— Спасибо.
— Все, иди, мне же надо еще посмотреть, что ты там натворила на полигоне, — с улыбкой демон выдворил женщину из кабинета, а та, вздохнув с облегчением, пошла в общежитие.
Глава 17. В движении — жизнь, главное не переборщить
Проснулась Любовь Павловна от дикого писка коннектора, сразу дотянулась до него и написала памятку: «Узнать, как меняется мелодия будильника». Терпеть этот ультразвук по утрам желания не было. В коридоре раздался зычный голос комендантши, предупреждавший о последствиях опоздания на построение.
— Так, душ после тренировки, значит умыться, одеться и что-нибудь перекусить, на голодный желудок заниматься вредно, — пробормотала женщина и вылезла из-под теплого одеяла. — Шесть утра? Да вы издеваетесь? — со всем произошедшим в последнее время она забыла посмотреть распорядок дня, обратив внимание лишь на предметы в расписании.
Но это не помешало ей привести себя в порядок, надеть спортивный костюм и, вгрызаясь в заботливо стащенную для неё Ликой булочку, влиться в толпу первокурсников, спешащих на полигон.
Выражения лиц однокурсников увидевших изменения впервые вызвали у Любы улыбку, ведь именно так она сама вчера смотрела на свое творение. Но студенты быстро оправились от шока и вытянулись в огромную шеренгу в пять рядов, пристроившись в хвост после старших курсов.
Перед ними стояли кураторы и здоровый мужчина со страшным шрамом на пол лица. Он-то и вышел вперед, с усмешкой нашел Любовь, Искора и братьев-лисов во втором ряду и поманил пальцем.
— Студенты! — его голос, магически усиленный, разнесся над строем. — Как многие из вас знают, вчера на полигоне произошел инцидент с этими двумя замечательными молодыми оборотнями, и, не менее замечательным, Искором, — преподаватель сделал акцент на слове «замечательными», да так язвительно это послышалась, что парни поежились. — Что же, мы можем их поблагодарить за то, что они разнесли его в щепки. Старый тренировочный комплекс давно нуждался в изменениях, — по рядам побежали смешки. — За новый же комплекс скажите спасибо мисс Авалон, в которой открылся новый дар, — он повернулся к Любе. — Мисс Авалон, спасибо вам. За то, что превратили полосу препятствий в прогулочный парк для принцессок! — судя по всему, мужчина был зол. — Что стоим, принцесски? Оделись в розовое и шевелим ножками. Бегом! — вдруг форма на всех студентах окрасилась в цвет фламинго, отчего парни в ужасе покосились сначала на препода, потом на женщину. Но выбора у них не было, пришлось бежать, как есть, надеясь, что это иллюзия и она не вечна.
— Вот гад! — уже почти задыхаясь, ворчала Селика, добегая десятый круг. — Он точно знал, что новый полигон больше старого в два раза минимум.
— Даже мы знали, — кряхтел Огний, но задавать ему вопросы по этому поводу сейчас, значит подписать себе смертный приговор.
— Да уж, — стирал со лба пот Барри, тот самый демон, что спрашивал про вино из воды. — Эй, Леа, ты жива?
— Еле-еле, — просипела женщина, повиснув на Искоре, что благородно предложил взять её на буксир. — Проклинаю себя за то, что переборщила с размерами.
В этот момент они уже не то, что пробегали, скорее, проползали мимо преподавателей, и Любовь кинула взгляд полный мольбы на своего куратора. Тот рассмеялся и что-то сказал «физруку».
— Первый курс, добегаете, и хватит на сегодня. Старшие курсы еще два круга и на боевую разминку.
— После этого еще что-то будет? — в ужасе спросила Люба, а друзья лишь покивали головами, не в силах что-то выдавить из себя из-за одышки.
С полигона студенты шли, как с бойни, с передышками, прихрамывая, уставшие, и постанывающие, что впереди еще целый день.
Но первокурсники к завтраку восстали духом, так как первой парой стояла история, на которой можно было вздремнуть, если успеть занять место удачно. Любовь Павловна же даже мечтать об этом не хотела, так как местные хоть как-то были с данным предметом знакомы, в отличие от неё, а историю автоматом, как медитацию, перезачесть ей никто не обещал. Тем более, еще предыдущие лекции переписывать нужно и почитать по ним дополнительно что-нибудь. Судя по усмешкам старших курсов, прислушивающихся к разговорам младших товарищей, историк тут своеобразный, дающий большую свободу во время занятий, но отрывающийся на экзамене.
