В статье 5 гл. XV Соборного Уложения 1649 г. указывалось, что для обращения в третейский суд для разрешения спорного правоотношения необходимо составление сторонами конфликта специальной третейской записи. В ней стороны должны были закрепить условия, на которых приглашались третейские судьи, а также предусмотреть штрафные санкции, подлежащие взысканию с третейских судей в случае неправильного разрешения ими дела.
В Правилах «О порядке окончания примирением и третейским разбором спорных дел, подлежащих ведомству мировых посредников» от 19 февраля 1861 г. содержалось указание о том, что стороны, достигнув соглашения о передаче спора для разрешения третейским судьям, об этом «объявляют, словесно или письменно, на простой бумаге мировому посреднику или, по желанию их, другому местному учреждению»[58]. В подобных объявлениях должны были содержаться наименования сторон, предмет спора, а также имена третейских судей и их согласие на разрешение дела. Указанные объявления фиксировались в специальных книгах у мировых посредников (судей) или в тех учреждениях, куда они передавались сторонами.
В УГС 1864 г. вопрос фиксации договоренности сторон о передаче спора на разрешение третейского суда был более детализирован по сравнению с вышеупомянутыми законодательными актами. В соответствии со ст. 1369, «согласие сторон на разбор их дела Третейским Судом должно быть выражено в третейской записи», которая пишется на простой бумаге и должна быть подписана тяжущимся и всеми избранными третейскими судьями, которые в подписи своей обязаны выразить согласие на принятие этой функции. Кроме того, в ст. 1374 закреплялся порядок удостоверения третейской записи: она «должна быть явлена для засвидетельствования у Нотариуса или Мирового Судьи. Подлинная запись, по явке ее, выдается третейским судьям, а копия – сторонам». Статья 1371 УГС была посвящена непосредственно содержанию третейской записи: в ней фиксировались «имена, отчества, фамилии и звания как тяжущихся, так и избранных ими третейских судей», а также «предмет спора, представляемый разбору Третейского Суда». Комментируя указанные статьи УГС, К. Анненков отмечал, что третейская запись могла быть составлена только лицами, обладающими полной право– и дееспособностью, и исключительно по их свободному и непринужденному волеизъявлению. Третейская запись в соответствии со ст. 250 УГС могла быть составлена и поверенными (представителями) сторон, но только специально на то уполномоченными. В случае если сторона, ее поверенный или третейский судья являлись неграмотными, вследствие чего не могли самостоятельно расписаться в третейской записи, за них это вправе было сделать любое иное лицо с их согласия. В случае незасвидетельствования третейской записи у нотариуса или мирового судьи она являлась недействительной, как и решение третейского суда, вынесенное по делу на основании подобной записи[59]. Кроме указанных данных, в третейской записи могли отражаться и другие сведения, а именно: о месте заседания суда, ведении делопроизводства и месте хранения дела, порядке дачи объяснений сторонами, предельном сроке разрешения дела, об обеспечении иска и иные, не запрещенные законом.
В Декрете ВЦИКи СНКот 16 февраля 1918 г. «О третейском суде» указывалось, что «соглашение сторон о решении дела третейским судом излагается в третейской записи, на которой подписи должны быть засвидетельствованы» (ст. 2). В статье 3 Декрета отмечалось, что «в третейской записи обозначаются стороны и предмет спора, а также срок окончания дела».
В ГПК РСФСР 1923 г. содержалась специальная глава 22 «О третейских записях и решениях», в ст. 199 которой было сформулировано указание о том, что третейская запись подлежит обязательному нотариальному удостоверению. Аналогичное требование фиксировалось и в ст. 6 Приложения 1 к вышеназванному кодексу – Положении о третейском суде. В частности, в третейском соглашении, изложенном в письменной форме, должны были указываться полные наименования и адреса сторон спорного правоотношения; полномочия на формирование состава третейского суда в том случае, если третейская запись составляется от имени коллектива или же не самими тяжущимися; предмет спора; точное наименование третейских судей и председательствующего состава третейского суда (с указанием фамилий, имен и отчеств); срок разрешения дела; место и время составления третейской записи; согласие избранных третейских судей на разрешение дела; подписи всех участников в споре и членов третейского суда.
