— У тебя вкус пива и секса.
Несмотря на то, что я была измотана, низкий рокот его голоса вызвал у меня желание раздвинуть для него ноги и спросить, не хочет ли он проверить, вся ли я такая на вкус, но прежде, чем я смогла сформулировать слова, он откатился и встал. Я повернула голову, чтобы полюбоваться видом. Черт, у этого мужчины классная задница. В мускулистой мужской заднице было что-то такое, что всегда сводило меня с ума. Единственным пятном на его теле были четыре маленьких полумесяца, которые мои ногти оставили на его коже.
Он вышел из комнаты, и минуту спустя я услышала звук включающегося душа. Я как раз убеждала свое тело, что вставать будет стоить усилий, когда он вернулся в комнату и поднял меня с кровати.
— Знаешь, я могу ходить, — сказала я.
На его лице появилось то же выражение, что и у меня, когда я предупредила его о своей ноге.
— И что?
Глава 5
— Что происходит с домом престарелых? — спросила я Джейкоба.
Мы приняли душ и вернулись в его постель. Он одолжил мне рубашку, чтобы я спала в ней. Она пахла лаймом и чистотой, и я полностью в ней утонула. Снаружи с ночного неба стекала тьма, на востоке поднималось солнце из красного золота. Было пять утра, мои веки были такими тяжелыми, что мне понадобились спички, чтобы держать их открытыми, но я должна была знать, в опасности ли бабушка.
Джейкоб встретился со мной взглядом.
— В Керни поступают наркотики.
— Я думала, вы, ребята, здесь не торгуете, — сказала я, нахмурившись.
— Мы этого не делаем. Они не наши. В основном это высококлассные рецептурные препараты, и мы думаем, что кто-то из персонала «Магнолии» заменяет лекарства для пожилых людей плацебо и продает настоящие лекарства на стороне.
Я перекатилась на спину и прижала ладони к глазам.
— Черт, черт. Ты знаешь, сколько исследований я провела, прежде чем выбрать «Магнолию»? У них была лучшая репутация в области лечения болезни Альцгеймера в штате.
— Это недавнее событие, — сказал Джейкоб. — И мы пока не смогли это доказать. Это всего лишь подозрение.
Я убрала руки и посмотрела на него.
— Почему ты не смог это доказать? Разве вы не говорили с их руководством?
Он покачал головой.
— Они не стали бы слушать, даже если бы мы попытались. «Королям» не рады в Магнолия-Хиллз.
— Я думала, что все местные предприятия здесь боготворят вас, ребята.
У «Королей» была привычка помогать нуждающимся семейным магазинам, часто посещая их, когда дела шли плохо, или предоставляя им кредиты под низкий процент из средств клуба, когда банки отказывали им в финансовой помощи. Это было частью того, почему так много людей мирились со всем прочим мусором, помимо всей этой истории с бывшими военными. Несмотря на все свои недостатки, «Короли» заботились об этом городе, и они сделали больше для обеспечения безопасности и счастья его граждан, чем наши избранные должностные лица.
Сделало ли это банду, полную торговцев оружием, хорошими парнями? Нет. Но время, проведенное в армии, научило меня, что не все черно-бело, как кажется некоторым людям.
— У нескольких членов клуба там родители или бабушки с дедушками, — сказал Джейкоб. — Как и у нескольких парней из «Джокеров». Однажды наши пути пересеклись во время посещений.
Ему не нужно было больше ничего говорить. «Джокеры» были мотоклубом с территорией к западу от Керни и были главными соперниками «Королей». Без сомнения, завязалась драка. Надеюсь, никто из местных жителей во время этого не пострадал.
— Что я могу сделать? — Спросила я. Я не могла снова перевозить бабушку. Она только что устроилась, и, похоже, ей действительно нравилось в Магнолия-Хиллз.
— У тебя есть доверенность на нее? — спросил Джейкоб.
— Да.
— И для медицинского дерьма тоже?
Я кивнула.
— Попроси, чтобы ее проверили на наркотики, — сказал он.
— А ее врач не разозлится, если я об этом попрошу? — В штате «Магнолия-Хиллз» было несколько человек. Ее врачом была латиноамериканка средних лет по имени доктор Перес, и до сих пор она вела себя превосходно. Я не хотела, чтобы она подумала, что я сомневаюсь в ее честности, пока она заботится о моей бабушке.
