но народ пришел к выводу, что впрямь удалось найти лекарство. Ремиссия у всех, кто прошел лечение, в том числе и мой племяш… Он, кстати, говорил, что там, в центрах этих, до хрена алкашей и полубомжей было. Прикинь? Даже таких лечили…
— Скорее уж опыты ставили, — буркнул я, совершенно не верящий в благотворительность и добрых самаритян.
— Ну, неважно, — поморщился Дилик и пнул дергающееся тело, обмотанное тросом, — этот точно там был.
— Да с чего ты это взял?
— Таблетки! Точно такие же им всем выдали, чтобы эффект не пропал. Их надо пить ежедневно, и раз в неделю являться на осмотр…
Тут Дилик о чем-то задумался.
— Хм… Утром сестра звонила как раз, жаловалась, что Салгир, ну, ты его помнить должен, подрабатывал у меня тут, крышей поехал…
— Это как? — нахмурился я.
— Да хрен знает. Совсем плохой стал. Сестра говорит — глаза пустые, рычит, кусается. Но Салгир на наркоте никогда не сидел и водку не любил. Верно тебе говорю — лекарства эти так подействовали…
— Так и чего с ним дальше было?
— Да заперли его в комнате, скорую вызвали. А он в дверь побился-побился, а потом прыг в окно, и убежал. С третьего этажа то! Прикинь?
— Хрена себе… — изумился я, — а потом?
— Потом поймали с ментами. В дурку забрали… — вздохнул Дилик и перевел взгляд на «пленного». — Ладно, а с этим-то что делать будем? Таблетки не таблетки, а он охренеть какой странный и страшный…
— Да ментов ща вызову, пусть они разбираются, — ответил я.
— Давай его под навес оттащим, — предложил Дилявер.
— На хрена?
— Да негоже человека под открытым небом бросать. Замерзнет еще…
Я прикусил язык, едва не ляпнув, что ему как раз на холод плевать. Аргументов, почему пленника тащить не надо, я для Дилявера не нашел, имею в виду, правдоподобных аргументов, а не теорий про зомби. Так что пришлось помогать…
Я ухватил связанного за ноги, Дилявер за плечи, и мы быстренько перетащили его в угол, положив под навес рядом с умывальником. Надо заметить, что для столь тщедушного мужика он весил весьма изрядно, килограмм семьдесят точно. А на вид не скажешь…
А так мужик как мужик. Вот только глаза… Мать его, в бога душу мать! Его глаза вызывали по-прежнему много вопросов. Взгляд может и не осмысленный, но точно живому человеку принадлежать не может. Но и глазами мертвого человека это не назвать. Просто…не человеческие глаза это, и все тут.
Кстати, то ли мне почудилось, то ли сам себя накрутил, но когда он глядел на нас с Диликом, в них читалось только одно: голод. Он хотел сожрать нас обоих. Глядел и пускал слюни…
Оттащив пленника я облегченно выдохнул.
Фу-у-ух…с этим вроде разобрались. С тачкой тоже порядок…
Так, надо позвонить Аньке — она, может, чего знает — медсестра в местной больнице.
Мы с ней совсем недавно, даже не сказал бы, что у нас «роман». Так…присматриваемся друг к другу. Можно сказать, встречаемся. Бывает, она у меня остается, бывает я у нее. Но чаще все же у меня. Однако переезжать я к ней или она ко мне не собираемся. Даже разговора об этом нет. Такое, короче…предварительный букетно-конфетный период.
Позвоню ей — узнаю, как сама и что в больнице происходит. Сдается мне, там работы у них сейчас полно.
А потом надо Вовке еще набрать — наверняка новости у него есть.
Хотя очень хочется надеяться, что новостей нет.
Черт! Ну не хочу я никаких зомби-апокалипсисов, ну вот прям совсем не хочу! Только жизнь наладилась ведь…
Глава 4
Тучи сгущаются
Вова
Вова доехал до своего текущего места работы на «автопилоте». Спроси его — и он ничего не вспомнит о своей поездке. Будто время промоталось, пока ехал. Ничего не запомнил, настолько был погружен в мысли.
А все потому, что он размышлял над тем, что случилось. Точнее даже постоянно прокручивал в голове произошедшее.
Когда стресс от случившегося немного спал, а случилось это уже в дороге, Вова осознал, насколько глупо он действовал.
Даже если происходящее не было тем самым зомби-апокалипсисом, в который он до сих пор не верил, все могло обернуться очень плохо. Во-первых, тот тип мог его укусить, как случилось с похмельным. Во-вторых, лезть на него с голыми кулаками было еще более тупой идеей — а если бы в зубы попал и руку поранил бы? Тот же укус, получается. И что тогда бы было?
Вова притерся машиной к обочине напротив жилого дома, в подвале которого находился офис, но не спешил выходить.
Пронесшиеся в голове мысли и «отходняк» заставили его нервничать. Он сунул сигарету в зубы и подкурил ее, стараясь успокоиться.
Ой дурак, ой дурак… Нельзя так! Вот от слова совсем! Думать надо, что делаешь, а не вот так вот, лезть на амбразуру.
И с чего вообще полез, рыцарь всратый? Ведь даже в страйкболе не любил рисковать, а тут на тебе!
Сигарета, дотлевшая до фильтра, больно обожгла пальцы, и Вова, матюгнувшись, затушил ее в пепельнице, после чего заглушил двигатель и вылез из автомобиля.
Он огляделся по сторонам, убедился, что на улице никого подозрительного не было, после чего отправился к входу в офис.
* * *
В офис он попал без проблем, и в первую очередь отправился в свой кабинет, который делил как раз с той самой Аськой — менеджером по продажам.
— О! Вова! — едва он вошел, тут же оживилась она. — Ты не представляешь, какой у нас тут инцест случился!
— Эм…чего случилось? — Вова не удержался и растянул губы в улыбке.
— Инцест, — повторила Аська.
— Ась, может инцидент? — осторожно поинтересовался Вова.
— В общем, утром, когда все сползались в офис, недалеко от входа какой-то алкаш бродил. Все зашли нормально, а когда приехала Снежана Афанасьевна, этот тип к ней прицепился. Она от него отбилась, заскочила внутрь, но он ее укусить успел!
— Оп-па… — оживился Вова, — и что дальше?
Снежана — это как раз их главбух.
— Да ничего, — пожала аська плечами, — мужики тогда наши еще не успели прийти, а охранник, сам знаешь, не может выходить…
Вова кивнул. Охранник сидел в своей коморке за внутренней дверью и работой его было пропускать
