Так что я даже представить не могла, что тебе сказать, как лучше преподнести новость о беременности. Вот только я помню, как ты возмущался, что я не сообщила тебе о Диме. Так что вот! Просто чтобы ты знал: в скором времени ты вновь станешь папой, — произнесла я.
Пока говорила, я не смотрела на него. Почему — то мне было некомфортно говорить ему эти слова. Может, дело в том, что мы толком так и не узнали друг друга? И, по сути, до сих пор являемся друг другу чужими, несмотря на то, что нас связывает, и то, что нас тянет друг к другу? Не знаю! Но в данный момент мне почему — то захотелось просто встать и уйти.
— Кто будет, уже знаешь? — спросил он тихо.
— Да! — я продолжала рассматривать свои руки, покоящиеся на животе. — Будет девочка… и мальчик, — призналась я и, наконец, посмотрела на него.
— Двойня? — удивился он.
Я лишь кивнула.
Дмитрий тяжело вздохнул, откинулся на подушку, прикрыл глаза… и улыбнулся!
— Имена еще не придумала? — спросил он.
— Нет! Этим вопросом занимается Дима, — призналась я.
Я никак не могу понять реакцию Дмитрия. Рад ли он, или ему все равно? Но ведь если бы ему было все равно, он бы не улыбался? Черт! Как сложно угадывать чувства и мысли других людей! Неужели он не может сказать хоть что — то по этому поводу?
— Как он там? — неожиданный вопрос Дмитрия вывел меня из задумчивости.
— Нормально! Только… Ты уж прости, но он до сих пор считает тебя погибшим, — призналась я. — Я не стала ему ничего говорить. Ведь не знала точно, правда ты жив или нет. Да и сейчас, если честно, не знаю, говорить ему или оставить все как есть, — произнесла я.
Дмитрий ничего на это не ответил, и наше молчание затянулось.
Наверное, уже пора прощаться? Я узнала то, ради чего сюда приехала, я сообщила ему то, что хотела. Больше меня тут ничего не держит.
Я достала блокнот и ручку из сумочки. Немного поразмыслив, написала на листочке наш новый адрес и свой номер телефона. Так, на всякий случай, вдруг надумает с нами связаться. Вырвав листок из блокнота, я протянула его Дмитрию.
— Если вдруг захочешь с нами связаться, ну или повидать детей, — сказала я, пожимая плечами. — Что ж, я, наверное, пойду, — проговорила я, поднимаясь.
— Уже довольно поздно, может, останешься? В доме полно места, — с надеждой сказал Дмитрий.
— Извини, но нет. Я не смогу здесь уснуть, уж прости. А мне завтра предстоит дорога, — извиняющимся тоном сказала я. — Что ж, тогда пока?
Я думала… Нет, я, наверное, даже надеялась, что он скажет мне хоть что — то. Что — то, от чего я пойму, что мы ему нужны! Хоть немного, но нужны! Но он промолчал…
— Пока, — проговорил как — то отстраненно он.
Я развернулась и направилась к выходу. Что ж, значит не судьба!
Приоткрыв дверь, я уже собиралась покинуть комнату, как до меня со спины донесся тихий вопрос. Вопрос, от которого я улыбнулась. Значит, все — таки мы ему не совсем безразличны!
— Ты не против, если я к вам приеду в гости? — спросив это, мужчина явно затаил дыхание.
Я повернулась к нему и послала нежную улыбку.
— Мы будем не против!
Глава 6
Прошел уже почти месяц с тех пор, как я ездила в свой родной город к Дмитрию. А мужчина за это время так ни разу и не дал о себе знать.
Первую неделю я все думала, переживала, позвонит — не позвонит. Да просто бы смс прислал, что с ним все нормально! Ко второй неделе я стала все меньше думать о нем. Позвонит — значит, так тому и быть, а нет… На нет и суда нет! К третьей неделе я просто выкинула его из головы. Раз не соизволил за это время позвонить, значит не так уж мы ему и нужны!
Сын сперва на меня обижался за то, что не предупредила его о поездке и не взяла с собой. За это он решил меня наказать, не разговаривая со мной целую неделю! Мила поначалу все пыталась выспросить у меня, как прошла встреча. Ведь ей было мало моего простого "нормально", — ей надо было знать все и во всех подробностях. Но ее ждало разочарование, так как я решила не рассказывать ей ничего. В итоге она тоже на меня обиделась. Только ее обида продлилась всего полдня.
В целом наша жизнь шла тихо и спокойно, как и раньше. Если бы еще не эта невыносимая жара! Начало лета, а пекло уже просто ужас. Именно поэтому я теперь меньше стала выезжать из дому, стараясь по возможности больше отдыхать.
Всю заботу о кафе я переложила на Милу. Теперь там властвует она, и под ее чутким руководством бизнес тихо цветет. Мне же доставалась только бумажная волокита, с которой я неплохо справлялась и дома.
Сегодня вновь с самого утра на дворе царила жара. И чтоб укрыться от нее, я засела в своей комнате за бумагами. Так я хоть отвлекаюсь от разных мыслей, а заодно нахожусь в прохладе.
Я как раз сверяла последнюю смету, когда в комнату ворвался сын. Он метался от стены к стене, что — то бормоча себе под нос. Я отложила бумаги в сторону и, откинувшись на спинку кресла, пристально посмотрела на сына.
Он мерил комнату шагами и быстро — быстро что — то тараторил, размахивая при этом руками. Дима всегда так делал, когда был чем — то недоволен.
— Ну и что случилось на этот раз, что ты такой недовольный? — спросила я, устав следить за его мельтешением.
— Я же говорю! — возмущенно сказал он. — Приехал какой — то хлыщ из большого города…
— Дима! — перебила его я за такое слово.
— Что Дима?! — воскликнул он. Эту манеру он явно перенял у Милы. — Мам, он выкупил соседний дом! Тот
