— Да ты! А ну стой! Сейчас ты познаешь всю мощь княжеского рода! Я поставлю тебя на место, в ногах валяться будешь!
— Очень патетично звучит, но меня не интересует, — на этих словах эльфийка не сдерживаясь, что-то швырнула, но землянка даже не успела понять, что.
Перед ней появился Бальтазар, у которого от частичной трансформации рубашка с треском порвалась на спине, и широкие кожистые крылья обняли женщину.
— Не бойся, она тебя не достанет, — хрипло прошептал демон, и прижал Любу к себе.
Раздался звук, какой обычно в боевиках сопровождает взрыв гранаты, парень дернулся, но устоял, только крепче обнимая женщину.
Но уже через секунду он её практически оттолкнул от себя и был сметен размытой фигурой, в которой с трудом угадывались черты Ульриха.
К Любе в очередной раз пришло осознание величины своего дара. Ведь воздействие на демона было минимальным, а на дракона и вовсе не было.
"То ли его зацепило, когда я пыталась Бальтазара на свою сторону привлечь, то ли у него были какие-то чувства к Лее до того, как моя душа оказалась в её теле. Что же он тогда так по-свински себя вел? Никто не научил, как за девушками ухаживать надо? И что теперь делать? Они же разнесут тут все и сами убьются. Я как Елена Прекрасная, из-за которой разразилась целая война", — и почему-то в тот момент ей в голову пришел именно фильм, а не миф, а кадры боев так врезались в память, что она содрогнулась..
Любовь Павловна хотела попытаться разнять парней, но её схватила за волосы взбесившаяся эльфийка. Такого поворота событий женщина даже ожидать не могла. Магичка, эльфийка, и так по-бабски, за волосы. Люба вывернулась и схватила Церберру за рукав, мысленно удлиняя его, так, чтобы ткань захватывала кисти рук. Эльфийка в ужасе отпустила волосы землянки и в этот момент манжеты затянулись и будто срослись, не давая возможности вытащить даже мизинец. Тут из-за угла выскочили Огний и Зорий, парни мгновенно сориентировались, скрутив княжну, а Люба прирастила рукава крест накрест к платью.
— Чтобы наверняка, — пояснила она лисам.
— Тогда, что стоим, кого ждем? — спросил один рыжий, удерживая эльфийку и поглядывая на дерущихся в частичной трансформации демона и дракона.
— Ничего не ждем, валим, — ответил второй, схватил Любу за руку и побежал прочь. — Кураторам скажем, пускай сами разбираются, — пояснил он девушке на бегу.
Первый же, чмокнул Церберру в губы, выдав: «Один раз живем», и рванул за братом и подругой.
— И недолго! — прокричала ему вслед покрасневшая, то ли от злости, то ли от смущения эльфийка.
Глава 23. Вы не так все поняли
«— Что можно подумать,
когда видишь двух драчунов
и растрепанную девушку?
— Что кому-то сегодня не дали, но наподдали»
Мужчины прислушались к странным звукам, доносящимся из коридора, переглянулись и одновременно встали.
— Как думаешь, совпадение, или твоя протеже чудит?
— Точно не она, у неё совесть есть, — отрезал ректор. — И она не моя протеже.
— А чья же? — съехидничал Люциус.
— Она ценный ресурс для службы безопасности императора.
— Она сама и есть опасность для него, — сморщился декан.
— Для него она не является проблемой, а вот для таких как ты… Да что там такое твориться? Идём! — Ассгейр вылетел из кабинета и через несколько секунд застыл, увидев своего брата в полуобернувшемся виде. Напротив него стоял, на грани полной трансформации, племянник правителя. А к стене жалась Церберра в странно порванном платье. — Ульрих! Если ты сейчас обернешься — исключу. Это моя любимая часть академии, восстанавливать будешь ручками и дядя не поможет. Бальтазар! Вернись в человеческий вид! И оба в мой кабинет! — парни сдулись, и послушно отправились в заданном направлении. — Леди Клоуз, вы сильно пострадали? — эльфийка помотала головой и задрала подбородок. — Вот и отлично. Декан Прайм, проводите, пожалуйста, княжну до её комнаты. А после я вновь вас жду.
Демон зашел в кабинет и с укоризной посмотрел на парней.