Ребята, увидев, что она села за первую парту, лишь покрутили у виска, но плюхнулись рядом.
— Мисс Авалон, — обратился к ней преподаватель с явно преобладающими вампирскими генами. — Рад видеть вас вновь на своих занятиях. Надеюсь, что слушать все во второй раз будет не так скучно.
— Точно не будет, магистр Колгат. Все будет как в первый раз, — улыбнулась ему Люба, отправляя мысленный посыл, что она не еда, девочка хорошая, прилежная, не надо к ней придираться.
Впрочем, магистр отлично знал свой предмет и очень интересно рассказывал, только Любовь Павловна слушала его, пропуская через призму своего возраста, «молодежь» сидящая вокруг свою любознательность на историю не тратила. А потому, часть из студентов нагло спали под смеющимся взглядом вампира. Он-то знал, чем им грозит этот проступок на сессии.
Следующей парой оказалась первая помощь, и вел этот предмет сам лекарь Аларион. Люба была откровенно рада его видеть, все же он был первый, с кем она «познакомилась». Да и был очень добр по отношению к ней.
А уж как он вел свое занятие, они и перебинтовывали друг другу разные части тела, и варили отвары, и даже учились делиться энергией, не все сразу, конечно, сегодня он только показал, как бинтовать разные части рук и при каких условиях это нужно. Про все остальное лекарь просто предупредил, чтобы раззадорить учеников и настроить на нужный лад.
Но к концу занятия Любовь Павловна не знала, куда деваться от его ласкового опекающего взгляда, и звонок восприняла, как спасение.
— Еще теория магии, и можно будет упасть на кровать, — взвыла медведица, уминая огромный кусок прожаренного стейка.
— А как же заданное для самостоятельного изучения и заучивания? — взглянула на неё с сомнениями Люба.
— Пока не отдохну, ничего делать не буду. Мне твои «аттракционы» в кошмарах сниться будут. Тоже мне упражнение, «беги против движения карусели и не врежься в лошадь». Я и не знала, что при столкновении они кусаются, они же не настоящие! — Лика показала руку, на которой было отлично видно следы зубов. — А ведь завтра это повториться! И послезавтра! И вообще, каждый будний день, не считая каникул и практики!
Вот тут Любовь Павловна была согласна с оборотницей, когда пришло осознание последствий выкрутасов её магии, «Кошмар», — это первое, что она сказала сама себе.
— Просто я думаю, что лучше сначала сделать задания, а потом отдыхать. Сделал дело, гуляй смело, ну или лежи, в нашем случае.
— Правильно думаете, мисс Авалон, — похвалил её, проходящий мимо с подносом, куратор. — Если откладывать все на потом, можно вообще ничего не сделать, а это у нас наказывается по всей строгости. Отчислением, — оскалился Шаен злорадной улыбкой.
— Намек понят, куратор Делавар, — тяжело вздохнула Лика.
— У вас пара через три минуты, студенты. Кто сегодня опоздает, тот завтра лишний круг бежит, — после этих слов оборотня ребят, как ветром сдуло из столовой.
Глава 18. Спокойствие, только спокойствие
К концу теории магии Любовь Петровна боялась, что у неё отвалится рука записывать все эти схемы и абсолютно бесполезные с её точки зрения описания каких-то восходящих и нисходящих потоков энергии. Собственно, понимать преподавателя она перестала где-то со второй фразы, дальше лишь на автомате записывала и зарисовывала. От того сокращать было нельзя, ведь если целое слово не понимаешь, то пара букв с точкой или неведомая закорючка вообще станут китайской грамотой.
Звонок стал спасением для правой конечности, и Люба сразу метнулась к Селике, с просьбой взять тетради напрокат, хотя бы до ужина, чтобы переписать предыдущие лекции. Та великодушно согласилась. И был лишь единственный в этом минус, к моменту, когда ребята зашли за ней вечером, руки женщина уже не чувствовала.
