я не просто его увидела, а снова попала под его строгий контроль, из которого так хотела в свое время вырваться в университете. Андрей. В жизни не подумала бы, что он попросит так его называть! С такой мыслью я пошла в спальню и упав на кровать проспала до следующего утра, поскольку выпитый алкоголь взял свое от моего организма, заставив его провалиться в зыбучую пучину тревожного сна. Когда на следующее утро прозвенел будильник, оповещая о том, что мне пора вставать, я на удивление быстро пришла в себя и приняв холодный душ, который смыл остатки вчерашнего моего единоличного кутежа, зашла на кухню, где уже завтракал мой отец.
− Доброе утро, дочка, − улыбнувшись проговорил отец. – Я тебе омлет сделал, позавтракай. И кофе в кофеварке только что сварил, еще горячий.
− Что бы я без тебя делала! – радостно проговорила я, целуя своего отца в щеку.
− Ты, вижу, радостная сегодня, − проговорил отец, с интересом наблюдая за тем, как я напеваю себе под нос детскую песенку, которую всегда пела еще маленькой в те минуты, когда что-то замышляла.
− Мне, папа, Андрей шанс дал, представляешь! – радостно проговорила я, усаживаясь за стол. – Он вчера сюда приходил и сказал мне, что я могу пройти подготовку наравне с Ниной, а потом он решит, кто из нас поедет в Краков.
Отец нахмурил брови и строго посмотрел на меня, грустно проговорив при этом:
− Даже здесь добилась того, чего хотела.
− Ну, я еще не добилась ничего. Но я буду стараться и очень надеюсь, что у меня все выйдет, − уплетая омлет за обе щеки проговорила я.
− А я буду надеяться, что ты провалишь все, ты уж меня извини, дочка. Но это не то, за что я буду скрещивать пальцы, в надежде, что ты все осилишь, − ответил отец.
− Папа,− укоризненно проговорила я, посмотрев обиженно на отца.
− Ладно, буду надеяться на то, что Андрей так же, как и тогда в университете, будет натягивать твои поводья и ты не выдержишь и психанув забросишь все к черту, − недовольно проговорил отец и встал из-за стола.
− Не заброшу. Я уже не та девчонка, которая мечтала только о красивых нарядах и прекрасном принце. Интерес к нарядам потерял свою прелесть, а прекрасного принца убили, − строго ответила я отцу и закинув тарелку в мойку пошла одеваться на работу.
Надев строгое платье серого цвета и черные туфли-лодочки, я заплела косу и уложила ее вокруг головы, заколов затейливыми шпильками с бусинками на конце, и поглядев в зеркало была вполне довольна своим образом молодой строгой барышни, которая готова учиться, учиться и еще раз учиться. Затем я вышла на улицу и села в машину моего отца, который сегодня лично решил меня отвезти в штаб подготовки, дабы как всегда все держать под своим неусыпным контролем. Мы с отцом практически не разговаривали всю дорогу, погруженные каждый в свои мысли и спустя час езды остановились подле невысокого трехэтажного здания, которое стояло на окраине Москвы. Выйдя из машины, мы зашли внутрь. Отец сразу пошел в кабинет к тому, кто курировал деятельность штаба, я же, оставшись одна покружилась вокруг себя, рассматривая строгую военную обстановку сего здания. Затем задумчиво подошла к окну и остановилась, разглядывая снующих снаружи людей в военной форме.
− Ну что, Оленька, папина дочка, и сюда пробралась? – услышала я за спиной слащавый голосок и испуганно обернулась.
Передо мной стояла Нина, наигранно радостно улыбаясь и хлопая своими длинными накрашенными ресницами.
− Не пробралась, а была назначена. И я тоже рада тебя видеть, − ответила я ей тон в тон.
− Как же, была назначена. Кем? Папочкой? – спросила с насмешкой девушка, накручивая на палец свои длинные волосы, которые тяжелой гривой ниспадали ей до самого пояса.
− А хоть бы и так. Тебе-то что с того? – ответила я, окинув ее презрительным взглядом.
− Мне – ничего. Но только ты не думай, что Андрей возьмет тебя в Краков вместо меня. Избалованная девочка решила отомстить?! Похвально! Да только не потянешь ты такое задание, уж больно ты привыкшая к роскоши и обходительному отношению. А там то что? Там же фрицы, смерти вокруг, стрельба, ужас просто! − закончила она насмешливым устрашающим шепотом.
− Я думала, что ты рада будешь появившейся возможности как всегда миновать опасностей. А ты рвешься в самое пекло. Помереть хочется, да, Ниночка? – ответила я таким же шепотом.
− Я не помру. Никто не помрет…Если конечно вместо меня не поедешь ты, − ответила Нина и окинула меня презрительным взглядом.
− Какая ты, Нинка, злая. Откуда это в тебе? – осуждающе спросила я девушку.
− Ты бесишь меня просто, Соколова, с самого первого дня нашей учебы в университете ты меня бесишь, − зло прошипела девица мне в ответ.
− И что, легче становится, когда ядом поливаешь меня?
− Легче, представь себе!
− Ну ты и стерва, − вспылив сухо кинула я.
− Сама такая, − выкрикнула в ответ Нина.
− Ану прекратить! – услышали мы за спиной строгий выкрик Андрея и разом обернулись к нему. – Не забывайте, где находитесь!
− Извините, Андрей Владимирович, больше такое не повторится, − тоненьким голоском промолвила Нина и потупив глазки быстро забежала в кабинет, откуда только что вышел наш командир.
Мужчина недовольным взглядом окинул меня и нахмурился.
− А что сразу на меня так смотрите? – воскликнула я.
− Иди в кабинет, Ольга, − сухо кинул мне Андрей и когда я зашла в комнату закрыл за нами дверь и уселся за стол.
В кабинете помимо нас был еще один человек, мужчина высокого роста и крепкого телосложения, с пронзительными карими глазами, волевым подбородком и темными волосами, подстриженными по последней моде. На вид мужчине было около сорока – сорока пяти лет. Он то и дело прищуривал глаза и периодически осуждающе качал головой, словно был не в восторге от того, что под его крыло попали такие молодые и неопытные разведчицы. Он посмотрел на нас с Ниной и представился:
− Я капитан Гордеев Владлен Юрьевич.
− Очень приятно, товарищ капитан, − в один голос ответили мы с Ниной.
− Я, товарищ майор Чернов и одна из вас, девочки, будем выполнять
