Ладно, не проверишь - не узнаешь.
Курц напрягся, но идет впереди. Интересно, а ведь он не чувствует как я отсутствие опасности. Пошла бы я вот так, с шашкой наголо, если бы мне кто-то знакомый без году неделя указал. А вот фигушки вам, не дождетесь.
- Курц, да нет там опасности как таковой, - это я его успокаиваю.
- Для кого нет? - тут же откликнулся он.
- Для нас, - я не поняла. Он, что же, думает, я его грудью на амбразуру кину? Он точно так и думает! У меня просто 'вертикальный взлет' случился, и я накинулась на него:
- Ты за кого меня принимаешь? А да, вспомнила, за демона! А вот не надо делать выводы из цветных картинок в тыщу лет как устаревших книжках. Нет им веры никакой! Я не демон! И смерти твоей я не желаю! И вообще, если ты мне не веришь, чего со мной идешь? Вон, выход там, я тебя не держу! Иди куда хочешь! Ну чего же ты стоишь?!
Меня трясло от непонятной обиды. Я аж ногой топнула и отвернулась.
У меня эхом гремели в голове Ее слова: 'я не демон', 'не держу', 'иди куда хочешь'. А куда я хочу? Нет, у меня есть долг, так что не 'хочу', а 'надо'. Куда мне надо? И в чем мой долг?
Она отвернулась. Плечики подрагивали. Неужели Она...? Мир сузился и застыл.
Осторожно подошел ближе и прикоснулся к Ее плечу. Она резко обернулась и уткнулась носом мне в грудь.
- Не смей даже думать так, слышишь! Не смей! Я не демон! - и несколько раз ударила ручкой по нагрудной платине.
- А коготки у нее ничего, - пронеслось в голове, - Вон какие царапины остались.
Она быстро успокоилась и отступила на пару шагов. Вытерла щеки.
- Думай обо мне что хочешь, но демоном не считай. Я - не плохая, - она опустила глаза, - Извини за истерику. Выход там, - махнула мне рукой.
Я обошла Курца и пошла по направлению к тому месту, где почуяла съестное. Почему-то когда он рассказывал мне о СакКарра-Ши, о том, что причислил меня к демонам, меня это не трогало. А вот то, что он решил, что я отправила его на смерть, причем он даже не подумал возражать, меня проняло до глубины души.
Нет, я не ангел, не сестра милосердия. Я ленивая и эгоистичная по большей части. Правда, еще и ответственная при этом, местами. Если за мной числятся обязанности (по дому, по работе или вообще) я их добросовестно исполняю. Единственно, я при этом должна сама понимать, что это мои обязанности. А иначе фиг дождетесь. Но ведь и зла другим не желаю. За что он меня вот так-то? Неужели есть за что? И именно это меня так и завело, да?
Продолжая заниматься самокопанием, дошла до места. Вернее, до вот этого. И это съедобно?
И тут я почувствовала что-то сзади. Вот не думала, что умею так прыгать и визжать (в жизни ни разу не визжала)!
- Курц! Ну нельзя же так пугать! Я же заикой останусь! Ой, а что ты тут делаешь?
Глядя в ее распахнутые глаза, я понял: пусть она считает себя взрослым человеком, для меня она так и останется ребенком СакКарра-Ши. Разубеждать ее не буду, сама поймет, когда вырастет. А пока этого не произошло, я буду ее защищать. И не потому, что должен ей свою жизнь. И не потому, что она СакКарра-Ши. Просто потому, что именно так и надо.
- Эй, Курц. Ау, земля вызывает. Курц. Курц! Да приди же в себя! И не вздумай сказать, что это я тебя так ультрозвуком приложила! Сам виноват! Курц, ты хоть живой-то? - похоже, она долго меня зовет.
Мои размышления о долге оставлю до лучших времен.
- Я живой.
- Молодец, хвалю. И все же, почему?
- Что?
- Почему ты не ушел?
- Тебе обязательно все знать? - я заметил, что уже давно начал относиться к ней не как к легендарному существу, а как к вполне живому... ребенку (вот бы она разозлилась, если бы узнала), - Все просто. Я тоже не прочь покушать.
До чего же приятно поставить ее в тупик. Не только же ей меня туда отправлять. Правда, недолго я радовался.
- Приятного аппетита, - и указала рукой на весьма непонятную кучку, - Наслаждайся.
- И что это?
- Откуда мне знать? Это же твой мир. Тебе виднее, что из этого вот, эм... вот из этого съедобно.
- Ааа...
- Я, правда, не знаю. Мое чувство направления говорит, что съедобное вот в этой кучке. А вот вся ли кучка, или только ее часть...
Ага, покушать он хочет. Щазз я тебя накормлю.
- Приятного аппетита, - и машу ему на весьма непонятную кучку, - Наслаждайся.
Пока он пытается 'переварить' мое угощение и найти вразумительные слова для передачи своего отношения ко мне, беру палку и начинаю ковыряться в кучке. Нет, правда, если имеется в виду, что есть можно именно само непонятное нечто, иметь в виду собственное чувство направления буду уже я. Хотя, нет, видимо, придется мне перед ним (чувством) просить прощения. Практически на самом дне кучки обнаружились яйца. Аж пять штук.
- Курц, а как мы их готовить будем? Сырыми кушать не рекомендуется, вдруг там сальмонелла. А ты можешь костер зажечь? Курц, ты чего молчишь? Мы их в костерке запечем. Курц, ау!
Я вроде собирался ничему не удивляться.
Каждый ребенок знает: в Проклятом лесу нельзя ни пить, ни есть ничего из того, что в Проклятом лесу найдешь, нельзя разводить костер, нельзя шагу ступить, чтобы на тебя не напали местные монстры. А вместе с тем, я вот уже скоро сутки словно погулять за околицу вышел: все мирно, спокойно, никто не нападает, из ручья попил и ничего, жив-здоров, вот теперь осталось только костер развести и яйца съесть. Если я правильно помню наставления Зархара, это яйца крапчатого ядокрыла, и этот не самый крупный из местных монстров без внимания свою кладку не оставляет. Вместе с тем, Конни абсолютно убеждена, что опасности нет. Да, про Проклятый лес знает каждый ребенок, но не этот.
После обеда, или вернее уже ужина, мы снова потопали. Теперь уже на выход. Хоть тех яиц и было мало, но все равно лучше, чем ничего. Надо бы попробовать потом самой так костерок научиться зажигать: без спичек и зажигалки.
А ничего, он нормальный. Пережил мою истерику, и даже не кинул тут. Что бы я сама делала?
Мы шли до темноты. Столько пройти! Уму непостижимо. С утра и до вечера, с двумя крохотными остановками и одной истерикой.
Мне-то ничего, только устала целый день топать, а Курц начал спотыкаться.
- Курц, с тобой все нормально? У тебя что-то болит? Может, передохнем немножко?
- Ничего у меня не болит, - отмахнулся он, - Просто темно стало.
- А разве прошлой ночью тебе это не мешало?
- Нет, тогда заклятье действовало.
- Безмолвия? - он о таком упоминал.
- Нет, маги на нас наложили целую кучу всего, что только было можно. В том числе и на ночное зрение. Теперь его нет.
- И ты молчал! Все, объявляю привал.
Глава 2. Продолжение
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
