торте, главным свидетелем будущего разбирательства должен был стать знаменитый Френсис Тич.
Легендарный пират, обласканный Домом Винчестеров, дворянин, плюс пара десятков его ближайших соратников, такие аргументы трудно перебить. Пропагандистская машина Британской Империи сделала этих людей героями, их путь каперов воспевали, правда умалчивая об откровенном пиратстве. В общем люди засвечены основательно, и только спешка могла заставить Адмиралтейство использовать столь спорные фигуры. Ко всему принц Михаил погрузил на транспорты-обманки грузы кланов Франции и Испании, что давало повод этим державам предъявить претензии Дому Винчестеров.
Светлейший князь уже вооружился уликами и готовил могучую претензию в Лигу Наций, при поддержке пяти стран, когда получил от принца Михаила еще один подарок. Лайми попались во Вьетнаме, причем на горячем. Несколько штатных субмарин и батискафов Роял Нави, без пиратских прокладок и прочих легенд, везли оружие и боевые артефакты. В руки безопасников короля Нгуен Хоанг-тонга попались протокола переговоров с кланами Сайгона, тайные соглашения, журналы переводов денежных средств и другие свидетельства подстрекательств против законного правителя. А шип-матка и вовсе оказалось настоящим кладом.
При этом Ханой был настроен максимально серьезно и стал буквально двигателем согласованного движения против произвола Британской Империи. Инцидент в Меконге стал последней каплей, камешком, вызвавшим лавину. К иску одно за другим стали присоединяться королевства Черного Континента, Азии и Европы. Те, кто раньше боялся поднять голову, громко заявили о своих обидах. Недовольство гегемоном переросло в массовый протест волну, которая грозила разрушить Владычицу Морей. Светлейшему князю Лопухину по факту оставалось лишь направить процесс в нужное русло, да расширить секретариат, дабы клерки успевали правильно оформлять претензии.
* * *
— Что установило следствие по Вьетнаму? — Генрих Винчестер был привычно хмур и колок, слишком много забот выпало на последние месяцы.
— Ваше величество, в первую очередь должен сообщить, что мы переквалифицировали дело. Если в начале речь шла о провале спецслужбами спецоперации в Сайгоне, то сейчас вынуждены констатировать признаки самоуправства, несанкционированного вмешательства в международные дела, сращивание отдельных структур на региональном уровне, что по совокупности дает нам право обвинить губернатора Сингапура в попытке узурпации власти в колонии и планировании отделения от Метрополии, — обстоятельно ответил Советник.
Старик не нашел прямых доказательств вышеуказанным выводам, однако был свято уверен в своей правоте и авторитетом заставил подогнать факты под выбранную версию. В этом возрасте, с опытом и огромной властью очень трудно поверить в ошибку и легко убедить других в непогрешимости. Да и версия, выдвинутая советником, устраивало многих, поэтому ее всячески поддержали. Несчастного сановника выбрали козлом отпущения, дабы списать на одного общие грехи…
— Где находится барон Клиффорд? — тут же уточнил Генрих Винчестер.
— С вашей санкции взят под стражу и вскоре окажется в лондонском Тауэре, — кивнул патриарх, а окружавшие вельможи невольно вздрогнули, как будто в теплом зале заседаний повеяло сыростью легендарных подземелий.
— Кто в столице прикрывал преступные замыслы губернатора? — сюзерен косо глянул на вассалов.
— Мы не выявили связи барона Клиффорда и функционеров столичного аппарата, — покачал головой старик, — Естественно присутствовало сотрудничество в рамках должностных полномочий, отношения между кланами и некие коммерческие проекты. Однако попытки распространить или оправдать сепаратизм не найдены, наоборот губернатор держал свои замыслы в строжащей тайне, посвящая исключительно сообщников на местах.
— Кто был вовлечен в заговор против короны? — насупился монарх.
— Глава местного представительства Форин Офиса, резидент Ми-6 в Юго-Восточной Азии, несколько высокопоставленных офицеров флота и армии, а также лидеры провинциальных кланов, — перечислил советник.
Список он согласовал, как с партией силовиков, так и с финансистами. Кукловоды решили принести в жертву несколько пешек, барон Клиффорд, как главный преступник, наводил тень на лорда-председателя и его сторонников, представители разведки и военные уравновесили потери обеих сторон.
— Центральный аппарат не виноват, однако все дружно проморгали предателей в своих ведомствах, — упрекнул император, — Избирательная слепота!
— Надо заметить, что губернатор Сингапура производил впечатление деятельного человека, где-то даже патриота. Свои действия он маскировал верностью трону и излишним рвением. Однако не забывал набивать карманы и подчинять себе органы управления колонией, — кивнул принципиальный патриарх.
По факту он оправдывал высших чиновников, которые, к слову, нашли к старику нужный подход. Речь ни в коем случае не шла о прямом подкупе, патриоты якобы пеклись об отчизне, а кризис в правительстве был несомненно на руку внешним врагам. Под этим углом можно было оправдать, что угодно.
— Хорошо, будем считать, что виновен один барон Клиффорд, — этой фразой Генрих Винчестер показывал, что понимает игру подчиненных. Провал его не радовал, однако он пошел на компромисс и принял жертву.
— Нам необходимо срочно поменять всю верхушку правления Сингапуром, объект стратегически важный и не может быть парализован безвластием, — робко озвучил насущный вопрос глава правительства.
— Представьте мне кандидатуры на утверждение, — равнодушно кивнул сюзерен и поднял новую тему, — Сейчас меня больше волнует возня в Лиге Наций. Чего добиваются эти жалкие черви?
— Ваше величество, вопрос гораздо серьезнее, чем кажется, противник воспользовался последними неудачами в Тихом океане, Средиземном море и Вьетнаме, дабы консолидировать против нас мелкие страны, — ответил глава Форин Офиса.
— И? — нахмурился император и процедил сквозь зубы, — Объясняю для непонятливых, меня интересует возня в Лиге Наций! Почему шум подняли именно в этой организации? Они не добьются компенсации или другого способа урегулирования, так как подобное вообще не предусматривается в формате международной структуры.
— Эээ… — растерялся дипломат, он, как и многие специалисты, варился в собственной сфере, а потому не мог посмотреть на ситуацию шире.
— Есть сигналы о том, что резолюция Лиги Наций станет основанием для вынесения претензий на площадку Совета Кланов, — директор Ми-6 поспешил продемонстрировать свою компетентность.
— А вот это уже больше похоже на план, русские и китайцы крайне прагматичны, они не станут просто так тратить ресурсы, — кивнул Генрих Винчестер.
— Если ведущие кланы двух десятков держав объявят прямую войну нашим Благородным Домам, то можем потерять опору трона, — поспешил с выводами лорд-председатель.
Всем было известно, что Генрих Винчестер, укрепляя личную власть, ослабил аристократов и соответственно усилил армию и флот. В принципе похожая тенденция развивалась в остальных государствах, однако в мелких деньги и сила все еще были в руках ноблей. Получился дисбаланс, Британская Империя в военном отношении была сильнее всех стран на планете, однако ее кланы таким тотальным превосходством не обладали. Если конфликт вынести в поле Кодекса Кланов, то Туманный Альбион мог серьезно пострадать.
— Ситуация критическая, какие меры противодействия предложите? — рыкнул Император.
— Можем назначить ответственными за пиратство наиболее сильные кланы, тогда члены коалиции просто испугаются объявлять войну, — тут же высказался глава Форин Офиса, — Особенно если ограничим юрисдикцию, например, по делу Сайгона будут выступать
