не только выявление схем хищения, но и сбор доказательной базы. Виновных же надо обличить и наказать.
— Фотофиксация… сбор доказательной базы… — Шанцев с подозрением взглянул на меня. — Сейчас я допускаю, что ты агент ОБХСС.
Я усмехнулся.
— Это шутки всё, — невозмутимо сказал я. — Про агента. А вообще, меньше народу, больше кислороду. Кто ещё в курсе, что на заводе ОБХСС работает?
— Ирина, — ответил Шанцев.
— Викторовна? Главбух? — догадался я.
Директор кивнул.
— Это плохо… — пробормотал я. — Когда женщины не замешаны, как-то спокойнее.
— Почему? — с интересом разглядывая меня, спросил Шанцев.
— Во-первых, это может быть небезопасно. А во-вторых, женщины эмоциональны, могут сболтнуть лишнего.
— Ну, с первым согласен. А со вторым… Не волнуйся, Ирина себя контролирует получше любого мужика.
— Ага. Я помню, как она орала на Изольду!
Шанцев усмехнулся, тоже это вспомнив, и ничего не сказал. Возразить-то нечего.
— Кроме главбуха больше никто про расследование не знает? — уточнил я.
Шанцев отрицательно покачал головой.
Я удовлетворенно кивнул. Это хорошо. Ситуация не так критична. Если допустить, что директор не ошибся по поводу способности Ирины Викторовны хранить секреты, то посвященных не так и много. Лучше бы все так и осталось.
— Ну, что? Вроде основные вопросы выяснили. По домам? — спросил я в повисшей тишине.
— Какой по домам? — вскинулся Шанцев. — У нас тут под носом завод растаскивают!..
— Вы, со своей стороны, уже сделали всё от вас зависящее, — возразил я. — Теперь надо дать возможность ОБХСС расставить мышеловки и терпеливо ждать, что за крысы в них попадутся.
Шанцев и сам всё понимал. Немного успокоился, махнул рукой на меня и достал откуда-то с нижней полки шкафа у себя за спиной початую бутылку коньяка.
Ахмад поставил перед ним два стакана.
— Вот это правильно. Не буду вам мешать, — одобрительно сказал я, поднимаясь.
Надо валить, пока они не додумались третий стакан достать.
Попрощавшись с ними, вышел из здания правления и пошёл к проходной.
Вася ждал меня. Может, конечно, я придумываю, но как только я подошёл к проходной, он вышел мне навстречу, закуривая и вопросительно кивнул головой, типа, ну что?
— Поговорили. Шанцев рвёт и мечет…
— Что решили? — вдруг спросил меня Вася.
— Мы что решили?! — недоумённо спросил я. — А мы тут причём? Сейчас ваш выход, вообще-то.
— Наш… — согласно кивнул Вася. — И что мне делать?
Я стоял и смотрел на него, пребывая в некотором ступоре. Оперативник спрашивает школьника, что ему делать?! Н-да! Ладно, спишем на магнитные бури… Я начал вкратце обрисовывать ситуацию.
— Вась, у них там, во втором цеху, какие-то махинации со списанием материалов на выпуск продукции. Завышены нормы расхода на конкретный артикул. Есть утверждённая схема раскладки шаблонов на листе, но, похоже, она далеко не оптимальная и надувает себестоимость. Намеренно её такую утвердили или нет — это вопрос десятый. Очевидно, кто-то её оптимизировал потому, что не остаётся ни излишков листов, ни отходов. Для начала, надо сфотографировать в моменте, как они там в цеху, на самом деле, шаблоны на листе раскладывают. Вам же нужны будут доказательства? Потом выяснить, куда излишки деваются.
— И как сфотографировать?
— Ну, не знаю… Какая у вас шпионская аппаратура есть в распоряжении? Не обычным же фотоаппаратом снимать, стоя над душой у махинаторов.
— Шпионская аппаратура! — громко хмыкнул Вася. — Откуда?!
— Тогда только вербовать аборигенов…
У меня волосы на затылке зашевелились на последней фразе. А вдруг Игнат участвует в схеме?! Он же из второго цеха. Это как же я, тогда, Юльку подставил!
Глава 4
22.03.1971 г. У проходной механического завода.
— Паш, Паш. — вывел меня из ступора Вася. — Помоги, Паш. Всё управление сейчас на другом деле. Там областное начальство, там такой масштаб! Всех туда бросили. А мной тут просто дыру заткнули. Я на этом деле, по факту, один.
Знаю я, что там за дело и чем всё управление занято.
Клад Цушко ищут!
Взглянул на Васю. Блин! Ему бы это дело раскрутить, глядишь, и карьера в гору пошла бы.
— Куратор у тебя Николай Терентьев? — зачем-то уточнил я.
Вася кивнул головой.
— Во второй цех кому-то надо внедряться, других вариантов не вижу. Раз скрытых фото и видеокамер у тебя нет, — начал размышлять я. — Вопрос только в том, насколько разворошил это осиное гнездо Ахмад своими проверками шаблонов и раскладок? Насколько там сейчас опасно? Определить это не представляется возможным, поэтому принимаем, что там максимально опасно. А значит, — я ткнул указательным пальцем Васе в грудь, — внедряться тебе.
— Почему мне?
— Потому что это твоя профессия, и она предусматривает риск.
— И как мне внедряться?
— Вась! Как всегда. Идёшь в отдел кадров и устраиваешься на работу.
— А меня туда возьмут?
— У них вчера человек один уволился, не знаю, кем он там был, но можно узнать. Хотя, какая разница? Твоя задача — устроиться кем угодно, хоть учеником каким-нибудь, главное, во второй цех.
— Странно это будет выглядеть, — возразил Вася. — Всё равно, кем работать, главное, во втором цеху…
— Согласен. Это твоя задача. А решать её мы будем по-другому.
Не хочется Шанцева подключать, это же надо будет ему Васю слить. Не хочется подражать Обхэсэсникам, что меня Шанцеву слили. Я-то не такой.
— Попросим одного моего знакомого порекомендовать тебя на место уволенного вчера парня, — решил я. — Если он не сварщиком, конечно, работал. Или ты можешь сварщиком?
— Смеёшься? — обескураженно спросил Вася.
— На всякий случай спросил. Короче, легенда такая: тебя перестал устраивать твой график сутки через трое, и ты хочешь перейти на другую работу здесь же на заводе, всё равно куда, главное на график пять через два.
— Понял.
— Я постараюсь побыстрее с приятелем из второго цеха переговорить. А где ты живёшь, вообще? Как тебя найти если что?
— На Маркса.
— Где это?
— Как по Ленина к хлебозаводу идти, второй перекрёсток после Большого моста.
— А там куда?
— Направо, четвёртый дом по левой стороне. Частный сектор!
— Второй перекрёсток, направо, четвёртый дом по левой