Подобные требования к соглашению о третейском суде сохранились и в постановлении ВЦИК и СНК от 21 августа 1924 г. «О третейских судах в Кабардино-Балкарской автономной области», а также в постановлении ВЦИК и СНК от 29 декабря 1924 г. «О третейских судах в Якутской АССР», в ст. 2 которого отмечалось, что «третейская запись может быть засвидетельствована наслежным (сельским) советом, улусным (волостным) исполкомом, а также народным судьей или нотариусом». Как указывал А. Г. Гойхбарг, в связи с необходимостью отражения в третейской записи кандидатуры председательствующего состава третейского суда (избираемого не сторонами, а избранными ими третейскими судьями) следует сделать вывод о том, что «некоторые организационные действия третейского суда происходят ранее составления третейской записи»[60].
Во Временных правилах рассмотрения хозяйственных споров третейским судом, утв. Госарбитражем при Совете Министров СССР 31 августа 1960 г., каких-либо требований по форме и содержанию соглашения о третейском суде не содержалось. В статье 4 данного нормативного акта лишь отмечалось, что заинтересованная сторона, признавая необходимым рассмотрение спора в третейском суде, избирает третейского судью, о чем сообщает другой стороне. Сторона, получившая предложение рассмотреть спор в третейском суде, должна в десятидневный срок дать на него письменный ответ. Как указывал К.С. Юдельсон, анализируя Основы гражданского законодательства начала 60-х гг. XX в., «третейская запись, т. е. договор о передаче спора на рассмотрение третейского суда, должна быть совершена участниками спора в письменной форме и не требует в отличие от прежних Положений нотариального удостоверения»[61].
В настоящее время в соответствии с действующими нормативными актами, регламентирующими деятельность третейских судов (п. 1 ст. 7 Закона о третейских судах, п. 2 ст. 7 Закона РФ «О международном коммерческой арбитраже»), для передачи спора на разрешение третейского суда необходимо обязательное оформление в письменной форме данной договоренности сторон правового конфликта. Каких-либо иных требований по форме соглашения о третейском суде (утверждение или регистрация в компетентном государственном суде, нотариате и т. п.) в вышеназванных нормативных актах не содержится.
В международной практике выделяют три вида соглашений о третейском суде: третейский договор, третейская оговорка и третейское соглашение или запись. Их принципиальное отличие друг от друга состоит в следующем.
Третейский договор представляет собой самостоятельный документ, составленный сторонами, о разрешении в третейском суде споров, которые могут возникнуть в будущем.
Третейская оговорка включается непосредственно в текст договора (контракта, соглашения и т. п.), является его составной частью и распространяется на какой-либо конкретный спор, их группу или все споры, могущие возникнуть в будущем в связи с его исполнением.
Третейское соглашение (запись) представляет собой отдельный документ, составляемый сторонами, в котором содержится их договоренность о передаче в третейский суд конкретного спора, группы или всех споров, которые уже возникли между ними.
Все три вида соглашений о третейском суде представляют собой достигнутое сторонами договорных отношений и зафиксированное соглашение о разрешении споров в третейском суде. Основываясь на анализе законодательства ведущих стран мира, А.Д. Кейлин совершенно справедливо отмечал, что все вышеперечисленные виды соглашений о третейском суде являются самостоятельными и независимыми друг от друга, обладая равной юридической силой[62]. На практике третейский договор практически не используется, так как он по своему содержанию фактически дублирует третейскую оговорку и отличается от нее лишь тем, что составляется в виде отдельного документа. В данной связи в отечественной практике заключения соглашений о третейском суде принято объединять третейский договор с третейским соглашением, распространяя последнее и на могущие возникнуть в будущем споры.
Таким образом, между третейской оговоркой и третейским соглашением в России существуют два существенных отличия. Во-первых, третейская оговорка является составной частью другого документа, а третейское соглашение представляет собой отдельный самостоятельный документ. Во-вторых, третейская оговорка распространяется только на споры, которые могут возникнуть между сторонами в будущем, а третейское соглашение – как на уже возникшие, так и на споры, возможные в будущем.
