя важен?
— Он — мой единственный настоящий друг, — ответил Богдан спустя какое-то время. — Мы очень много прошли вместе — со школьной скамьи. Он мне как брат, понимаешь?
Наши взгляды встретились, и я очень четко поняла — что бы ни случилось, разрушать их дружбу я попросту не имела права. Не знала за что так взъелся на меня Градов, но жаловаться на него не собиралась. Кто знает чем закончится наша авантюра — в крайнем случае, я просто вернусь домой и все. А вот мужчины…
— Кстати, твой отец сегодня заходил к нему, — сказала, решив, что лучше всего закрыть щекотливую тему разговора.
— К Володе? — резко помрачнел мужчина.
— Утром, — подтвердила я. Богдан недовольно цокнул.
— Значит, утром… Ладно, идем, — сказал он и вышел из машины.
Обед проходил в напряженной атмосфере — Богдан сидел задумчивым и мало что говорил.
— Зачем твой отец приходил к Владимиру? — все же спросила то, что никак не укладывалось в моей голове. — Ты ведь говорил, что он с ним не ладит.
— Полагаю, решил усилить давление. Он уже пытался вчера меня заставить передумать, — неохотно ответил Крестовский.
— Правда? Ты не рассказывал…
— Не хотел тебя грузить, Русь. Думаю, через несколько дней он попробует следующий вариант и придет договариваться.
— Но с этого логичнее бы начинать, — возразила я.
— Отец часто действует нахрапом. Особенно с теми, кто от него зависит, — зло процедил Бодя. — Для него это возможность самоутвердиться — доказать самому себе, что может контролировать всех и вся. — Я промолчала, не зная, что здесь можно сказать. Да, у меня всю жизнь была только мама, но нельзя сказать, что я была лишена родительской любви. Однако сейчас особенно остро ощутила насколько несчастен был Богдан в казалось бы полной семье. — Понимаю, что тебе и так непросто все это дается, — добавил он спустя пару минут. — Поэтому не хочу усугублять.
