Только вот спустя долгую паузу Игнат отвечает:
— Этот дом построил мой дед, спроектировал также он, будучи действительно гениальным архитектором. Альберт Генрихович был неординарной личностью, и я это говорю не потому, что он был моим дедом.
Что-то проскальзывает в голосе мужчины, человечное такое.. неожиданное, что я обращаю взгляд на Юсупова, а у самой в глазах щиплет, потому что вспоминаю импозантного симпатичного мужчину, сидящего за столиком у окна, его седые волосы отдают серебром, а в ясных глазах цветут смешинки, когда я приближаюсь и ставлю чашку кофе на стол..
— спасибо, Юленька, — будто наяву слышу голос и теплые интонации, — право, вы настоящее сокровище. Жаль, что мне не двадцать лет.. иначе бы влюбился.
Игнат пристально наблюдает за моей реакцией, а его мужественное лицо расплывается перед моим взглядом, когда я тихонечко произношу:
— Ваш дедушка был замечательным человеком, всегда шутил, поднимал настроение и мне искренне жаль, что его не стало.
Молча Игнат рассматривает меня и кривит губы.
— Видимо, именно поэтому он и решил как следует пошутить напоследок.
Обращаю взгляд на Юсупова, правду говорят, что внешняя красота очень часто не имеет ничего общего с внутренней. Пока я не понимаю миллиардера. В одну минуту он кажется почти нормальным, а в другую — заносчивым снобом, словно власть и влияние яд, которым пропитывается все вокруг, и подобный человек не способен верить в бескорыстность.
— Пойдем, Юля, уже поздно, я очень устал, — говорит и вновь ведет меня под локоть по ступеням, ведущим в дом.
— Знаете, я тоже вообще то устала и хотела бы лечь в свою постель и отдохнуть —выговариваю сквозь сжатые зубы.
Опять ухмылка расцветает на холодном лице мужчины.
— Давай пока установим временное перемирие. Я не спал последние сорок восемь часов.
Бросаю быстрый взгляд на мужчину. Уставшим он не выглядит и как то особой жалости у меня не вызывает, правда, хочется хорошенько настучать по надменному лицу.
— Юля, у нас с тобой все предельно ясно. Давай пока просто подождем завтра и оглашения завещания, ты будешь хорошей послушной девочкой, от этого зависит твое будущее.
Игнат открывает дверь, а я не выдерживаю и спрашиваю:
— Это вы, господин миллиардер, мне сейчас так завуалировано угрожаете?
Смотрит на меня краем глаза и на чувственных губах вновь рождается улыбка, от которой у меня как-то иррационально дыхание останавливается.
— Нет, Юлия, угрожаю я совершенно иначе, поверь мне, разница ощутима. С тобой у нас сейчас беседа, не лишенная подколов, и это меня даже располагает. Очень мало людей осмеливаются перечить мне.
Вроде инет угрозы в словах мужчины, а мне становится страшно настолько, что коленки слабнут. Ведь Юсупов обладает властью и баснословными деньгами. Захочет и потеряюсь я так, что никто и никогда не найдет. Скажут, была девушка Юля, вышла на улицу и пропала без вести, и как бы родители меня ни искали — никогда бы не нашли.
Потому что простую студентку архитектурного, параллельно работающую официанткой, никто никогда не свяжет с миллиардером из списка «Форбс».
Фактически Юсупов выкрал меня из закоулка, где нет камер, и свидетелей похищения не было.
Если поразмыслить - я вышла с работы и.. исчезла. до дома не дошла...
Ну и если Игнат захочет, он воспользуется рычагами власти и задавит расследование.
От подобных мыслей мне совсем плохо становится. Меня будто в угол загоняют и как бы я ни царапалась, как бы ни хотела вырваться из этого всего — не получается, потому что загонщик слишком силен и предусмотрителен.
Игнат заходит в дом, меня тащит за собой. огромный холл подсвечен приятным теплым светом. Неярким, но в глаза сразу же бросается огромная лестница прямо по центру с лакированными деревянными перилами, ведущими на второй этаж.
Роскошная хрустальная люстра переливается бликами, она висит на потолке второго этажа, так сказать, ее опоясывают перила...
Роскошный стиль. Глянцевый пол с наиинтереснейшим орнаментом из цветов посередине. Несмотря на весь свой шок, я внимательно изучаю дворец, в котором оказываюсь...
