— Ммм… И всё-таки, на дорогах сейчас стало куда опасней, чем раньше. Разбойники стали наглее. Слышал, что одна банда даже ограбила доверху набитый пряностями караван идущий из Самиры. Говорят, они использовали неизвестное нам оружие.
— Да, это крайне печальная новость, — на автомате ответила Синтия, всё также приглядывая за подругой.
— А вы слышали, о скандале, который разгорелся в Академии пару месяцев назад? Студента, который создал нечто подобное выгнали с позором. Профессора говорят что его изобретение не угодно богам, и подрывает фундаментальные основы магии. Но не думаете ли вы что это поспешное мнение?
— А? — Синтия почувствовала, что разговор перешел в куда более интересное русло.
Быстренько промотав у себя в голове последние реплики Марклида, она поняла что пытается провернуть советник. Он прощупывал её, пытался понять была ли она союзником, или стоило записать её к врагам. В таком случае, нужно было подойти к ответу с умом. Синтия начала внимательнее рассматривать советника.
Он был невысокого роста, с черными зачёсанными назад, если не сказать, прилизанными, волосами. Его карие глаза пристально следили за принцессой. Он был одет весьма строго. На его руках не было колец, и единственным украшением, были висящие на цепочке часы, с синеватым камнем посередине. Сложный механизм был создан при помощи магии и на деле, обладал куда большими возможностями, нежели рекламировало его название. Подобные устройства появились в империи недавно, и пока вызывали лишь негодование со стороны церкви, академии и консервативно настроенных дворян. Прийти с этим в такое место было весьма смело. Несложно было догадаться, что скрывалось за этим поступком.
— Думаю, — наконец ответила Синтия, — что Академия поспешила, выгоняя столь светлый ум. Уверена, что Империя может извлечь пользу из этих новшеств. Похоже, мир пришел в движение, и мы, как ведущая страна, не должны отставать.
— Однако, многие считают, что это сломает действующие веками порядки. Говорят, что его изобретение может позволить даже безродным использовать магию. Это может вылиться в катастрофу.
— Это МОЖЕТ вылиться в катастрофу, если оставить его без внимания. Однако, если Империя возьмёт всё в свои руки, то обернуть всё себе на пользу не составит труда.
— Ммм… Знаете, приятно поговорить с человеком, чей разум не замутнен многовековыми предрассудками. Я не очень знаком с вами, но думается мне что мы поладим, — улыбка расцвела на лице советника.
— Взаимно…
Синтия была довольно собой, хотя на деле, ей даже не пришлось ничего придумывать. Как учила её мать: “Проще всего врать, когда говоришь правду”.
***
О пышном балле в имении герцога Лерми говорили всю неделю. Однако Синтия потратила это время на подготовку к отъезду. Принцесса лично проверяла собранные вещи, изучала карты, выбирала лошадей. Путь предстоял не близкий, повезёт, если удастся добраться к зиме.
Оливия почти ничего не смогла откопать по Кораксам ни в архиве, ни в Имперской библиотеке. Судя по всему они были мелкими баронами, получившими себе кучу неплодородных земель на варварском пограничье. Приезд принцессы должен был стать самым значимым событием за всю их историю.
В последний вечер перед отъездом, Синтия в одиночестве сидела на веранде. В её руках, была толстую книгу, повествующую о быте и истории племен зверолюдов. Их разрозненные княжества соседствовали с Империей на севере и северо-востоке, поэтому разумно было ожидать, что влияние их культуры просачивалось в том районе.
“Тук-тук”, — раздавшийся позади звук заставил девушку вздрогнуть. Она обернулась, рефлексивно потянувшись к заправленному за пояс кинжалу.
— А, это ты, дядя, — успокоилась она, увидев знакомое лицо.
— Я не отвлекаю? — вежливо поинтересовался он прежде чем сесть рядом.
После исчезновения матери, дядя стал её самым близким человеком. Иногда Синтия удивлялась, как же получилось что они были такими разными. Столь же сильно, как Говард был похож на своего брата внешне, так же отличался его характер.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Уже завтра уезжаешь? Думаю, ты могла бы не торопиться так сильно.
— Чем раньше я с этим покончу, тем быстрее смогу получить свободу. Отец ведь сказал что это мой шанс проявить себя. Если все пройдет гладко, я заставлю его вспомнить ти слова.
