не вздумай проболтаться!
Аманда зажала двумя руками рот, как будто боялась, что правда, что ей только что открылась тут же станет достоянием общественности.
— Я ни слова не скажу об этом ни Лили, ни… месье Валену.
Надя бросила в сторону Аманды подозрительный взгляд.
«Кажется мне ничего не придётся делать, эта девчонка добровольно полетит в сети к пауку, как глупая муха. Но что тут удивительного? Пьер очень красивый мужчина, конечно немного взрослый для ней… Всё-таки влюблённость делает людей невероятно глупыми».
Глава 6
Неспешно поднявшись по ступенькам на небольшое крыльцо Пьер тут же позвонил в звонок. Сделал он это скорее для того, чтобы потянуть время, Ронда знала о его приходе, а значит оставила дверь для него не запертой.
Стоя на пороге дома своей любовницы, переминаясь с ноги на ногу, мужчина отдавал себе отчёт в том, что его звонок Ронде был поспешным, а главное совсем не обдуманным решением.
«Для чего он это сделал? Что это решит? Может что-то изменит? Нет! Его приступное влечение к девушке с распахнутым невинным взглядом в обрамлении густых длинных ресниц невозможно искоренить обычной близостью с другой женщиной. Да и зачем это всё? Кому это нужно?»
Входная дверь распахнулась, прерывая мысли Пьера. В дверном проёме, слегка облокотившись на косяк появилась Ронда. Её стройное и такое податливое мужским ласкам тело было облачено в халат лазурно-зелёного цвета, цвета, что так ей шёл, выгодно подчёркивая ровную рожу женщины с бронзовым загаром.
Халат слегка сполз на одном плече обнажая одну ключицу и кусочек груди, а тёмные волосы разметались по плечам. Эта женщина знала, а главное умела выгодно себя преподать. Ненавязчиво подчеркнуть все свои достоинства и скрыть недостатки. Хотя Пьер был уверен, что недостатков у неё нет, во всяком случае телесных. Она была прекрасна, как райский распустившийся цветок и совсем не её вина, что Валену больше нравились более сдержанные цветы, ещё не до конца раскрывшиеся на всю мощь своей красоты.
— Так и будешь стоять или всё же войдёшь? — проворковала Ронда, она была умной женщиной и прекрасно понимала, что иногда мужчине стоит уступить, а иногда подыграть. Никто не любит, когда на него наседают.
— Войду, если ты не против, — сухо ответил Пьер, надеясь изо всех сил, что она будет против, но зная наверняка, что нет. Он никогда не недооценивал Ронду.
Вместо ответа брюнетка развернулась и зашагала размашистой походкой, выписывая бёдрами восьмёрку. Пьеру всегда нравилась её женственность, но сейчас он был совсем не уверен, что это поможет ему отделаться от мыслей, что тяготили его. Раньше он никогда не сделал бы выбор в пользу незрелой девчонки с слегка поспешной, суетливой походкой. Умом он не сделал бы его и сейчас, но сердце его подвело, если вообще уместно говорить о сердце, когда у тебя возникает физическое желание обладать женщиной.
— Выпьешь? — голос Ронды словно спасательный круг вновь и вновь вытягивал его из бездны не нужных раздумий. Вален даже не заметил, как они оказались в гостиной.
— Я бы выпил кофе, — слегка рассеяно сказал мужчина, усаживаясь в кресло попутно думая о том, какого чёрта он здесь делает.
— Кофе? — устроившись на быльце его кресла удивлённо приподняв брови переспросила хозяйка дома.
Ронда была соблазнительна, чертовски соблазнительна — и в своей расслабленной позе, говорившей что она присела рядом с Пьером как бы между прочим, без всякого умысла, хотя было очевидно, что это не так; в своей манере говорить слегка не заинтересованным тоном; в той что сейчас она выглядела скорее скучающей и обязанной присутствовать здесь и сейчас, вместе с Валеном, а сама бы она хотела другого.
Но всё это была игра, так хорошо знакомая Пьеру. И если бы не образ светловолосой девчонки, приносящей непрошенные терзания он набросился бы на Ронду и овладел бы ей прямо в этом кресле.
Но сейчас Пьер был уверен, что точно этого не сделает, как бы не была искусно разыграна постановка Рондой. Преступное влечение и похоть плескающуюся в груди мужчины всколыхнул гнев на Кейси. Это этот недоумок заставил Пьера забыв о здравом смысле поддаться эмоциям и броситься на поиски более простого решения отделаться от нездоровых мыслей. Это с его подачи Вален повёл себя, как горячий, инфантильный юнец. Переспать с одной женщиной, чтобы не думать о другой? Да это же бред! Полный бред! Нет, это война Пьера и только Пьера, и он самостоятельно вырвет из своего сердца и мыслей все чувства к этой девчонке. Мирное население не должно пострадать. Никто не должен пострадать в результате его внутренней борьбы. Он выйдет из неё победителем, должен выйти. Иначе… это будет стоить ему жизни. Это просто убьёт его.
Наваждение рассеялось, сейчас в кресле снова сидел прежний — холодный и рассудительный Пьер Вален — бывший легионер и командир. Принимающий верные, взвешенные решения и ответственный не только за свою жизнь, но и за жизни своих людей.
— Тебя удивляет, что я попросил кофе? — воодушевлённый тем, что один раунд он выиграл у самого себя спокойно спросил мужчина.
— Меня многое в тебе удивляет Пьер и так было всегда. Ты не слишком то стремишься раскрыть свою душу, ещё меньше усилий предпринимаешь чтобы впустить кого-то туда, но, — женщина заколебалась, — я всегда думала, что неплохо понимаю тебя.
— Это действительно так, — заверил Ронду мужчина.
Но эти слова не успокоили и не вселили надежду в женское сердце. Напротив, они добавили сомнений и разбередили открывшуюся рану, из которой вместо крови текла ревность. Жгучая и необузданная, болезненная и безумная, разъедающая изнутри словно кислота.
Женщины всегда чувствуют, когда у них появляется соперница. Это происходит на уровне инстинктов, но игнорировать это сложно. Умные женщины помимо этого ещё умеют находить подтверждение этому считывая с мужского лица сигналы бедствия. Ронде не повезло, она была умной женщиной, а значит у неё не было ни единой возможности проигнорировать своё предчувствие и продолжать дальше жить в заблуждении, что она единственная женщина в жизни Пьера Валена. Может быть девчонке ещё не удалось занять её место в постели рядом с Пьером, но в его мысли она уже пробралась, словно ядовитый плющ опутывая всё и принося погибель.
Она поняла это сразу, как только увидела её полуголую стоящей в спальне мужчины. Хорошенькая мордашка; открытый, невинный, распахнутый взгляд и стройная, хрупкая фигурка. Да она же типичная жертва! Ронда видела, как загорелись глаза Пьера словно он был диким зверем на охоте завидевшим свою жертву. Такой огонь нельзя было
