тягостного ожидания, Настя решила умыться и привести себя в порядок.
Благо, молчаливая служанка, что провожала их до комнаты, сразу после заселения принесла целое ведро горячей воды. Настя перелила всё в большую лохань, разделась и приступила к водным процедурам, насколько позволяли размеры её импровизированной ванны.
Это, в самом деле, немного отвлекло от тягостных мыслей, но напомнило Рыжей, что желудок у неё давно пустой, и в него вполне может войти небольшой слонёнок.
Слонов в Кирлии не водилось, а вот перекусить действительно не мешало.
Романова выбралась из лохани, натянула свои джинсы, приодела чистую блузку с красивым декольте. Постирала ту, в которой приехала.
Предварительно вытряхнула из потаённого кармана свои драгоценные серьги и колье. Подумала, куда бы их спрятать, но надёжного места не обнаружила. И, опасаясь вовсе потерять золото, Настя решила временно нацепить украшения на себя. Не лучший вариант, но умнее она не придумала.
Время шло…
А больше никто не шёл.
Злость и тоска одолевали Настю всё больше – оставили её тут одну, голодную и усталую. Хоть бы ужин заказали ей в комнату, или прислали служанку с новостями.
Хотя новость могла быть только одна – лекарь. И, если бы он нашёлся, он был бы уже здесь.
Но ведь Кайл сказал, что кто-то из них будет ждать её в зале. Не тюрьма же это, в конце концов!
Настя посмотрела на спящую Соур, бледную, словно мёртвая царевна на хрустальном ложе. Грудь её мерно вздымалась при каждом редком вздохе, и умирать в ближайшую четверть часа она, кажется, не планировала.
– Я мигом, – пообещала Настя, подхватила пустой кувшин со стола и выскочила из комнаты, плотно прикрыв дверь.
В коридоре дежурил такой же «цербер», как этажом ниже, но только в юбке.
– Миледи что-то желает? – спросила «церберша», даже не пытаясь изобразить любезность.
– Я спущусь вниз. Нам пить нечего, – Настя как щитом прикрывалась кувшином.
– Я могу позвать служанку – она всё принесёт, – заверила та, преграждая путь.
«Странные они тут какие-то», – насупилась Романова, но не отступила.
– Не утруждайтесь! Я и сама пока не знаю, что хочу. Внизу посмотрю, что пьют и едят ваши гости, и выберу. Это ведь не запрещают ваши правила?
– Как скажите, миледи, – женщина отступила в сторону.
«Победа!» – мысленно возликовала Настя, торопливо сбегая по лестнице.
***
Зал внизу сиял тысячей свечей, Настя от их блеска зажмурилась, замерла, пытаясь усмотреть среди множества гостей кого-то из друзей. Наконец, её взор натолкнулся на Эливерта, ворковавшего с какой-то девицей.
Ну, разумеется, что ещё можно было ожидать?!
Рыжая решительно направилась к Ворону.
Атаман зря время не терял – на столе блюдо с какой-то дичью, бутыль вина, уже опустошённая, по меньшей мере, на треть.
Да ещё эта краля из местной обслуги, нависавшая над столом всем своим роскошным бюстом!
Эл что-то у неё спрашивал, та отвечала, хихикая. Но всё внимание атамана было сосредоточенно явно не на разговоре – он даже не заметил подлетевшую к ним Настю. А рыжая фурия, выждав секунду, толкнула бочком откляченный зад служанки и, прошмыгнув мимо, плюхнулась на свободную скамью напротив Эла.
– Ой, дорогой, я смотрю, ты уже нам ужин заказал? Как мило! – сказала она с лучезарной улыбкой. И добавила, сунув оторопевшей служанке пустой кувшин: – А сюда просто чистой воды налейте!
Девица глянула на Настю, на Эла, фыркнула и поспешила прочь.
– Дэини, счастье моё, что за выходки? – развёл руками атаман. – Я тут только связи налаживать начал…
– Ах, связи! – зашипела Настя. – Я там сижу с этой полумёртвой курицей, в полном неведении, голодная как собака! Да какая там еда – у нас даже воды нет! Но на это всем плевать! Ведь ты тут опять строишь глазки какой-то местной потаскушке. Это куда важнее. Следят они за чистотой нравов… Мальчики налево – девочки направо. А шлюшки трактирные только и ждут, кем бы поживиться! И ты даже сейчас не можешь устоять, да?
– Не вижу повода отказывать себе в удовольствии, – нагло улыбнулся Эл.
И Настя осеклась, потеряв дар речи от такой беспардонности.
– О! Я вижу, ты закончила? – невозмутимо продолжил Эливерт. – Очень хорошо. Изволь не рычать на полтрактира! Ты слишком много внимания привлекаешь к себе, даже молча. А уж когда возмущаешься так искренне и пылко, на тебя со всех сторон глазеют. А нам это не нужно, правда? Зачем ты нацепила эти цацки?
Атаман протянул руку через стол, словно желая приласкать Настю, заботливо перекинул несколько рыжих локонов с одной и другой стороны, прикрывая золотые серьги и изящное колье, а заодно и излишне глубокий вырез её блузки.
– Это, конечно, приличное заведение. Но донельзя неприличный город. И, если ты не хочешь, чтобы с тебя сняли это золотишко вместе с головой, будь добра, не искушай народ! Прости, что не догадался отправить ужин тебе в комнату, но ты ведь пообещала спуститься сюда. Вот я и ждал тебя здесь. Как ты могла подумать, что я о тебе забыл, сердце моё?
От таких нотаций Настя остыла моментально. Попыталась втянуть голову в плечи и с трудом поборола желание прямо сейчас снять опасное золото.
– А почему ты здесь остался? – спросила она, меняя тему. – Я думала ты за лекарем пойдёшь – ты же знаешь город…
– Я тоже так думал. Кайл по-другому решил. Сегодня, видно, не мой день. После моего провала он заявил, что сможет быть убедительнее меня. Не переживай – хозяин за определённую доплату дал им с Наиром провожатого из прислуги. Тот отведёт их к лекарю. И да поможет нам Мать Мира, чтобы этот лекарь оказался не каким-нибудь шарлатаном!
Эл без лишних слов подвинул тарелку с мясом ближе к Насте. И та накинулась на еду, не дожидаясь, пока её станут упрашивать.
– А меня тут оставили. Как самого нахального. Решили, если тебе будет нужна помощь, я найду способ прорваться наверх. Знаешь… – Эл задумчиво оглядел трактир, – тревожно мне как-то… неспокойно. Предчувствие, что ли. Будет лучше, если ты вернёшься наверх. И подождёшь там.
– Ты думаешь, им что-то угрожает? Может… – с тревогой начала Настя, но замолчала, потому что вернулась девица с кувшином воды, и Рыжая отвлеклась на неё, с неприязнью ожидая, пока та удалится.
– Нет, Дэини. Мне просто не по душе это место. Всё это ерунда! Но лучше –
