Настя не спрашивала - просто замерла в ожидании, но я уже догадывался, что она видела машину в окно.
- Это не они, - успокоил ее. И физически ощутил насколько она расслабилась. - Просто по работе.
- Пациенты? - доверчиво спросила она, помогая раздеться.
- Вроде того. Где Гриша?
- Спит. Сегодня много капризничал, умаялся. - На ее губах расцвела улыбка, и я в очередной раз понял, что готов весь мир перевернуть ради того, чтобы видеть ее вот такой - счастливой и спокойной.
Рядом с ней я нашел свой покой, то, ради чего и стоило жить, бороться…
- Может, погуляем когда Гриша проснется?
- Хорошо.
- А ты больше не уедешь сегодня?
- Нет.
- Голодный? - ласково улыбнулась она.
С тех пор как она появилась, мой дом перестал быть холостяцкой берлогой. Меня никогда не напрягало отсутствие уюта. Приготовить еду я мог и сам, а мог и питаться полуфабрикатами. Но сейчас наслаждался тем, как вкусно пахнет в кухне, какие эмоции возникали, когда я возвращался домой, к ней.
К своей женщине.
Гриша вызывал во мне смешанные чувства. Он казался таким хрупким и маленьким, и в то же время наша жизнь неуловимо вращалась именно вокруг него.
Наверное это и есть то, что называется семьей…
Погода была отличной, Настя возилась с мелким, который что-то мяукал на своем, лёжа в коляске. А я снова и снова прокручивал в голове разговор с Волковым.
Мне не хотелось соглашаться на его план. Но Ростов до сих пор висел над нами. Порой я замечал у Насти пустой взгляд, направленный куда-то вдаль. Понимал, что такое быстро не проходит. И злился.
Но пока сделать ничего не мог...
- 8 -
Мне не верилось, что моя жизнь стала такой - спокойной, счастливой, настоящей. Григорий оказался потрясающим мужчиной. И хотя первые впечатления о нем были ошибочны, я прикипела к нему. Он, конечно, не стал романтичным парнем с соседнего двора. Мог подолгу молча сидеть рядом и думать о чем-то своем. Мог сорваться среди ночи и вернуться только под утро.
Стыдно признаться, но я его ревновала. Жутко, но так и было. Конечно, я не предъявляла ему никаких претензий. Ведь он и так сделал для меня столько, сколько не сделал никто.
Каждый вечер, уложив малыша, я с опаской приходила в спальню Гриши. Боялась, что рано или поздно надоем ему. Прошлое до сих пор не отпускало меня. Но Франц умело рассеивал все мои страхи своей нежностью и лаской. Понимала, что, возможно, ему хотелось более жёстких страстей, но пока не решалась пойти дальше. До сих пор с дрожью вспоминала как предложила себя в первый раз.
К тому же ночные кошмары иногда возвращались. И тогда Гриша любил и нежил меня до самого утра, заменяя страшные картинки прошлого новыми ощущениями и эмоциями.
Я не могла выразить словами сколько во мне было благодарности к нему. Бесконечной, всеобъемлющей.
Я могла бы признаваться ему в любви каждый день. Но не была уверена, что это ему нужно.
Последние пару дней Гриша стал ещё более замкнутым, на осторожные вопросы уходил от темы, а затем и вовсе запирался в своей лаборатории. Такие моменты я очень боялась, что он больше не вернётся ко мне эмоционально…
- Настя, мне нужно уехать, - сказал он после обеда. Вроде простые слова, но прозвучали они… Не так. Я почувствовала, что это неспроста.
- Это потому что возле дома кто-то бывает? - осторожно спросил я. Мужчина недовольно нахмурился. И я уже пожалела, что заговорила об этом.
- А ты значит заметила…
- Это…
- Не бери в голову, Настюш, - обнял меня Гриша. - Я все улажу.
- Может не надо? - робко заговорила я. - Не хочу, чтобы ты пострадал из-за меня….
Франц встряхнул меня за плечи.
- Ну-ка прекрати. Ты чего?
- Я не выдержу, если с тобой что-то случится, - всхлипнула, уже представляя страшные картины.
- Настя, - неодобрительно цокнул он. - Ты должна мне верить, понимаешь? Считаешь меня беспомощным?!
