примечателен был не сам цвет, а выражение в них. В своё время он видел такие глаза у нескольких мужчин. В этих глазах жила та холодность, которую мог обрести только тот, у кого был опыт причинения смерти другим. Тем не менее, Деверо коротко улыбнулся и поднял свою бутылку пива в знак приветствия. Затем, чтобы не показаться слишком заинтересованным, он снова обратился к каталогу аукциона. Возможно, связаться с Солентино будет гораздо проще — и гораздо опаснее — чем он думал.
***
Деверо допивал третье пиво к тому времени, когда собравшуюся толпу позвали на аукцион. Он осушил бутылку и последовал за остальными в большую комнату, заполненную полудюжиной рядов пустых стульев, каждый из которых стоял лицом к пустому пьедесталу, где, без сомнения, аукционист должен был руководить вечерними торгами. Деверо занял место рядом с проходом и наблюдал, как остальные потенциальные покупатели рассаживаются по своим местам. Это была группа состоятельных людей. Его взгляд скользнул по нескольким пожилым парам, отметив, что некоторые из них с напряжённым ожиданием сжимали в руках свои каталоги, и его внимание со смутным любопытством скользнуло по ряду профессионально выглядящих мужчин и женщин, каждый из которых держал в руках свой телефон, а их одежда, несмотря на то, что была элегантной, не обладала таким безупречным кроем, как у некоторых других. Кристофер Солентино, по-прежнему находившийся рядом с Алиной, сидел в самом первом ряду. Устраиваясь поудобнее, Деверо заметил лёгкую выпуклость под его костюмом. У него определённо имелось при себе какое-то оружие. Солентино, очевидно, был человеком, который не любил рисковать.
Невысокая женщина проскользнула мимо плеча Деверо и села прямо перед ним. Он покосился на неё, затем тут же окинул повторным взглядом. Она была гремлинкой, он готов был поспорить на деньги. Затем у него защекотало в ноздрях. Внезапно в воздухе появился слабый привкус крови. Деверо проследил за этим запахом, и в конце концов его взгляд упал на высокого мужчину, одетого в элегантный плащ и держащего на коленях цилиндр. Вампир. А через два ряда позади вампира сидели две пикси с фиолетовыми волосами.
По коже Деверо пробежали мурашки. Может, он и не очень много знал об Италии, но он был более чем уверен, что численность сверхов в Риме примерно такая же, как и в Лондоне. Так почему же в этой комнате собралось так много сверхов? Что такого интересного было в небольшом ювелирном аукционе? Он нахмурился. Неудивительно, что так мало людей обратили на него внимание, пока он ждал в баре, если они уже ожидали увидеть такое количество сверхъестественных существ. В этой толпе он далеко не уникален… и этот маленький факт значительно усилил его интерес и настороженность. Затем он почувствовал, что за ним кто-то наблюдает. Он повернул голову и увидел пару жёлтых горящих глаз, прожигающих его злобным взглядом. Ещё один оборотень. На самом деле, не просто оборотень. Эта волчица, казалось, была готова прыгнуть вперёд и вонзить зубы в шею Деверо.
Он встретился взглядом с волчицей лицом к лицу. У него не было другого выбора. На скулах у неё вздыбилась шерсть, отчего люди, сидевшие поблизости, испуганно шарахнулись в сторону. Деверо тихо зарычал и пристально посмотрел на неё. Волчица рыкнула и отвернулась. «Я победил», — подумал Деверо. Но эта крошечная победа всё равно не объясняла, что происходит на самом деле и почему здесь собралось так много сверхов.
Прежде чем он смог продолжить размышлять над этой загадкой, раздался резкий звук удара дерева о дерево. Сбитый с толку, Деверо переключил своё внимание на переднюю часть зала. За пьедесталом стояла элегантно одетая женщина с молотком в руке. Она прочистила горло и начала говорить на плавном итальянском. Мгновение спустя она перешла на английский с акцентом.
— Дамы и господа, — произнесла она нараспев. — Спасибо, что пришли. В связи с тем, что сегодняшние гости являются иностранцами, торги будут проводиться сначала на итальянском, а затем на английском языках, чтобы каждый мог принять в них участие. Поэтому я прошу вас быть снисходительнее, если для оформления некоторых заявок потребуется больше времени, чем ожидалось, — она слегка поклонилась. — Итак, без дальнейших церемоний, давайте начнём.
Как по команде, появился мускулистый мужчина, который явно проводил больше времени в тренажёрном зале и на протеиновых коктейлях, сдобренных стероидами, чем за обыденными занятиями. В его руках, в бархатном футляре, лежали сверкающие серьги с бриллиантами и рубинами.
Аукционистка улыбнулась и снова перешла на итальянский, прежде чем повторить свои слова на английском.
— Наш первый лот — это потрясающий комплект серёжек. Всё, что вы увидите сегодня вечером, было получено из поместья покойного Висконте Гатто, и эти прекрасные серьги не исключение. Платиновые оправы несравнимы как по качеству исполнения, так и по дизайну, а чистота и изысканная огранка каждого отдельного камня доказывают их неоспоримое великолепие.
Деверо моргнул. Неоспоримое великолепие? Серьги были красивыми и, без сомнения, стоили очень дорого, но витиеватое описание, данное аукционистом, было явно чрезмерным. Он украдкой оглядел зал. Подавляющее большинство потенциальных покупателей выглядели скорее терпеливыми и невозмутимыми, чем взволнованными. Эти серьги далеко не были звездой аукциона. Их едва ли можно назвать хотя бы забавным дополнением. Зрители, включая Кристофера Солентино и Алину, очевидно, ждали появления другого украшения. По причинам, которые пока оставались неясными, это, безусловно, то непривлекательное кольцо. Не зря оно указано в качестве последнего лота. Деверо ещё раз пролистал каталог и внимательно изучил фотографию и описание кольца, в то время как начались торги за серьги, не вызвавшие особого энтузиазма.
«Это кольцо, отлитое из серебра и украшенное крупным лунным камнем, принадлежало семье Гатто на протяжении нескольких поколений».
Хм. Вот и всё. Никаких преувеличенных описаний предполагаемой красоты кольца, наполненных лирикой. Никаких упоминаний о качестве серебра или лунного камня. Никакой оценки. И единственная фотография, на которой, казалось, были видны царапины и небольшие вмятины на металле. В этом кольце определённо было что-то большее, чем казалось на первый взгляд. Деверо лениво задавался вопросом, может, Сара Гринсмит знала что-нибудь об его очевидной важности и намеренно отказалась сообщить ему. С неё станется. И всё же, каким бы интригующим ни было кольцо, Деверо пришёл сюда не за этим. Он снова закрыл глянцевый каталог и откинулся на спинку стула, чтобы понаблюдать за происходящим — и в особенности за тёмной склонённой головой Кристофера Солентино.
***
Аукцион прошёл быстро. Серьги ушли за солидные девять тысяч евро. Пятый лот, бриллиантовое колье, которое можно было украсть, вызвал ажиотаж и небольшую войну торгов между итальянским джентльменом, которому было под шестьдесят,
