- И ты молчал! Все, объявляю привал.
Глава 2. Продолжение
Хорошо идти - хорошо, а лежать все равно лучше. Ноги ныли. Живот прилип к позвоночнику и давным-давно забыл о тех несчастных двух яйцах, что ему перепали. Губы обсохли. И пить хочется. Но лежать все равно лучше. И слушать. Я уговорила Курца рассказать о себе, т.е. о нем.
Он и рассказал немножко, а потом плавно переключился на географию, историю, культурологию и политику, в общем, о чем угодно, но не о нем, родимом. Ладно, это тоже мне надо знать.
Я плавно сползала в сон. Как вдруг...
Она вскочила как ошпаренная. Дико заозиралась вокруг. Я тоже подскочил, выискивая, где опасность. Она резко схватила меня за руку, рявкнула: 'Бежим', - и мы побежали.
Так мне в жизни бегать не доводилось, даже когда инструктор-следопыт гонял, когда от толпы разъяренных орков ноги уносил. Практически в полной темноте, ведомый за руку демонессой, я несся на пределе возможностей. Не знаю, как она выбирала дорогу, но мы протискивались на всем ходу через завалы, перепрыгивали ямы, ни разу не врезались ни в одно дерево и не запутались ни в одном кусту.
Минут через двадцать она резко остановилась. Я лишь рот приоткрыл, как она тут же закрыла его мне рукой, нервно озираясь. Я застыл, помня о ее коготках. Потом Конни меня дернула за руку, и мы опять понеслись через лес, куда-то в другую сторону.
Еще минут пятнадцать, остановка, смена направления, бег. И так довольно долго: пробег, остановка, смена направления, и снова бегом.
Счет времени я успел потерять, сосредоточившись на нескольких задачах: не упасть, не отстать, выжать из тела еще сил и скорости. И я еще думал, что нахожусь в отличной форме и могу поспорить с самим Зархаром, наивный. На очередной остановке оценил остаток сил: еще на одну-две таких пробежки минут по пятнадцать - и все.
Кажется, мы вырвались. Радоваться еще рано, но нестись сломя голову, рискуя переломать ноги и все прочие части тела смысла уже нет. Как нет и смысла оставаться на месте - до выхода из Проклятого леса осталось всего час-два пешком. Хоть и двигались зигзагами, но общую направленность 'к выходу' выдерживали.
- Курц, ты как, еще можешь двигаться? - пытаюсь дотянуться до его уха, так как на ничего громче практически бесшумного шепота не отваживаюсь. Кивает, - Хорошо, тогда пойдем.
После такого забега хотелось только упасть, но сама понимаю, что если хоть ненадолго присяду или прилягу, уже не встану. Да и свербит в душе то самое чувство. Не такое сильное, но все же. Я там, на привале, уже засыпала, как меня словно током шибануло: надо уносить ноги и времени на это почти нет. Я и побежала, схватила Курца и побежала.
Вот сейчас, еле переставляя ноги, подумала, и как же у меня получилось: днем-то я еще кой-как продиралась по лесу, а сейчас ломилась напрямик на бешенной скорости. А, ладно, потом буду разбираться. Как говорится, жить захочешь - не так раскорячишься. Сейчас главное ноги переставлять и с направления не сбиться. Шаг, еще один. Еще. Только вперед. Сколько же до этого выхода? Кажется, я не дойду. Шаг, еще. И когда это я умудрилась подвернуть ногу? Каждый шаг отдается болью. Наверное, когда мы так неслись. Неважно, все потом. Сейчас шаг, еще один. В голове клубится туман. Еще шаг.
- Все, Курц. Мы вышли, - а дальше темнота.
Сил просто уже ни на что нет. Напади сейчас кто - не отобьюсь и от мухи.
- Все, Курц, - еле прошелестела Конни, - Мы вышли, - И она мягко опускается на землю и сворачивает как тогда, у ручья.
