Странно, в городе она другая, а в этом элитном поселке с необыкновенно свежим воздухом мне кажется, что золотой обруч буквально нависает над моим окном, а я вдруг вспоминаю присказку бабушки.
— Коли встреча у девицы произойдет на наливающейся луне, то будет она весомая и значимая в жизни.
— Эх, бабуль, знала бы ты, что все эти байки ложь. Вот и встреча, что ты нагадала. Ну да, конечно, еще какая весомая и значимая. Понять бы, как еще и живой из этой встречи выкарабкаться.
Опять смотрю на луну, сердце наливается тревогой, которая не утихает, я опасаюсь завтрашнего дня и того, что он мне принесет.
Ничего хорошего. Это точно.
Выдыхаю с горечью. Резко захлопываю створку и для пущей надежности вообще зашториваю окно.
Страшно раздеваться в чужом доме, но ложиться в мокрой одежде - риск получить ко всему прочему также и воспаление легких, поэтому я окидываю комнату взглядом на всякий случай, ищу наличие камер.
Хотя и таких кругляшей, как в ресторане, в котором я работаю, я не нахожу и чуточку успокаиваюсь, но все же меня преследует навязчивая мысль, что за мной следят, будто кто-то незримый ведет свое наблюдение.
— Успокойся, Юля, так и до психоза недалеко.
Губы шепчут, а дрожащие пальцы потихонечку стягивают прилипшую одежду с тела. Я аккуратно развешиваю влажные вещи на стул, остаюсь в одном белье.
Всегда после тяжелого дня я возвращаюсь в свою крошечную квартирку и вне зависимости от усталости лезу под душ. Мой маленький ритуал, помогающий возродиться, почувствовать свое тело и убрать все посторонние запахи.
Работа официантки не из легких, физически трудно таскать тяжелые подносы, заставленные едой, первое время у меня и вовсе под конец дня будто руки отваливались, вот и сейчас я замираю в одних трусиках и лифчике с веселыми свинками и взглядом гипнотизирую дверь в ванную.
Опять оглядываюсь на пустую комнату и все же решаюсь. Иду в душевую. Стягиваю с себя белье прямо под душем и стираю гелем для душа.
Выжимаю и вешаю на крючок для полотенца. Затем быстро мою волосы, которые хорошо бы было не мочить, но дождь и так постарался. Промываю тело и выхожу. Быстро обматываюсь полотенцем и опять смотрю на потолок.
— Ты сходишь сума, Юлька, прекрати паниковать!
Шепотом даже в просторной ванной комнате получается слишком громко. Вроде и нет камер, но я... не знаю.
Забираю свое белье, нахожу среди принадлежностей в ящике под раковиной также новенький фен.
— Аллинклюзив, почувствуй себя в пятизвездочной гостинице, что называется.
Быстро сушу волосы. Не до конца, чтобы не пересушивать и наутро не хвастаться соломой на голове.
Чуть влажноватые волосы заплетаю в широкую тугую косу, чтобы волосы были послушными и лежали на плечах густой волной.
Немного раздумываю. Не хочу я спать в халате в доме олигарха, без белья чувствую себя слишком уязвимой.
Опять, как маньяк, осматриваю помещение на момент камер и опять ничего не нахожу, а затем отмахиваюсь от мыслей, беру свои лифчик и трусишки, с которых на меня смотрят смеющиеся мультяшные свинтусы, и включаю фен.
Ну а что" Цепляю свое белье двумя пальцами и. сушу. направляю теплую струю воздуха и сушу трусы с лифчиком.. если миллиардер наблюдает за мной по камерам... ну что же, его ждет легкий шок, но как бы. другого варианта для себя я не вижу.
Я не собираюсь оставаться в чужом доме без трусиков. Наконец, спустя несколько минут мне удается высушить свои веселые трусишки. Надеваю их, не снимая полотенца, в которое я обернулась. Исключаю малейшую возможность стриптиза перед скрытыми камерами и со спокойной душой возвращаюсь в спальню. Бросаю лифчик досушиваться рядом с моей одеждой, а сама закутываюсь в махровый халат. Чуть не наворачиваюсь, потому что нога путается в широких полах, и я опять только после того, как тело укрыто, вытягиваю из-под халата мокрое полотенце.