На стенах висят картины и даже одного взгляда вскользь хватает, чтобы осознать, что здесь подлинники.
Это не репродукция, узнаю кисть одного из французских импрессионистов в огроменной картине, которая подсвечена таким же приятным, щадящим светом, огромные лилии, кажется, плывут по воде..
— Боже... Не может быть. Это же не репродукция. - выдыхаю свои мысли вслух и как по ниточке иду к картине, замираю, рассматривая шедевр мирового искусства.
— Нравится? - тихий, проникновенный шепоток в ухо заставляет вздрогнуть, а мурашки побежать по коже.
Оборачиваюсь на Игната и замечаю его пристальный взгляд. Он смотрит на меня иначе.
Пронзительные карие глаза с желтоватыми прожилками завораживают, и пугает могущество мужчины, у которого бесценная картина висит в холле особняка.
Боже. Кому же меня угораздило дорогу перейти?!
Мой затравленный взгляд мечется к входной двери, несмотря на всю роскошь, мне безумно хочется сбежать из этого дома! От этого мужчины, который нависает, давит одним своим присутствием.
Считывает меня, мои эмоции и говорит совершенно спокойно:
— Юля, расслабься, тебе не убежать. Вспомни ворота, через которые мы проехали, ну и у меня охрана из бывших военных, на территории также есть собаки.
По мере того, как Игнат говорит, его рука зарывается мне в волосы и откидывает их за спину.
Вроде простое касание, но у меня мурашки по коже и глаза мужчины в этом освещении кажутся почти желтыми. Я будто тону на дне его зрачков.
— Ты и шага ступить не сможешь, малышка, как будешь схвачена, просто прими эту ситуацию как данность и не сопротивляйся.
— А если я не хочу?
Мне кажется, что сейчас что-то странное происходит между мной и этим мужчиной.
Неожиданно он перестает пугать до икоты, хотя то, о чем он говорит, ужасает, но я будто подпадаю под его магнетизм, под ауру и энергетику:
— У тебя нет выбора, малышка.
Шершавый палец мужчины оказывается на моей скуле и нежно проводит по коже, кажется, стирая одну-единственную слезинку.
— Не сопротивляйся мне, Юля, не сопротивляйся, потому что любое сопротивление я привык давить в зачатке.
— это ведь сейчас была угроза? У тебя стиль общения такой — грозить чем-то через каждое слово?!
— Я просто обрисовываю тебе ситуацию. Прими ее. Не усугубляй свое положение.
— Теперь я стану пленницей? Буду сидеть безвылазно в твоем дворце, свяжешь?! Или запрешь меня на чердаке, чтобы не мозолила глаза?!
Ухмыляется, на губах цветет чувственная улыбка
— Какие интересные фантазии.
Говорит так томно, что у меня у самой щечки колоть начинает от жара.
— Ты, конечно, можешь попытаться сбежать. Воля твоя. Я предупредил. Может, даже тебе удастся вырваться ненадолго, связаться с полицией, — выдает задумчиво и опять его пальцы играют с моей длинной прядкой, — будет забавно даже понаблюдать за твоими трепыханиями, если тебя заводят такие игры, детка, то можешь взбудоражить мой охотничий инстинкт.
Сглатываю ком в горле. гулко. Миллиардер сейчас мне открыто говорит, что способен устроить на меня самую настоящую охоту.
— В этом мире у людей моего статуса и возможностей есть весьма интересные хобби, для нас нет рамок и барьеров, и ты вернешься в мой дом в любом случае.
— И за похищение и удержание человека тебе ничего не будет?
Поднимает бровь и смотрит на меня, слегка прищурившись. Но остается впечатление, что олигарх сейчас веселится за мой счет, будто мои реакции его умиляют.
— У всего есть цена, Юля
— Нет. Есть то, что бесценно.
Опять улыбается.
— Для людей из моего круга вопрос лишь в средствах и ресурсах.
Ясно-понятно. Сиди, Юленька, и не рыпайся. Иначе злой дядя вообще сгноит тебя в подвалах, и никто не доберется и ничегошеньки ему за это не будет. У Юсупова столько денег, что он любой суд с полицией купит и будет мое слово против его. А захочет, обвинит меня в том, что я сама в его дом ворвалась и пыталась украсть одну из картин.
