увеличивают.
Соотношение этих двух сверхатомов, в центре Земли, поддерживает баланс гравитационных сил Земли. А ваше искусственное вмешательство в ядро Земли нарушит этот баланс! Я считаю — это опасно!
Все ученые, осознавая опасность добычи сверхатомов R10 из центра Земли, стали активно обсуждать это между собой.
Начальник лаборатории Виктор Степанович, до этого молчавший, вдруг резко встал, и высказал свою точку зрения:
— Ни в коем случае нельзя допустить нарушение баланса! Это приведёт к катастрофе!
Дядя, улыбаясь, успокоил его:
— Хорошо, хорошо. Успокойтесь Виктор Степанович. Ни кто, не собирается ни чего добывать.
Он подошёл к Михаилу, глядя на горящую лампочку его «солнечного» генератора, и протянул руку:
— Поздравляю тебя, Михаил! Ты принят на работу в нашу лабораторию физики высоких энергий.
Михаил с подозрением, посмотрел на Дядю. Нехотя пожал ему руку. Михаил понял, что только что перешёл опасную черту, рассказав Дяде свою новую теорию атома.
— Завтра выходи на работу и приступай к созданию своего «солнечного» генератора, — сказал Дядя с лёгкой улыбкой. — А мы тебе в этом поможем.
Дядя посмотрел на сотрудников, но они промолчали, отводя взгляд. Михаил взял пустой рюкзак, и не прощаясь, медленно вышел из лаборатории.
Глава 8
Резкие перемены в жизни
Дорога тянулась бесконечной лентой, уходящей вдаль. По трассе на большой скорости летел роскошный автомобиль. За рулём — Михаил. Его взгляд был устремлён вперёд, а мысли зняты чем-то важным. Лицо выражало сосредоточенность, а в глазах читалась лёгкая тревога.
На обочине он заметил старенький автомобиль, а рядом с ним копошился пожилой мужчина. Это был Виктор Степанович, начальник лаборатории физики высоких энергий. Он изо всех сил пытался разбортировать колесо, но безуспешно.
Монтировка постоянно выскальзывала из его рук, а лицо было покрыто каплями пота.
Михаил заметил его, притормозил и припарковался рядом, вышел из машины и быстрым шагом подошёл к Виктору Степановичу.
— Виктор Степанович! Вы сломались? — спросил он, слегка удивлённый.
— Да вот, колесо… Упрямится, зараза, — устало ответил Виктор Степанович, не поднимая головы.
Михаил, не говоря ни слова, наклонился, взял монтировку и начал помогать.
Несколько уверенных движений — и колесо было разбортировано. Виктор Степанович тяжело вздохнул, вытирая руки тряпкой, и посмотрел на Михаила с благодарностью. Но в его глазах читались усталость и горечь.
— Спасибо, Михаил… А меня уволили, — тихо сказал он.
Михаил замер.
— Как уволили?.. — поражённо спросил он.
Виктор Степанович грустно усмехнулся.
— Вот так. Вчера ещё был нужен, а сегодня — уже нет.
Михаил смотрел на него, не зная, что сказать. Ветер тихо шумел в листве деревьев, и в этой тишине Михаил почувствовал, что в лаборатории что-то изменилось. И это была не просто случайность.
Михаил распахнул дверь лаборатории и быстро зашёл внутрь. Возле огромного металлического шара на подставке, стоял дядя Лили в белом халате. Боковая крышка шара была открыта, и двое сотрудников что-то монтировали внутри. Дядя стоял рядом, наблюдая за процессом.
— Никогда бы не подумал, что двигатель космического корабля будет создан в виде шара, — задумчиво произнёс он. — Ни тебе плазмы, ни огня.
Дядя повернулся к Михаилу.
— Позволяешь себе опаздывать?
Михаил не стал оправдываться. Он посмотрел прямо в глаза Дяде.
— За что вы уволили Виктора Степановича? — спросил он напрямую.
Дядя слегка прищурился, словно не ожидал такого вопроса.
— Его не уволили. Он ушёл на пенсию, — спокойно ответил Дядя.
— На пенсию? Странно, он вроде не старый… — нахмурился Михаил.
Дядя перешёл к делу, будто не замечая сомнений Михаила.
— Ты придумал как стабилизировать полёт двигателя? — спросил он с напором.
— Да, — уверенно ответил Михаил. — Я сейчас помогал Виктору Степановичу разбортировать колесо.
— И что? — спросил Дядя.
Михаил подошёл к доске, взял маркер и начал рисовать множество кругов, как колес разного диаметра, и от каждого круга, в разные стороны, отходили линии, словно множество монтировок.
— Так, при помощи монтировки, из диска колеса сначала выводится одна сторона покрышки, а затем и вся покрышка, — объяснил Михаил.
— И… — продолжил Дядя.
— Если стабилизировать разные по свойствам сверхатомы расположенные в разных обмотках генератора корабля, до момента перехода сверхатомов на новый R уровень сил Вселенной, то каждый сверхатом создаст направление главного вектора асимметрии, и потянет в этом направлении «переходной зоны асимметрии», весь корабль, в космос. Теперь мы отключаем один контур, второй, третий…
Михаил избирательно стирал круги на доске.
— И оставляем выключенными только определённые контуры генератора, удерживающие и активизирующие необходимые нам для полёта сверхатомы…
— Многоуровневое управление полётом! Вот это да! — восхищенно произнёс Дядя.
К ним подошли сотрудники лаборатории. Михаил продолжил:
— Для свободного полета космического корабля в условиях невесомости, с возможностью разгона, остановки, смены направления полета, необходимо очень четко контролировать «шесть свобод движения» космического корабля в пространстве. Для такого полета необходимо использовать шесть тяговых сверхатомов — элементов, находящихся в высшей степени активности.
Единственный минус такого способа полета заключается в необходимости замены активных элементов — сверхатомов на новые, с постоянным приземлением на встречных, по ходу полета, планетах, для добычи и концентрации шести разных по свойствам сверхатомов. Ведь при достаточно продолжительном полете, происходит смещение космического корабля относительно внешних сил Вселенной, формирующих тяговые сверхатомы, с ослаблением их тяговой способности.
— Я разработал еще один способ полета — с использованием только одного тягового суператома, расположенного в центре космического корабля.
Искусственно созданный в центре космического корабля — суператом, потенциально будет содержать в себе все возможные атомы Вселенной.
Чем сильнее суператом будет удерживаться в центре корабля «окружными» атомами корпуса корабля, тем все, более дальние внешние силы Вселенной, он сможет сфокусировать в себе, создавая главный вектор асимметрии необходимый для определенного направления полета.
Для смены направления полета корабля, необходимо будет подобрать новую силу центрального суператома по внешним силам Вселенной, с новым направлением и силой главного вектора асимметрии.
По энергозатратам такой способ полета будет сопоставим с созданием в центре звезды нового сверхатома, с тем отличием, что гигантское количество «окружных» атомов звезды, будет заменено на тонкие слои обшивки корпуса корабля, состоящие из избранных по своим свойствам сверхатомов, упорядоченно расположенных по слоям обшивки и подключенных к одному силовому источнику управления кораблем.
Зная R силу искусственно созданного центрального суператома корабля, — мы сможем очень точно
