Читаем без скачивания Фальшивомонетчик - Эдгар Уоллес

— Я был на процессе Борта — сумасшедшего фермера, убившего жену топором, — сказал он.

Базиль числился адвокатом, хотя никогда не занимался практикой.

— Но ведь дело отложено? — с удивлением заметила Джейн.

— Как странно, что вам уже это известно! Вы, положительно, скоро станете экспертом по зверским убийствам. Да, дело было действительно отложено, и я потерял, таким образом, целый день. А не помните ли вы дело Александра Уэллерсона?

Джейн в полном недоумении уставилась на него.

— Что с вами, Базиль? — воскликнула она. — Вы…

— Не выпил ли я лишнего? О нет! — торопливо заговорил он. — Уэллерсон был очень состоятельным человеком. Он убил двух ни в чем не повинных слуг. Конечно, Уэллерсон был ненормален. Этот недуг был наследственным в семье: отец его скончался в доме для душевнобольных, а он сам умер в тюрьме. Все члены этой семьи отличались странностями…

— Но какое это отношение имеет ко мне? — с недоумением спросила Джейн.

Базиль хитро улыбнулся.

— Дональд Уэллс сейчас здесь, у вас, не правда ли? А знаете ли вы, что Дональд уже годами лечит Питера? Почему же его снова вызвали сюда? Просто потому, что Питер чувствует приближение нового припадка. И это — после того, как Дональд уверил его перед свадьбой, что он совершенно здоров.

Джейн была потрясена этим известием.

— Вы хотите сказать, что Питер…

По ее глазам он увидел, что она поняла, и сказал:

— Питер — ненормален… Я слишком хорошо отношусь к вам, чтобы скрывать от вас этот грустный факт. Питер — сын Александра Уэллерсона — этого сумасшедшего убийцы, о котором я вам только что рассказал. И самое ужасное то, что отец ваш позволил вам выйти замуж за этого человека.

Джейн стояла, будто парализованная услышанным. Она смогла только пробормотать:

— Это неправда… Этого не может быть…

Базиль продолжал совершенно серьезным тоном:

— Быть может, не следует слишком осуждать вашего отца — ведь Уэллс уверил его, что Питер совершенно поправился. Но мне жаль вас. Вы — игрушка в их руках.

Тут он услышал шаги по гравию и стремительно обернулся. Джейн успела заметить выражение страха на его самодовольном лице.

— Что вы здесь делаете? — послышался громкий и строгий голос Питера.

— Я проезжал мимо… — пробормотал Базиль. — Я надеялся, что вы не будете против моего посещения…

Питер перевел взгляд с Базиля на жену. Он заметил, что у нее был растерянный и смущенный вид.

— О чем вы только что говорили с Джейн? — спросил он ровным голосом.

Базиль старался казаться равнодушным.

— Я рассказывал си городские сплетни.

Питер повернулся к жене.

— В чем дело, Джейн? Что он говорил вам?

— Ничего, — тихо ответила она и хотела уйти.

Питер схватил ее за плечи и посмотрел ей прямо в глаза.

— Скажите же мне, что он говорил вам!

Джейн ничего не ответила, и Питер снова повернулся к Базилю.

— Мне нужно свести с вами счеты по двум делам, Хель, — медленно проговорил он. — Вы позволили себе вернуться в мой дом ночью, в комнату моей жены… За этот поступок я готов был убить вас. Если мои догадки относительно того, что вы сказали Джейн, правильны, то — берегитесь, Хель!

— Вы угрожаете мне? — вскричал Базиль.

— Я только предупредил вас, — спокойно сказал Питер.

То, что произошло после этого, было настолько неожиданно, что Джейн не сразу поняла, что случилось. Резким ударом Питер свалил Базиля на землю, и тот скорчился от боли в клумбе карликовых роз.

Питер обернулся к Джейн.

— Вам лучше пойти домой, — сказал он.

Глава 9

Миссис Энтерсон жила в старом маленьком домике в Хэмпстеде. Двухэтажное низкое здание едва можно было разглядеть через стволы окружавших его деревьев. Полы в нем были неровные и местами прогнувшиеся, потолки низкие. В нижнем этаже постоянно стоял земляной запах.

Дом этот вполне соответствовал вкусам хозяйки. Обставила она его тоже согласно своим представлениям и привычкам.

Миссис Энтерсон сидела в гостиной за модным, но очень неудобным письменным столом и, старательно проверяя счета, записывала приход и расход в счетную книгу. Она постоянно делала ошибки в сложении и вычитании, и поэтому ей не раз приходилось начинать работу сначала.

Наконец, она с тяжелым вздохом откинулась на спинку стула. Как трудно было сводить концы с концами!