- Конни? - она уже спит.
Вдыхаю полной грудью: да, мы вышли. Это обычный лес, ночной лес, живущий своей жизнью, полный всевозможных звуков и запахов. Живой лес.
Пытаюсь определиться, где мы вышли. Звезд не видно ни одной, небо заволокло тучами. Ничего особенного в самом лесу в глаза не бросается. Значит, утром посмотрю внимательнее. Глаза сами закрываются, но что-то мешает дать телу полноценный отдых. Хотя как это что-то? Элементарная предосторожность: будет очень обидно погибнуть, уже переступив порог Проклятого леса.
Ничего. Вот Конни проснется, мы выйдем к людям и тогда я отдохну. Я выдержу.
Я проснулась. Прохладно, однако. Да еще каждая мышца, каждая косточка ноет. А, да, вспомнила: так бегать вредно для тела, но полезно для жизни. И где я сейчас? В лесу. Ууууу, как мне лес надоел! Вот за двое суток до печенки достал. И помыться бы не мешает. Хотя сначала попить, поесть, а только потом помыться. А потом в уютную постельку, о мечты-мечты.
- Привет, Курц. Что-то ты как-то хреново выглядишь. Ты хоть поспал чуток? Понятно, нет. А почему?
Хлопаю себя по лбу: - Ты сторожил, да? - кивает, - Знаешь, Курц, тебе просто необходимо поспать, а то свалишься. А мне тебя не утащить: ты слишком тяжелый. Так что меняемся: ты спишь, я сторожу. Спи, кому говорят!
Ну, хоть выпендриваться не стал, а может, у него и на это сил не осталось. Бедолага. Я ж его вчера чуть как ту лошадь, что под героями в приключенческих романах вечно падает, не загнала. Как сама-то не 'пала'? А вот и нет, как раз таки и грохнулась. Жаль, было бы неплохо, если бы 'отредактированное' тело могло бы выдать феноменальные результаты. Ой, мне ли жаловаться! Я ж вчера практически сутки пешком отмахала, причем заполошный забег вообще ни с чем в сравнение не идет. Чем не феноменальность? Да и сейчас, ну ноет каждая клеточка, но ведь и в калеку не обратилась, да и подвернутая нога о себе не напоминает. Все, это пусть тело ноет, а я не буду. Я есть хочу, и пить. Так что вперед - на поиски.
Похоже, мы остановились прямо там, где из Проклятого леса вышли. Хотя нет, немного в стороне. Видимо Курц меня сюда перенес, здесь посимпатичнее, да и вот под этим деревом действительно лесная подстилка потолще вроде.
Итак, повестка дня номер один: вода. Прислушиваюсь, где-то вон там, минут тридцать идти, ближе ничего нет. Но бросить Курца одного нельзя, хоть и опасности не чую, но я же обещала посторожить. К тому же ему виднее, раз сам не спал - сторожил, значит, так надо. Могу я еще потерпеть? Хоть и все признаки обезвоживания налицо, но еще не умираю. Тогда посмотрим, что у нас с вопросом номер два: поесть. Смотрим. Здесь деревья пореже, почти полянка. А под деревьями, я присмотрелась, похоже, малинник. Точно, что я малину не отличу? Сколько я ее насобирала в жизни? Уйму, на даче. Вот только есть ли ягоды сейчас? Я же не знаю, что у нас на дворе сейчас. А на дворе, оказывается, середина лета, т.к. малина созревает именно в этот период. Я с удовольствием кинула в рот несколько ягод. Не очень шикарный урожай. Оглянулась на Курца. Спит, крутой следопыт. Не знаю, что может выдержать тело 'тренированного следопыта', но явно еда и ему необходима не меньше, если не больше, чем мне. А поскольку накормить мужчину - святая обязанность женщины, со вздохом начинаю собирать малину не в рот, а на большущий лист какого-то растения. И в кого я такая ответственная?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
