его подчиненный. Разве не забавно? Ха-ха-ха-ха-ха.
В мгновение взгляд председателя Джина похолодел, а от улыбки на лице не осталось и следа.
– И все же тебе с моей дочерью не по пути, – отчеканил он.
Вот оно. То, ради чего председатель и позвал Сонхуна. Но тот уже был готов. Он ждал этих слов с самого начала, поэтому ни один мускул на его лице не дрогнул.
– Хотя я бы мог подумать, окажись ты у меня в штате, секретарь Чха.
– Если вы хотите, чтобы мы расстались, боюсь, выполнить вашу просьбу будет проблематично, – спокойно ответил Сонхун.
– Почему же?
– Мы с Джин Ёнсо все еще находимся в отношениях, и до сих пор не случалось обстоятельств, из-за которых мы могли бы разойтись.
– Вот как?
Председатель Джин широко улыбнулся и откинулся на спинку дивана.
– Но теперь-то есть кое-что. Появился человек, который встанет у вас на пути, а?
– Мне очень жаль, председатель, но я не собираюсь расставаться с Ёнсо.
– Ты меня не понял, секретарь Чха. Здесь важно не твое намерение расстаться, а причина, по которой ваш разрыв неизбежен. – Председатель Джин горько усмехнулся. – Круглый сирота, выходец из ничем не примечательной семьи, да еще и родственников состоятельных нет. К тому же занимаешь малоприятную должность, на которой убираешь чужое дерьмо. И как кто-то вроде тебя осмелился нацелиться на мою дочь?
– Я не нацелился. Мы уже встречаемся.
Звяк!
Хрустальный бокал влетел в стену напротив кресла и разлетелся на множество маленьких осколков.
– Наглец! Не смей мне дерзить!
– Прошу прощения, если я показался излишне самоуверенным.
– Не показался. Ты слишком много на себя берешь, Чха Сонхун. Думаешь, раз ты общаешься с высокопоставленными людьми, ты что-то собой представляешь?
– Я никогда так не думал, – возразил Сонхун.
– Догадываюсь, что нашла в тебе моя дочь, – уже менее надрывно продолжил председатель. – Но свидания и брак – совершенно разные вещи. Не знаю, как в других семьях, но в нашей это прекрасная возможность расширить связи и укрепить власть. А тут вдруг явился ты и встал у меня на пути.
– Повторюсь: я не стою ни у кого на пути. Мы с Ёнсо просто встречаемся. И если что-то пойдет не так или наши чувства друг к другу остынут, мы расстанемся.
– А если отношения будут только крепнуть, а чувства разгорятся с новой силой?
– Тогда я приду к вам снова.
– Уа-ха-ха-ха-ха-ха-ха!
Председатель Джин громко расхохотался.
Но вскоре его взгляд снова заледенел. Вот уж точно, этого господина бросает то в жар, то в холод за доли секунды.
– Хочешь, чтобы я ждал, пока ты бросишь мою дочь?
– Нет, пока я не заберу…
– Ждать, пока ты ее не заберешь?
– Да, когда придет время, мы с вами снова встретимся.
– А что? Пока не хочешь жениться? Натворил дел, а под венец идти боишься? Или ты еще не смог вытрясти достаточно денег из моей наивной дочери?
– Мы просто еще не поднимали тему брака. Я встречаюсь с Джин Ёнсо не потому, что мне нужны деньги или что-то в этом роде.
– В этом-то и проблема! – воскликнул председатель Джин и стукнул кулаком по столу. – Почему ничего такого в тебе нет? Если мужчина решил соблазнить женщину из такой престижной семьи, у него должны быть хоть какие-то мотивы! Я сразу тебя разглядел! У тебя ни амбиций, ни стремления к власти! У тебя нет ни-че-го! Кому-то вроде тебя я свою дочь не отдам!
Да, Сонхун и сам знал, что разговор этот ни к чему не приведет.
– Расстанься с ней, – твердо заявил председатель.
– Я не собираюсь этого делать, – не менее твердо ответил Сонхун.
– Вот как? Значит, придется мне самому поговорить с дочерью?
– Мне бы не хотелось, чтобы вы ранили Ёнсо.
– Так, значит? Тогда давай заключим сделку. – Председатель Джин улыбнулся. – Я не стану ранить дочь, а ты с ней расстанешься.
Сонхун на мгновение нахмурился, а затем ответил:
– Но ведь и то, и другое ее ранит.
– Верно. Моя дочь была обречена страдать, как только встретила тебя. Сомневаюсь, что ты вообще испытываешь к ней какие-то сильные чувства. Любил бы – отпустил бы сразу.
– Я сожалею об этом. Но…
– Никаких «но»! – гневно возразил председатель Джин. – Ты должен расстаться с Ёнсо. Хоть она и работает, но живет за счет моих кредиток. Если она выйдет за тебя, думаешь, сможешь потянуть ее расходы? Допустим, какое-то время ты продержишься, но в конце концов моей дочери осточертеет жизнь в нищете. Вы оба станете несчастными и будете постоянно ссориться, то и дело думая о разводе… А если все же решитесь разойтись? Тогда моя дочь станет разведенкой. Если ты бросишь ее вот так, тебе точно конец. Так что лучше вам расстаться сейчас – пока ты еще жив, а моя дочь не стала разведенкой.
– Хорошо, – твердо ответил Сонхун и пристально посмотрел на председателя Джина. – Сколько вы можете мне предложить?
* * *
Хари была в отчаянии. Все ее мечты о том, чтобы соблазнить Тхэму во время их «тренировочных» свиданий, в одночасье разрушились. А ведь она еще даже не воспользовалась проверенными «техниками тела» Ёнсо, которые «хороши и для него, и для нее». Что ж, придется прибегнуть к последнему средству. Хари уже придумала, как будет преследовать Тхэму с требованием нести ответственность за поцелуй, как это делал он сам, но все превратилось в пыль.
Еще большее отчаяние вызывало то, что Хари до сих пор толком не знала, какой человек этот Кан Тхэму и как ей с этим незнанием предстать перед его дедушкой. Хари должна была произвести на председателя неизгладимое впечатление и очаровать его, чтобы у того и мысли не возникло о том, чтобы подыскать другую невестку. Но как это сделать, Хари не имела ни малейшего понятия.
– Какой человек ваш дедушка?
Голос Хари звучал довольно уверенно, хотя внутри у нее был хаос.
– Как знать… – ответил Тхэму, и казалось, он скажет что-то еще…
Но он больше ничего не добавил.
«Может, повторить вопрос?»
Но Хари быстро отмела эту идею. Она показалась ей несколько странной. Неужели этот мужчина совсем не понимает, насколько она нервничает сейчас?
– Может, нужно что-нибудь купить? – не сдавалась Хари.
– Не стоит, – буднично отмахнулся Тхэму.
– И все же, если вы скажете мне, что он любит, я схожу и…
– Нет, – прервал он ее. – У вас есть все, что нужно.
– Но все же…
«Президент! Разве не должна я сделать хоть что-то?»
Хари нервничала все сильнее.
– Дедушка, – внезапно начал Тхэму и посмотрел на Хари, словно получив какой-то сигнал извне, – не любит,
