— Слушай, Бриттани, мы никогда не будем друзьями, но дай мне сказать кое-что, неважно насколько отвратительно Алекс вел себя по отношению к тебе сегодня, он не настолько плох, как все думают. Он даже не настолько плох, насколько хотел бы казаться.
И прежде, чем я могу задать еще один вопрос, Изабель возвращается обратно в строй.
Полтора часа спустя, мы все измотаны и раздражены, наша тренировка закончена. Я подхожу к взмыленной Изабель и похвалить ее за отличную работу на тренировке.
— Правда? — Спрашивает она удивляясь.
— Ты очень быстро все схватываешь, — отвечаю я. И это правда. Для девчонки, которая не пробовалась в группу поддержки первые три года старшей школы, она догоняет все очень быстро.
— Именно поэтому мы поставили тебя в первый ряд.
Изабель открывает рот от изумления, интересно, верила ли она слухам обо мне. Она права, мы никогда не будем друзьями, но и врагами тоже.
После тренировки мы с Сиеррой идем к машине, она, не переставая, переписывается смсками со своим парнем Дугом.
Я замечаю бумажку, воткнутую в один из дворников моей машины. Достав ее оттуда, я понимаю, что это синий билет на отработку наказания Алекса. Смяв его в руке, я заталкиваю его в сумку.
— Что это было? — спрашивает Сиерра.
— Ничего, — отвечаю я, надеясь, она поймет подтекст того, что я не хочу об этом говорить.
— Подождите, девчонки, — кричит Дарлин, подбегая к нам. — Я видела Колина на футбольном поле. Он просил подождать его.
Я смотрю на часы, уже почти шесть и я хочу пораньше попасть домой, чтобы помочь Багде приготовить ужин для моей сестры.
— Я не могу.
— Дуг только что прислал мне смс, — говорит Сиерра. — Он приглашает всех к нему домой есть пиццу.
— Я могу пойти, — отвечает Дарлин, — мне ужасно скучно, Тайлер вернулся в Пурдю, и я, скорее всего, не увижу его несколько недель.
Продолжая писать смс, Сиерра интересуется.
— Я думала, ты собиралась поехать к нему на выходные.
Подбоченившись, Дарлин отвечает.
— Так и было, пока он не позвонил и не сказал, что всем новичкам ради принятия в братство прийдется ночевать в каком-то доме для прохождения обряда инициации. До тех пор, пока пенис Тайлера остается в целости и сохранности, я счастлива.
При упоминании пениса, я ищу ключи в своей сумке. Когда Дарлин заводит разговор о пенисах и сексе, лучше тикать, потому что она никогда не остановится. И по причине того, что я не собираюсь обсуждать с ними эту сторону моей жизни (или точнее отсутствие таковой), пора уходить. Идеальное время для побега.
Когда я, наконец, вылавливаю ключи из сумки, Сиерра говорит, что ее заберет Дуг, поэтому по дороге домой я одна. Мне нравится быть одной. Не надо ни перед кем притворяться, могу даже врубить музыку, если захочу.
Только начав наслаждаться музыкой, я чувствую, как вибрирует мой телефон. Достав его из кармана, вижу два голосовых сообщения и одну смс, все от Колина. Звоню ему на сотовый.
— Брит, ты где?
— По дороге домой.
— Приезжай к Дугу.
— У моей сестры новая сиделка, — отвечаю я. — Нужно помочь ей.
— Ты все еще сердишься, что я наехал на твоего бандитского партнера по химии?
— Я не сержусь. Мне просто неприятно. Я сказала, что сама разберусь, а ты абсолютно меня проигнорировал. И еще устроил эту сцену в коридоре. Ты знаешь, что я не напрашивалась к нему в партнеры, — говорю я Колину.
— Я знаю, просто я ненавижу этого придурка. Не сердись.
— Я не сержусь. Мне не нравится, что ты взбесился безо всякой причины.
— А мне не нравится, что этот урод что-то говорил тебе на ухо.
Я почувствовала приближающуюся головную боль. Мне совсем не нужно, чтобы Колин устраивал сцену, каждый раз как какой-нибудь парень всего лишь заговорит со мной. Раньше он так себя не вел, а это открывает возможность сплетен обо мне, то, чего я совсем не желаю.
— Давай просто забудем, что это произошло.
— Я согласен. Позвони мне вечером. А если сможешь, приезжай к Дугу, я буду там, — говорит Колин.
Приехав домой, я нахожу Багду в комнате Шелли на первом этаже. Она пытается сменить специальное непротекающее нижнее белье Шелли, которая при этом находится абсолютно в неправильной и неудобной для этого позе. Багда кряхтит и вздыхает, как будто это самое сложное, что ей приходилось делать в жизни. Читала ли моя мать вообще ее резюме?
— Я сделаю это, — говорю я, отодвигая ее в сторону и принимаясь за дело. Я меняла белье моей сестры с тех пор как мы были детьми. Это совсем нелегко, менять белье на человеке, который весит больше тебя, но если знать, как это делать правильно, это не превращается в длинный и муторный процесс. Шелли широко улыбается, когда видит меня.
— Бииви, — моя сестра не может произносить слова целиком, поэтому она использует созвучия. "Бииви" означает "Бриттани", я улыбаюсь ей в ответ, меняя ее положение на более удобное.
— Привет, девочка моя, ты уже проголодалась? — говорю я, вытаскивая влажную салфетку из пачки и пытаясь не думать о том, что я делаю. Багда наблюдает со стороны, как я натягиваю на Шелли новую пару белья и спортивные штаны. Я пытаюсь объяснять, что я делаю, но один взгляд на Багду дает мне понять, что она меня не слушает.
— Твоя мама сказала, что я могу уйти, когда ты приедешь, — говорит она.
— Хорошо, — отвечаю я, моя руки. И прежде чем успеваю опомниться, Багды уже нет.
Я качу Шелли в ее коляске на кухню. На нашей обычно чистенькой кухне царит абсолютный бардак. Багда не вымыла тарелки после обеда, и они теперь возвышались горой в мойке. К тому же, она даже не потрудилась протереть пол после реакции Шелли на ее обед.
Я готовлю ужин сестре и вымываю все вокруг.
Шелли печатает слово "школа", которое в итоге звучит как "кола", но я понимаю, что ее интересует.
— Да, сегодня был мой первый день в школе, — ставя перед ней тарелку с измельченной в блендере едой и, запихивая первую ложку ей в рот, продолжаю:
— Моя учительница химии, должна быть надзирателем в какой-нибудь школе для трудных детей. Я просмотрела расписание, эта дамочка не сможет прожить и недели, чтобы не втиснуть тест или контрольную. Этот год не будет легким.
Моя сестра смотрит на меня, пытаясь разобрать мои слова. Выражение на ее лице дает мне понять, что она поддерживает и понимает меня без необходимости что-то говорить. Потому, что каждое, произнесенное ею слово, это пытка. Иногда мне просто хочется произносить эти слова за нее, я чувствую ее раздражение, как будто оно мое собственное.
— Тебе не понравилась Багда? — спрашиваю я.
Она качает головой. И она не хочет говорить об этом, я вижу это по тому, как она сжимает рот в тоненькую линию.