— И какой тьмы вы творите? Девушку не поделили? Леди? — взъярился Ассгейр. — Да на это леди пробы ставить негде. Вы же её столько лет знаете.
— Дело не в ней, брат, — тихо произнес Бальтазар. — Дело в Лее, — дракон коротко рыкнул, но взял себя в руки.
— Прости Бальт, я не знаю, что на меня нашло.
— Зато я знаю, — усмехнулся ректор. — Инстинкты на вас напали. Вопрос только какие и отчего.
— Но Церберра начала, — сдал подругу младший демон. — Я же просто хотел защитить девушку, а Ульрих не выдержал, когда увидел, что я закрыл её собой.
— Что ты сделал? — глаза ректора округлились от услышанного.
— Я закрыл её собой. Понимаешь, она сильно изменилась, в ней чувствуется сила, и демоническая сущность эту силу воспринимает, как равную. Достойную.
— Она тебе нравится? — спросил Эспен смущающегося младшего брата.
— Да, но пока я не понимаю в каком ключе, — и старший демон понял, что ситуацию с Бальтазаром ещё можно исправить. Но вот с драконом все было сложнее. Он неровно дышал к мисс Авалон еще до обретения ей странного дара.
— Так, разошлись по комнатам, даю вам время на осознание своего проступка, о наказании поговорим позже.
— А Церберра? — спросил так легко заложивший эльфийку Бальт.
— Даже если бы ты не рассказал, декан Прайм не оставил бы ей и шанса скрыть правду. И хоть ты поступил неправильно по отношению к подруге, можешь себя не корить, ведь пострадавшая в данном случае не она. Свободны, — но совесть младшего демона так просто не усыпить, вот только как искупить свою вину перед Церой и не причинить при этом вреда Лее или Ульриху, он не знал.
***
Ректор сверлил взглядом дверь, думал и недоумевал, как так вышло, что простая человеческая девчонка вместо того, чтобы выжечь себя дотла обрела такие неординарные дары. В теории, конечно, любой маг мог владеть всеми дарами, просто энергия наиболее сильного строила каналы так, как удобно ей. При этом у высших было в порядке вещей владеть двумя, у него самого была ментальная магия и огненная стихия, его младший брат общался с животными и тоже мог поджарить что-нибудь или кого-нибудь. Среди смесков сильной крови тоже часто находились самородки с несколькими дарами, но люди… Их хрупкие тела, не привыкшие к трансформации, не могли выдержать конструкцию каналов больше одного дара. Не девушка, а загадка.
В кабинет вернулся Люций.
— Ну как? Что княжна?
— Все из-за неё и началось, вчера у них была стычка в столовой с Леей и последняя утерла Церберре нос. Её сиятельство в расстроенных чувствах. Бесится, хотела отомстить, и вновь провал, лучшие друзья подрались из-за "врага", — усмехнулся менталист. — Как думаешь, мисс Авалон воздействовала на них?
— Да нет, я предупреждал её на счет драконов, оборотней и демонов, ведь испытал силы дара на себе. Ульрих к ней не ровно дышал еще до появления дара, а вот брат… Я не знаю, то ли совесть в нем проснулась, что он Лею кинулся защищать, то ли девушка на него повлияла. Тут ещё странность. Он сказал, что она ему понравилась после выхода из лекарского крыла, раньше пустым местом была, а теперь в ней что-то изменилось. Ты же знаешь, не все высшие признают равенство рас, и сколько бы законов не выпустили, сколько смешанных пар бы не появилось, это не измениться. По крайней мере, пока живо наше поколение. Эта мысль будто живет у «высших» в крови, мы чувствуем кожей тех, кто способен дать отпор, достойных. Именно это ощутил Бальтазар с Леей, но он кинулся её защищать, как защищал бы я его. Это меня смущает.
— Надо смотреть, как она поведет себя дальше, только постарайся держать эту троицу подальше от неё, а её подальше от меня, — покачал головой декан, а Эспен усмехнулся.
Глава 24. Любовь живет полгода
«И будто крыльями несет тебя любовь
И как когтями выпускает кровь»
Размышления рифмоплета о превратностях любви
Парни, довольные собой до жути, особо Огний, поцеловавший эльфийку, вприпрыжку вели Любу к Делавару. Оборотень же, увидев состояние подопечной, усадил её на диван, выпроводил лисов и согрел чай.