Обращаю взгляд на кровать, которая манит пушистой периной, и вусмерть измотанная и уставшая стягиваю покрывало, стараюсь скатать его аккуратно, хотя хочется зашвырнуть на пол в отместку за поведение олигарха, но все же... рука не идет.
Наконец, скатав шелк, я открываю и падаю на свежие простыни, которые приятно пахнут легким лавандовым кондиционером.
Так странно. С детства я люблю этот запах. Он всегда успокаивал меня, и бабушка в детстве всегда клала мне пучок засохшей лаванды под подушку, гладила по волосам и говорила, что кошмары отгоняет, и я верила, вот и сейчас делаю вдох, прикрываю веки и, несмотря на то, что, казалось, не усну и буду маяться, меня отключает.
Засыпаю и сон вижу, где я бегу босая по лавандовому полю и пальцы касаются жестких колосков цветов и почему-то в этом сне я смеюсь и сердце наполняется радостью, мне кажется, что за мной бежит мужчина, он быстрый, сильный, но... убегать от него у меня получается, он все меня схватить хочет, я будто ощущаю его ладонь на плече и в последний момент уворачиваюсь, а затем, затем мне кажется, что я вижу того самого постояльца, который приходил и садился за мой столик. высокий импозантный седовласый старец в белоснежном костюме.. дед Юсупова будто издали наблюдает за мной и в глазах у него смешинки, а в уголках губ будто спрятана шкодливая улыбка.
Я хочу подбежать к нему и спросить, зачем он со мной так поступил. Зачем подставил под удар и ярость собственного внука, но не успеваю. все исчезает, а затем приходит спокойный, умиротворенный сон без сновидений.
Глава 7
Просыпаюсь резко. Просто распахиваю глаза и осознаю, что не приснилось, не привиделось.
Я все еще в чужом доме, в чужой постели. Эти мысли заставляют подскочить с кровати и быстро надеть одежду и только после этого, ощущая себя хоть в какой-то мере не такой уязвимой, я иду в ванную и привожу себя в порядок.
Выхожу и решаю проверить, не заперта ли дверь, мало ли, вдруг тут принято запирать узниц только по ночам. И как только я равняюсь с дверью, чудом отскакиваю, потому что раздается щелчок, и ручка поворачивается, через мгновение лицезрю на пороге степенную седовласую женщину, сухую и худую.
- Доброе утро. Я Агата Максимовна. Управляющая. Господин Юсупов просил сопроводить вас на завтрак.
— Ваш хозяин решил ко мне конвой представить?! — язвлю пожилой женщине, хотя в жизни слова грубого людям гораздо старше себя не говорила, но тут.
Не знаю... Защищаюсь я.
— Прошу вас, Юлия, пройдемте, — отвечает ровно, пропуская мою подковырку мимо ушей, и я пожимаю плечами.
Заключение заключением, а обед, как говорится, по расписанию. Есть-то хочется, я вчера едва кусочек бутерброда в обед в рот закинула и все на этом.
от упоминания еды желудок бурчит довольно-таки громко, но пожилая леди, чем-то напоминающая не слишком пожилую мисс Марпл, делает вид, что не слышала реакции моего организма.
Женщина поворачивается, дает мне пройти и ожидает меня в коридоре, когда равняюсь с ней, степенно ступает с высоко ПОДНЯТОЙ ГОЛОВОЙ И прямой спиной, как у балерины.
Тут либо аристократа в седьмом колене, либо. не хочу задумываться, кто есть кто в доме Игната Юсупова. Я надеюсь, что и я здесь недолгий гость. Сейчас все решится с завещанием, и олигарх меня отправит восвояси.
Я все же уверена, что это какая-то шутка. Глупая шутка его дедушки, Юсупов же отметил, что старик любил пошутить, вот и решил помучить внука неведеньем, заставил побегать за какой то там официанткой, но, разумеется, мое присутствие на оглашении завещания — дело формальности.
Я убеждаю себя в этом, да и не то, чтобы убеждаю.
Я всю свою семью знаю, дедушку с бабушкой видела, они жили душа в душу, поэтому никаким боком в историю нашей семьи не вписываются ни Игнат, ни его дедушка.
Опять бросаю взгляд на пожилую управляющую и вдруг меня цапает какое то ощущение, ведь дама в летах и могла знать дедушку Юсупова очень хорошо.
Киваю своим мыслям и решаюсь начать разговор с женщиной, все же была не была, как говорится.
