плохо соображала. Обычно вне разговоров с драконихой я что-нибудь обдумывал, однако в этот раз я просто сидел и жевал солонину. Мозгу нужна была хоть какая-то разгрузка.
Когда я закончил с ужином и вернулся к драконихе, то продолжил пересказывать, как Братство Кольца идёт через Морию. Совсем скоро я должен был дойти до схватки Гэндальфа с балрогом, и потому описывал все события куда с большим энтузиазмом. Да и банально помог небольшой отдых с едой. Это подняло мне настроение, и потому о битве с орками я рассказывал очень эмоционально.
Однако, как раз когда я вошёл во вкус, дракониха вдруг меня остановила.
— Всё, человек, ты мне надоел, — монстр поднялся с земли и сделал несколько ленивых шагов. — Настала пора тебя убить.
Подобного я не ожидал. Слова людоедки меня шокировали, хоть я этого не показывал. Я даже не думал, что, когда приступлю к рассказу столь интересных событий, меня вдруг сожрут. Пару часов назад были моменты, когда я слегка лил воду, затягивая повествование, но тогда дракониха не испытывала скуки.
Ничего не понимаю. Я не верю, что всё испортилось, когда я стал рассказывать историю с энтузиазмом и начал получать удовольствие от процесса. Даже наоборот, я чувствовал, что как рассказчик стал лучше. Тогда почему дракониха заскучала? Может, есть какая-то сторонняя причина?
— Если ты меня съешь, то не узнаешь конец истории, — ответил я мысленно.
— Зато развлекусь, отрывая твои конечности, — садистка засмеялась. — Какая часть тела тебе нужна меньше всего? Руки или ноги?
От этого вопроса пошли мурашки по коже, но моё лицо никак не изменилось. Страх показывать было нельзя. Да и страх был слабым, это никак не затуманило мой разум. Я сохранял холодность ума и размышлял, почему переменилось настроение людоедки.
Основа дипломатии — понять, что хочет твой оппонент. Это ключ ко всему. Дракониха жаждет развлечений, и я их предоставляю, но, по всей видимости, появился какой-то дополнительный фактор.
Может, она хочет куда-то улететь? Садистка поднялась с земли и начала неспешно разминать свои конечности — вполне вероятно, она готовится к полёту. Оставлять меня одного она не хочет, поэтому и решила, что проще будет убить.
Да, это похоже на правду.
— Ты хочешь слетать к реке, чтобы попить воды? — спросил я мысленно.
— Ого, какой смышлёный человечишка, — изумилась дракониха. — Ты угадал, я полечу к реке. Без присмотра я тебя не оставлю, ведь знаю, что ты сбежишь. Так что тебе нужно меньше? Руки или ноги?
Я вспомнил момент, когда ел солонину. Тогда вышло солнце, и я смог рассмотреть пещеру получше. У входа был большой валун и небольшая овальная выемка. В ней примерно куб пространства, так что план родился сам собой.
— Ты можешь запереть меня в выемке пещеры, — предложил я. — Там есть большой валун, которым ты заткнёшь дыру. Выбраться из выемки самостоятельно я никак не смогу, поэтому ты можешь быть спокойна, что я не сбегу.
Дракониха повернула голову к пещере, а затем вновь посмотрела на меня.
— Умный человечишка, — садистка усмехнулась. — Ты умеешь мастерски изворачиваться в любой ситуации. Хорошо, я запру тебя в пещере. Тот валун даже мне будет сложно сдвинуть, так что ты действительно никак не сбежишь. Тебе повезло, сегодня я не буду отрывать твои ноги и руки, но кто знает, что будет завтра.
Она звонко смеялась внутри моего разума.
Хоть людоедка и согласилась с моим планом, напоследок она обозначила, что является тут самой главной. Ей хочется видеть мой страх и полное подчинение. Причём угрозы, которыми она сыпет, не пустые — завтра ей взбредёт в голову что-то новое и она действительно может оторвать мне конечности.
— Беги со всех ног в пещеру и залезай в ту выемку, — приказала людоедка и резко взлетела вверх.
У меня было плохое предчувствие. Бежать, как и сказано, я стал со всех ног, и это точно было не зря. Грёбаная дракониха спикировала на меня с неба!
— Атака с воздуха, человечишка! — прокричала она в моём разуме.
Я упал на мокрую траву лицом. Когти дракона прошли прямо у головы.
— Ты слишком медленный! Поторопись в пещеру! Иначе второй раз я уже действительно тебя схвачу.
Последовал самодовольный звонкий смех.
Вот же тварь, ещё и издевается! Устроила тут себе боевую арену!
Я, не тормозя, поднялся и побежал к пещере. Во рту стоял привкус крови. Разок чуть не споткнулся на размокшей глине, но смог сохранить равновесие. Оказавшись в пещере, сразу же залез в выемку. Дыхание сбилось, я тяжело дышал.
Пещеру закрыла тень драконихи, по камню прошла лёгкая вибрация от её приземления. Своей массивной мордой она без труда передвинула валун. Дури в этой твари хоть отбавляй. Породу камня я не знал, но он должен весить несколько тонн, исходя из объёма.
Когда меня полностью закрыли в выемке, я тяжко выдохнул. Меня накрыла кромешная темнота и холод. Этих игрищ с воздушной атакой я не ожидал. Да и сидеть запертым в каменной выемке было неприятно. Конечно, я сам это предложил, но в ином случае меня бы просто убили.
Я должен сбежать от драконихи как можно скорее.
Каждый день рядом с ней — это игра с огнём. Если я сбегу к людям, то, скорее всего, попаду обратно в рабство — в этом тоже ничего хорошего, но, по крайней мере, меня не съедят заживо. С людьми куда больше шансов договориться, чем с непредсказуемой драконихой.
Уперев ноги в стену, я решил попробовать толкнуть валун. Подумал, вдруг он обманчиво лёгкий? Но нет, эта махина точно весила несколько тонн. Я даже на миллиметр не сдвинул валун — словно стену пытался толкнуть. Долго тужиться не стал, это было бесполезной тратой сил, но я не жалел, что попробовал.
Моё тело слишком слабое для таких подвигов. Даже короткая пробежка вызвала у меня одышку. Нет, конечно, я бежал со всех ног, но не должно быть такого высокого пульса и привкуса крови во рту. Мои руки в старых мозолях, то есть прошлый владелец тела постоянно делал какую-то работу, вот только он слишком много голодал. Из-за этого у меня ощущение,