— Скажи ее врачу причину, — сказал он. — Что ты слышала, что кто-то в их стенах может приторговывать. Руководство, возможно, не захочет слушать «Королей», но, когда члены семей их пациентов начинают жаловаться, это другое дело.
— Я могу это сделать, — сказала я. — Что еще? Хочешь, чтобы я украдкой сфотографировала сотрудников?
Он послал мне удивленный взгляд.
— Будет лучше, если ты возьмешь меня с собой на следующее посещение. Скажи, что я твой парень, и ты хочешь представить меня своей бабушке. Тогда им придется впустить меня, и у меня будет шанс осмотреться самому.
Я уставилась на него.
— Только если ты пообещаешь не делать ничего, из-за чего меня больше не будут впускать.
Ему каким-то образом удалось пожать плечами, лежа.
— Обещаю.
— Я хотела навестить ее сегодня.
Его взгляд скользнул мимо меня к будильнику.
— Тогда нам нужно заткнуться и пойти спать.
***
ОСОБЕННОСТЬ отношений на ОДНУ ночь в том, что они должны длиться только одну ночь. Если вы увлеклись и остались на ночь, следующее утро может быть чертовски неловким. Снова секс? Делаем это на одну ночь и утро? Предложить приготовить завтрак в качестве какой-то странной благодарности за оргазм? Или попытаться ускользнуть оттуда до того, как проснулся твой избранник, из-за чего ты можешь выглядеть полной дурой?
Я предпочитала вообще избегать этого. В прошлом я снимала с себя оковы и шла домой с улыбкой на лице. Но сейчас это было невозможно, когда кто-то приказал остаться с ним, а затем запер дверь квартиры.
Засыпая, мы с Джейкобом находились по разные стороны кровати, между нами был большой промежуток, но, когда я проснулась несколько часов спустя, тяжелая рука прижала мою талию к матрасу. Моя левая нога была перекинута через одну из ног Джейкоба. Он уткнулся носом в изгиб моей шеи где-то в предрассветные часы, и теперь мы лежали, разделяя подушку, его дыхание согревало мое плечо, в то время как солнце выглядывало из-за краев его занавесок, освещая комнату своим полуденным сиянием. Часы показывали 11:06. Вот и все, то, что нужно для того, чтобы попасть в дом престарелых сразу после его открытия.
Я толкнула его плечом.
— Джейкоб.
Он резко проснулся, возвышаясь надо мной, как змея, готовая нанести удар.
Я вскинула руки вверх, между нами.
— Воу.
— Криста? — спросил он хриплым со сна голосом.
— Ага. Все еще здесь.
— Извини, — сказал он, проводя рукой по лицу.
— Нет проблем.
Примечание для себя: никогда больше не пытаться разбудить Джейкоба Ларсона. Мне следовало бы подумать лучше, перед тем как делать это с боевым ветераном, но, поскольку я сама спала всего шесть часов, мой мозг еще не работал.
Теперь, когда угроза насилия миновала, я убрала от него руки и с трудом выпрямилась. Моя нога затекла, но прошлая ночь того стоила.
— Мне нужно вернуться к себе и переодеться, прежде чем отправиться к бабушке, — сказала я. — Встретимся в «Магнолия-Хиллз» около двенадцати тридцати?
Он кивнул и откинулся на спинку кровати.
— Конечно.
Его волосы были растрепаны после того, как он уснул с мокрой головой. Он выглядел усталым и насытившимся, непринужденным, и я его таким еще не видела. Одеяло собралось вокруг его талии, открывая всю красоту его точеной груди.
Я отвела от него взгляд и скатилась с кровати. Мое правое колено подогнулось, и мне пришлось ухватиться за поручень для поддержки.
Руки Джейкоба опустились на мои бедра, поддерживая меня.
— Порядок? — Спросил он.
— Да, просто немного побаливает.
Руки исчезли.
— Я оказываю такое влияние на женщин.
Я бросила на него взгляд через плечо. Его самодовольная ухмылка соответствовала игривому тону. Я прищурилась, глядя на него, и его ухмылка стала шире. Черт возьми. У Джейкоба Ларсона было чувство юмора.