- Нет, что ты, - затараторила я. - Я же не это имела ввиду. Просто боюсь за тебя…. Ты ведь не обязан….
Мужчина неодобрительно на меня посмотрел.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
- Мы вроде закрыли этот вопрос. Ты - моя женщина. Моя, слышишь? И я буду делать все, что посчитаю нужным, чтобы оградить тебя от бед.
Молча уткнулись ему в грудь, боясь отпускать. В груди было нехорошее предчувствие и пропадать явно не собиралось. В этот момент Григорий младший завозился, и мне пришлось переключиться на него. А Франц воспользовался этим, чтобы поцеловать и уйти…
Франц
Настя словно чувствовала куда еду - вцепилась клещами, пытаясь удержать. И я понимал ее. Но не поехать не мог - раз уж Самойлов и Орловский дали недвусмысленно понять, что ждут. Сейчас наступал тот самый момент, когда мы либо выиграем, либо… Начнется настоящая резня.
Андрей встретил полу безумной ухмылкой. Его дружок лишь сдержанно кивнул.
- Франц, рад тебя видеть!
- Взаимно, - процедил я, глядя на того, кто чувствовал себя хозяином положения.
- Поговорим о погоде для начала?
- Может, ближе к делу? - холодно предложил я.
- Мне нужны твои услуги. Не совсем обычные…
Валерий все это время оставался молчаливым и невозмутимым. И только странный блеск его глаз выдавал в нем безумца.
- О чем конкретно речь?
- У тебя ведь большая клиентская база среди… обеспеченных граждан.
- Допустим.
- Я предлагаю тебе новое болеутоляющее, которые ты будешь предлагать своим пациентам за совершенные копейки, - деловито произнес Самойлов.
- Болеутоляющее? - Черт, Арес оказался прав. Я ведь до последнего не верил, что их информация, перехваченная от одного из самойловских, окажется верной.
- Можно и так сказать.
- Я не выписываю непроверенные препараты своим клиентам. Репутация, знаете ли. Тем более на территории Волкова.
- Олега я беру на себя, - легко отмахнулся Андрей. - Ему в ближайшее время будет не до тебя, поверь. Что же касается препарата…
Тут Орловский довольно ухмыльнулся.
- Это новое седативное. С отличным эффектом, поверь.
- Наркотик? - равнодушно поинтересовался я.
- Это тебя не касается.
- Серьезно? - усмехнулся в ответ. - Полагаете, никто не догадается, что после моих назначений пациент стал нариком??
- Тебе не о чем волноваться, - отмахнулся Валера. - Его действие проявляется далеко не сразу и не так, как привычно для ТАКИХ веществ.
Мысленно выругался. Они все-таки это сделали - решили, что я стану распространять их дрянь.
- Сколько? - как можно безразличнее спросил я.
- Я знал, что не ошибся в тебе, - криво ухмыльнулся Самойлов. - Поверь, вознаграждение тебе понравится.
- Конкретнее. Я не привык положиться на слова.
Орловский достал листок и молча написал весь внушительную сумму.
- Наличные? - поинтересовался, оттягивая время.
- Как пожелаешь. Но половину сейчас, половина - когда весь товар уйдет к клиентам.
Валера достал небольшой чемоданчик и поставил передо мной.
- По рукам, - согласился я. - Но Волкова берите на себя - мне с ним проблемы не нужны.
- За это не волнуйся, - небрежно бросил Самойлов.
Возвращаясь домой, не мог отделаться от ощущения, что добровольно сунул голову в пасть льва. Но отступать было уже поздно.
- 9 -
Уже несколько дней Гриша каждый раз возвращался домой после вызовов мрачнее тучи. Я старалась его отвлечь, болтала без умолку - лишь бы он расслабился. Но все было без толку. И я не выдержала - рискнула завести разговор.
- Гриш, может поговоришь со мной?
- О чем? - отстраненно спросил тот.
- Ты в последнее время сам не свой. Что-то случилось?
Он помрачнел и отвернулся.
- Настён, не бери в голову. Все в порядке.
- Так в порядке, что ты до полуночи запираешься в кабинете? Нам что-то… угрожает?
- Мы уже говорили об этом, - жестко отрезал мужчина. - Займись ребенком.
