бедствие, способное при желании уничтожить половину империи.
— Твою мать, — поддержал Романова князь. — Но я бы не спешил делать подобные выводы. Потенциал не равно возможности высвободить его весь прямо сейчас. На данный момент Максим — самый слабый из четвёрки и не способен высвободить даже одного Рю. Всё же никто до этого его не обучал, в отличие от других детей.
— Твою мать, — подытожил император. — Единственное, что мы можем в данной ситуации, это обучить мальчишку использовать его силу. И то в тех рамках, что нам установил Благословенный.
— Возможно, нужно дистанцировать его от общества до того момента, пока не будут заложены основы контроля и управления силой? — спросил Донской.
— Исключено. Прошлый первый всадник оставил чёткие указания по поводу своего преемника. В них говорится, что нельзя его ни в чём ограничивать. Или вам напомнить, что стало с Сайберией, которая решила так поступить со своим первым всадником?
Никому напоминать не требовалось. Историю государств, уничтоженных обиженными всадниками, преподавали в старших классах обычных школ. А для аристократов и всех, кто имеет хоть какое-то отношение к управлению государством, этот курс являлся одним из основных.
— В общем, так. Давить на мальчишку и его семью нельзя. Он уже послал меня прямым текстом и сказал, что все мы больные на голову. Никакой он не первый всадник, а всё случившееся на Воробьёвых горах — дерьмовый спектакль. Что с нашими ресурсами, могли придумать что-нибудь более оригинальное.
— Ушёл в полную несознанку. Отрицание и гнев, — тяжело вздохнул Романов. — В Светлом сейчас больше моих агентов, чем жителей города. Туда мышь не прошмыгнёт без нашего ведома. С родителями связались и обрисовали им сложившуюся ситуацию. Пока от них никакого вразумительного ответа не было. Зато Ланские мне уже всю плешь проели со своим Лёней.
— Леонид не инициирован. У него вообще не оказалось предрасположенности к магии. Всё, что мы видели до этого — обманка, наложенная силой Симонова. Заклинание развеялось лишь спустя шесть лет после его смерти. Мне о таком только мечтать, — развёл руками Донской.
— Что остальные дети? Шуйскую нашли уже?
— Нашли. Вот только подобраться к ней смогли после суток непрерывной работы сразу трёх команд друидов и всего рода Шуйских. Инициация спровоцировала выброс жизненной силы, который привлёк всю живность с центральной части империи. Девчонка была счастлива. Периодически присылала своих новых друзей за едой и наотрез отказывалась отпускать их, как и возвращаться домой.
— Как же вы её вернули?
— А это не мы вернули, а Скворцова. Пришла и сказала, что теперь у них уже всё готово.
— Что именно готово? — с тревогой в голосе спросил император, на что Романов обречённо пожал плечами.
— Разрешите мне вернуться в академию? Что-то на сердце неспокойно стало, — спросил князь, невероятно резво выскочив из кресла, при этом опрокинув его.
Император медленно кивнул и проводил взглядом улепётывающего со всех ног мага, которому было уже под девяносто.
— И что я тебе плохого сделал? Ведь договаривались лишь о том, что сила первого всадника останется в империи, — спросил император, глядя куда-то в потолок.
* * *
Каждый в детстве мечтал стать волшебником и творить всякие чудеса.
Кроме меня…
Я, наоборот, всегда ужасался такой возможности. Особенно после того, как в прошлых жизнях начитался книг про всяких магов-попаданцев.
Где какой-нибудь супер-пупер-мега-ультра маг или даже бог попадает в тело калеки, последнего в роду, бастарда императора (нужное подчеркнуть) и обязательно должен мстить, устилая свой путь горами вражеских трупов.
Бред же.
Такого супер-пупер-мега-ультра мага пробьют при первой же встрече сильные мира, в который он попал, и будут жить себе спокойно.
Выдрать сорняк, как только он высунулся, и забыть о нём.
Вот и я теперь опасаюсь, что меня могут взять и прибить. И не только меня, но и родителей.
Кто?
Мне откуда знать?
Вон тот же император может прислать пару агентов Смитов.
Я прекрасно помню, как он смотрел, когда этот падлючий Благославенный указал своим пальцем и назвал меня первым всадником.
Мать его за ногу, ещё бы знать, что это значит.
Как я ни пытался найти хоть какую-нибудь информацию об этих всадниках — ничего не отыскал.
Максимум, что знаю — это четыре всадника апокалипсиса, и то это было в одной из прошлых жизней. В этом мире нет ничего подобного. Ни в религии. Ни в книгах.
Кто там был первым всадником?
Чума, вроде.
Или Завоеватель?
Или это вообще одно и то же?
Выходит, что я должен нести людям всякие смертельные болезни, типа той же чумы. И опять же в этом мире такой болезни вроде нет и не было.
Целители следят за этим строго и не допускают никаких пандемий. Здесь магия оказалась куда эффективнее простой медицины.
Если я Чума, то Мира, Гришка и загадочная Ленка — Война, Голод и Смерть.
Не, ну Гришке это имя точно подходит. Сколько его ни видел, постоянно что-то хомячит.
А вот та же Мира не показалась мне воинственной. Приставучая, навязчивая, не признаёт личных границ — это да. Но точно никакой агрессии. Да и что это было с музыкальным сопровождением?
Мира точно подпевала во время речи Благословенного. И Гришка гарантированно знал эту песню. Уверен, что продолжись праздник, и услышал бы ещё несколько композиций, которых в этом мире нет и быть не может.
Но всё закончилось сразу после того, как мы превратились в световые столбы. А точнее — фейерверком, в который превратилась фигура Благословенного Андрея.
Не могу не отметить, что это было по-настоящему круто. Настолько, что за все предыдущие жизни я не видел ничего более грандиозного.
Стоял и наблюдал с открытым ртом, как небо над столицей раскрашивается сотнями взрывов. В одной руке был рожок с двумя оставшимися шариками мороженого, во второй — очень интересный воздушный шарик, а сверху на меня снисподал золотой световой поток.
Словно прилетели зелёные человечки и решили прокатить меня на своей тарелке. Только никаких человечков не было. А как закончился фейерверк, исчезло и свечение. Причём оно на меня вроде никак не повлияло. По крайней мере, чувствую я себя так же, как и раньше.
Затем всё как-то быстро завертелось. Мира что-то начала говорить императору, пришли перепуганные мама с папой. У меня взяли пару волос, слюну и несколько капель крови, а через несколько часов мы уже были дома.
Дело было в субботу, а сейчас уже вечер воскресенья, и никто из домашних даже не заикался о произошедшем.
Я — из-за того, что не хочу принимать тот факт, что реально стал магом. А
