— Извини, — торопливо сказала редактор. — Я задела за живое? Это из-за мужчины, не так ли? Ты оставила профессию модели, чтобы забыть его? Этот негодяй скверно поступил с тобой, детка? — с сочувствием поинтересовалась она. — Или сей ничтожный человечишка просто женат?
— О, нет, — вздохнула Лейси, догадываясь, что отчаянно краснеет. У других женщин бывают романтические приключения, разбивающие им сердца. А она может лишь рассказать историю о том, как ее приняли за гулящую девку в гостинице, в самом центре Талсы. — На самом деле… Ну да, я пытаюсь забыть об этом, — откровенно призналась она.
Редактор тяжело вздохнула.
— Ты пришла куда следует, детка, поверь мне. У нас сейчас целых четыре младших обозревателя и лишь одна вакансия для постоянной работы, так что тебе придется работать до полусмерти, соревнуясь с остальными — каково это тебе? — Увидев слабую улыбку на лице Лейси, редактор продолжала: — Зарплата низкая, а модельерам никогда не угодишь, что бы ты о них ни написала. Ты вконец измотаешься, твои ноги будут мучительно ныть, макияж поблекнет, а твою прическу размоет дождь. Когда ты напишешь хорошую статью, никто этого не заметит и не оценит. И лишь через полгода Глория подойдет к тебе и поинтересуется, почему ты выглядишь такой зачуханной, хотя вначале была просто великолепна. Посмотри на этих сельдей в бочке. — Она указала в сторону редакции. — Компания зарабатывает деньги, сдавая все здание в аренду, а мы ютимся в такой тесноте. У нас не расходится и тридцати процентов тиража, и поэтому мы больше двух лет находимся на грани катастрофы, а «Вог» и «Харперз базар» бьют нас по всем статьям главным образом потому, что мы игнорируем их существование. Меня зовут Джемми Хэту-орт, я ответственный редактор, а также исполнитель еще четырех миллионов разных дел, и мои дети забыли, что у них есть мать. Ну, почти забыли. — Она принялась рыться в бумажных завалах, что-то отыскивая. Потом поинтересовалась: — Ты действительно сможешь писать статьи, Стейси… прости, Лейси? А главное — сможешь ли пахать как вол? Ты будешь работать над рубрикой «Новинки моды».
Это короткие заметки о производителях и оптовиках. Но скоро ты возненавидишь свое дело. Ну, как, не напугала я тебя? А голова еще не болит? И тебе не хочется выйти и освежить свой макияж? А может быть, у тебя возникло желание уволиться прямо сейчас и убежать куда глаза глядят?
— Да, да, да, — быстро ответила Лейси, начиная понемногу ориентироваться в ситуации, и ухмыльнулась. — И нет, нет, нет — на последние три вопроса. Это прекрасно, честное слово! Мне действительно нравится торговля тряпками. Я давно хотела бросить работу модели, вот и все. Кроме того, я не так уж и молода.
— Да просто рассыпаешься на ходу, — съязвила редактор. — Погоди, пока тебе исполнится целых двадцать пять. — Она вручила Лейси листок машинописного текста. — Вот тебе список домов моделей, с которыми работают младшие обозреватели. А поскольку ты такая милая деточка, я даю тебе список всех домов моделей, даже тех, о которых никто не слыхал уже много лет. На этой неделе тебе всего-навсего придется принести заметку о каждом из них. Вполне возможно, что некоторые могли уже прекратить свое существование, — предупредила Джемми. — Это старый список Глории.
— О, спасибо! — с энтузиазмом воскликнула Лейси. — Я весьма признательна вам. Постараюсь сделать хорошо, вот увидите!
— Ты просто прелесть! Боже, я чувствую себя детоубийцей!
— Вы только покажите мне мой стол, и я сразу приступлю к работе.
— Ах, да, стол. — Джемми Хэтуорт нахмурилась. — На самом деле у нас уже много лет не было свободных столов. Но в художественной редакции есть общий стол, специально для младших обозревателей. Тебе он подойдет.
— Вот и хорошо, — поспешно заявила Лейси. — Я могу работать где угодно. Мне до сих пор не верится, что после четырех лет учебы в школе журналистики и работы моделью это наконец-то свершилось.
Джемми вздохнула.
— Погоди, не убегай, — остановила она Лейси, соскочившую с края стола. — Это еще не все. Кафетерий компании в августе закрыт, но ты можешь приносить ленч с собой и есть его в дамской комнате стоя, если, конечно, тебя это устроит — там всегда полно народу. Зарплаты ты не будешь получать недели три. И не забывай оформлять еженедельный расходный лист на автобусные талоны. Упаси тебя бог ездить на такси, даже если ты растянешь связки на обеих лодыжках, «Каприз» тебе ни под каким видом транспортные расходы не оплатит.
— Хорошо, — решительно сказала Лейси. — Я ничуть не против поездок на автобусе.
— Ты доведешь меня до нервного расстройства, — простонала Джемми. — Пожалуйста, закрой дверь, когда будешь выходить. Я не хочу, чтобы Глория заявилась еще с каким-нибудь новичком. Корь и без того отравила мне существование.
5
«Я слишком размечталась», — с грустью думала Лейси спустя несколько дней. Она сидела, закинув ногу на ногу, на коробках с одеждой в чердачном помещении на Тридцать второй улице, где была расположена фирма «Платья и элегантная спортивная одежда братьев Фишман». Она поняла, что вопреки ее ожиданиям дела обстоят совсем не так.
Одежда у бедного мистера Фишмана совершенно безвкусна, иначе и не скажешь. Разумеется, если бы Лейси пришлось в качестве модели демонстрировать его клиентам весеннюю коллекцию одежды, она бы и слова не сказала. Но теперь, будучи обозревателем журнала «Каприз», она находится по другую сторону баррикад, и может сказать, что «Одежда братьев Фишман» потерпела фиаско, хотя бедолага мистер Фишман и вытащил на обозрение почти все свои сокровища.
Лейси вынуждена была признать, что Джемми Хэтуорт говорила о работе младшего обозревателя истинную правду, хотя поначалу ей казалось, что та просто пытается представить все в худшем свете. В списке домов моделей, расположенных на Седьмой авеню, действительно значилось несколько фирм, чьи владельцы ушли из бизнеса, скрываются, отсутствуют или числятся умершими. Она тратила изнурительные часы на поиски входов в заброшенные фабричные склады, блуждая по черным лестницам и грузовым лифтам старейших нью-йоркских швейных фабрик. Даже проникновение в эти трущобы само по себе являлось изрядным достижением; столько усилий — и все для того, чтобы выяснить, что о такой компании нынешние владельцы даже не слыхали или что она окончила свое существование после Второй мировой войны. Лейси пришла к выводу, что картотека журнала «Каприз» порядком устарела.
Если бы только это! Последние два дня, не прекращаясь ни на минуту, шел дождь, и он изрядно попортил ее прическу и макияж. Промокшие ноги начали побаливать. Но Лейси было не привыкать. Работа журналистки и работа модели имеют много общего — и той, и другой приходится немало трудиться ногами.