— Ты так сильно хочешь отказаться от титула принцессы? Хочешь насолить отцу?
— Нет. Мне… просто не нравиться это всё.
— Тогда почему же ты так прилежно выполняешь все свои обязанности? Слышал, неделю назад, на баллу у Лерми ты болтала о чем-то с советником Марклидом. А говоришь, что не любишь закулисные интриги.
— Это… Так случайно вышло.
— Тем не менее, он остался о тебе высокого мнения. Всё больше людей при дворе склоняется к тому, что ты должна стать наследницей. Что ты сможешь переступить через закостеневшие устои нашего общества. Синтия, ты знаешь, что я всегда был на твоей стороне, но сейчас я не могу согласиться с твоим решением. Иногда нам приходится делать то что нам не нравиться, но что мы должны сделать. Твоя мать ушла потому, что так было лучше для Империи. А сейчас для неё будет лучше если ты останешься.
Синтия молчала, опустив взгляд. Ей нечего было ответить. Девушка понимала, что дядя прав. Что она ведет себя по-детски.
— Синтия, я надеюсь, что во время этой поездки, ты образумишься. Ты уже давно не ребенок, так что хватит себя так вести, — он словно читал её мысли.
Со скрипом отодвигая стул, Говард поднялся.
— Завтра утром, у ворот тебя будет ждать мой человек. Он поедет с тобой. И даже не вздумай перечить, — строго пригрозил он, увидев мятежный взгляд племянницы, — Он как никто позаботится о твоей безопасности, только и всего.
— Хорошо, — холодно ответила принцесса.
— Ах, да, вот ещё, — дядя залез в карман, — советник просил передать тебе это.
Он положил на стол небольшой сверток, затем откланялся, и оставил принцессу в одиночестве. Синтия взяла пакет в руку. Несмотря на свой размер, он был весьма тяжелым. Кроме того, она различала отчётливые механические щелчки, испускаемый его содержимым. Аккуратно срезав печать конвертным ножом, она достала на свет блестящие часы, точно такие же, какие были у Марклида.
Глава 5. Будни подопытной крысы
— Всё будет нормально, Ник. И не из такого выбирались. Помнишь как мы взяли у твоего деда машину покататься, и увязли в грязи где-то за городом? Солнце уже садилось, и мы думали что придётся провести там всю ночь…
— Да, было такое. У меня тогда как назло телефон разрядился. Если бы не проезжавший мимо тракторист, дед мы мне голову открутил…
— Угу. Думаю, он бы не постеснялся и мне наподдать.
— Потом ещё три часа её у реки отмывали. Вёдрами воду таскали.
— Я думал у меня руки отвалятся. И спина три дня ныла.
— Прям как сейчас…
Я вздохнул, снова почувствовав дрожь в его голосе.
— Ник, мы обязательно сбежим. Они ведь тоже люди. Когда-нибудь они допустят ошибку. Нужно лишь быть к этому готовым.
— Быть готовым… Для этого ты там отжимаешься? Держишь себя в форме?
— Да, нет… Это я так, просто, чтобы согреться…
— Брось, Марк. В любом случае стражники не дадут нам этого сделать. Я понимаю, чего ты хочешь добиться, но… Давай будем реалистами. Так ты обычно говоришь?
Я опустил голову. Тут он меня уел.
— Если честно, я не могу понять, как ты остаешься таким спокойным. Шутишь, пытаешься меня утешить… Как ты это делаешь, зная что мы все скоро умрём? Что с тобой не так? Или… может, это просто я такой слабак… — его голос оборвался, и вскоре я услышал за стеной тихие всхлипывания, — Прости… Лиза. Прости…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Это был… мой последний с ним разговор… На следующий день, пришло время снятия очередной ступени. Его увели два коренастых стражника, но вернулись они уже без него. Только чтобы молча забрать следующего обречённого.
А я… я знал что так выйдет. Знал, но ничего не смог с этим поделать. То была уже третья подобная операция. Уже семеро из нас к тому моменту, не вернулись в свои камеры. И несложно было заметить, что все они… находились не в лучшей ментальной форме. Если проще — они сломались. И видимо, не смогли бороться, со своим демоном.