У миссис Энтерсон был постоянный доход, вполне достаточный для того, чтобы жить безбедно. Но и расходы у нее были большие.

Она посмотрела на маленькие часики, осыпанные бриллиантами, которые всегда носила на руке, и, проворчав что-то себе под нос, встала, поднялась наверх, в свою спальную.

Вскоре снова спустилась вниз, на этот раз одетая очень просто: на ней были самые обыкновенные пальто и шляпа, что придавало ей гораздо более приличный вид. Однако, миссис Энтерсон очень бы обиделась, если бы кто-нибудь сказал ей об этом.

Не предупредив прислугу, она вышла из дому и направилась к автобусной остановке.

Было девять часов, когда она доехала до Нольби-стрит и вошла в большое здание, сплошь занятое конторами.

У ворот, среди прочих дощечек с надписями, можно было прочесть: «Блонберг, финансовые операции».

Входная дверь была закрыта. Миссис Энтерсон нажала кнопку звонка. Почти тотчас же дверь распахнулась. Войдя в дом, она закрыла за собой дверь и стала подниматься по лестнице.

На втором этаже она открыла одну из выходивших на площадку дверей и очутилась в небольшой грязноватой передней, скудно освещенной маленькой лампочкой.

Мужской голос предложил миссис Энтерсон войти в комнату. Ее не смутило то, что в ней никого не было. Она знала: человек, к которому она пришла, находился в соседней комнате и был скрыт от нее драпировкой.

— Я получил вашу записку, — послышался тот же голос, который приглашал ее войти. — Вы просите очень большую сумму.

— Но я имею право на эту сумму, — ответила миссис Энтерсон резким тоном. — Мои права…

— Меня не интересуют ваши права, — прервал ее голос из соседней комнаты. — Меня интересует нечто другое. Вы пришли вовремя, миссис Энтерсон: я хотел предупредить вас, что, если сын ваш дорожит жизнью, то не должен повторять своих ночных посещений Лонгфорд-Манора.

— Что? — изумилась дама.

— Сын ваш был в Лонгфорд-Маноре прошлой ночью и вломился в комнату миссис Клифтон. Предупредите его, чтобы не вздумал повторять своего безумного поступка. Он должен был бы на коленях благодарить за то, что ему дается. Сколько вам нужно?

Последний вопрос был задан резким тоном.

— Тысячу фунтов, — сказала она.

— Вы получите лишь пятьсот. Дайте мне вексель!

Миссис Энтерсон порылась в своей сумочке, вынула из нее вексель и просунула его в щелочку, похожую на те, что обычно бывают в почтовых ящиках. В ответ она услышала шелест отсчитываемых купюр и увидела перед собой на столе пачку кредитных билетов.

— Ждите, как всегда, в соседней комнате, пока не услышите моего звонка, — послышался голос господина Блонберга — И не забудьте закрыть за собой входную дверь.

Миссис Энтерсон вышла. А через некоторое время раздался звонок — это был сигнал, после которого можно было покинуть таинственный дом.

На этот раз она не поехала в автобусе, а остановила первое попавшееся такси и велела шоферу везти себя домой. В пути миссис Энтерсон так была поглощена заботами о единственном существе на свете, к которому она действительно была привязана, что не заметила, как все время сжимала в руке полученную пачку банкнот. Она боялась этого Блонберга; никогда его не видела, но во время первого же ее посещения он рассказал ей тайны, в которые никто, кроме нее, не был посвящен. Женщина утешала себя лишь той мыслью, что никто не может желать зла ее мальчику, казавшемуся ей воплощением всех совершенств.

На следующее утро прислуга принесла ей утренний кофе и газету. Миссис Энтерсон отхлебывала горячий напиток, с удовольствием думая о том, что сможет, наконец, уплатить надоедавшим ей кредиторам. Горничная раздвинула занавески и подала своей госпоже большие очки в роговой оправе. Укрепив их на большом носу, старуха принялась читать газету.

Она пролистала несколько страниц. Внезапно ей в глаза бросился заголовок, напечатанный крупными буквами.

«Таинственное убийство в Хертфордшире.

Господин Базиль Холь убит в историческом поместье».

Горничная услышала дикий крик и увидела, как старуха вскочила с кровати, потрясая газетой:

— Мой сын! Мой мальчик убит!

Глава 10

Джейн казалось странным, что она после всего пережитого могла спокойно сидеть за обеденным столом, вести непринужденную светскую беседу с мужем и Дональдом Уэллсом.

Она думала, что сведения, сообщенные ей Базилем, должны были бы наполнить ее душу ужасом: она была женой сумасшедшего, сына убийцы, фальшивомонетчика, быть может, не отдающего себе полного отчета о своих ужасных поступках.