единственное, что они выращивают — овцы. Да и не они. Люда на их Землях. А они им обеспечивают безопасность.
— То есть, это баранина? — переспросила, чтобы наверняка убедиться.
— Не знаю о чем ты опять, это овца, — пояснила, как смогла женщина.
— А это что? — подцепила нечто ложкой в своей тарелке.
— Мозг овцы, ты же головой стукнулась, тебе надо поправить свои силы! — радостно затараторила мать.
В голове мелькнула мысль, что только что мой мозг сравнили с мозгом овцы. Но эта мысль быстро улетучилась, так как к горлу подступила тошнота. Я заметалась в поисках выхода из дома. Мне срочно было нужно выйти на улицу. И я таки нашла дверь. Бежала, зажав рот руками, чтобы оказаться подальше от крыльца и никого не смущать своим позывом. Но бегство длилось недолго. Я врезалась во что-то твердое головой, отскочила, как мячик от стены, зашаталась, и чуть было не упала. Но сильные руки удержали меня за предплечья. Вздернула голову и встретилась с изучающим взглядом карих, почти черных глаз умопомрачительно красивого мужчины, чьи черты мне казались знакомы. Чуть передернула плечами, так как во мне происходило сразу очень много противоречивых процессов. С одной стороны меня охватил восторг от красоты, предстоящего передо мной человека, с другой, от холода, что начал пробирать до костей, утих, вынудивший покинуть дом, позыв, и опять кружилась голова от столкновения с чешуйчатой металлической одеждой, что красиво блестела на груди мужчины, удерживающего меня от падения.
— Вы совершенно безрассудны, — прозвучал властный, но такой пленительный голос, — голову надо беречь. Она вам может пригодиться.
— Стехана! — послышался со спины голос матери, — Дочка. Куда же ты! Да еще и раздетая. О, мой Господин! — уже было обращение не ко мне.
Опять вскинула взгляд на мужчину. На его лице не дрогнула ни одна мышца от такого, на мой взгляд, одиозно-гротескного обращения. Меня еще раз передернуло.
— Кремлина, она дрожит! — обратился к матери ее работодатель.
— Простите, Великий Повелитель, я недоглядела. Я прошу вас, пойдемте в дом, — стала оправдываться женщина.
Я не поняла, почему она это делает. Ведь сейчас она не на работе, и ее семья — это только ее дело. Умру я или останусь жить, какое дело этому мужчине?
* * *
«Стерва»
— Господи, дочка, что же с тобой? — как только мы оказались внутри дома, мне на плечи легла тяжелая и теплая шкура с очень длинным и мягким ворсом.
— Кремлина, я настаиваю, чтобы ты лучше смотрела за ней, — уже не обращая никакого внимания на меня, по- хозяйски вел себя мужчина.
— Простите. Я не ожидала, что она выбежит. Я буду смотреть за ней тщательнее. Прошу, не гневайтесь, мой Повелитель, — продолжала достаточно достойно, но все же такими словами, от которых у меня переворачивалось все внутри, мать.
— Я опять спасаю ее, а у меня есть другие дела! — никак не мог унять свое тщеславие бесспорно красивый, но порядком, на мой взгляд, зарвавшийся мужик.
— Сейчас в чем спасение? Что я об вас ударилась головой? — постаралась максимально, как мне казалось на тот момент, вежливо поставить гостя на место.
Лицо матери вытянулось и стало бледным. А глаза ее расширились, и выражали максимальную растерянность.
— Ели бы ты не разгуливала по морозу голая и смотрела куда бежишь, то не тукнулась, хотя не известно, что для тебя лучше, стукнуться невменяемой головой, чтобы мысли встали обратно, или бежать без оглядки по морозу и застыть.
— Я не ожидала, что вблизи нашего дома будет находиться кто-то незваный и нежданный, — продолжила препираться.
— Стехана! — завопила истерично мать, — Ваше Великолепие, мы вам безмерно рады. Вы наш самый желанный гость. Вы наш Властитель.
— На колени не упасть и головой об пол не надо биться? — не выдержала и съязвила я.
— Надо будет, и упадем, — прошипела на меня женщина.
— В твоем случае, ты и так головой больная! — усмехнулся мужчина, явно прибывая в неизгладимом шоке.
Я хотела сказать еще хоть что-то, потому что внутри бушевал ураган эмоций. Меня просто затрясло от негодования. Но в этот момент я почувствовала, как меня с невероятной силой тащат по коридору в мою комнату.
— Простите, — в этот момент выкрикивала мать, — Я прошу вас, не слушайте ее. Она пока не в себе. Она только очнулась. И пока слаба умом.
От последних слов я совсем впала в ярость. И стала вырываться из рук странной женщины. Но та была очень сильна. Толчок. И перед моей дверью захлопнулась дверь. И как я не пыталась ее открыть, у меня ничего не получалось. Поэтому только и оставалось пытаться расслышать что-то за толстым деревянным полотном. Но это было практически невозможно. Когда голоса стихли, дверь легко поддалась мне. И я вышла обратно к людям. Но в комнате с большим столом сидела только Кремлина.
— Что это было? — с претензией спросила у нее.
— Это я должна спрашивать! — прибывая в ярости, причем не меньшей, чем я некоторое время назад, спросила женщина.
— Почему ты так перед ним приклоняешься? Где твое достоинство? — спросила на той же ноте.
— Потому что это наш Повелитель! Потому что мы принадлежим ему! Все здесь принадлежит ему! — заорала на меня она.
— В смысле принадлежим? — как громом пронзила меня информация.
— В каком смысле еще могут принадлежать люди, рожденные, опекаемые, оберегаемые, живущие на землях Дракона? Всецело, Стехана! Мы принадлежим ему ВСЕЦЕЛО. Ты — достояние его земель. И он забоится о тебе. Он потратил очень, слышишь, очень много сил, чтобы исцелить тебя. Он три дня не мог перевоплотиться и летать! Он затратил на тебя самое ценное, что есть у Дракона — энергию. И да, он имеет право после этого поинтересоваться как ты, он заинтересован, чтобы ты была жива, и чтобы ты была способна к размножению. Потому что это возможность увеличить количество людей на его земле. И я молила все силы: Вышние и Низшие, чтобы ты не брякнула ему про Нагов, про то, что ты не будешь выходить замуж, и все то, что ты сказала нам с братом.
У меня в голове плохо усваивалась информация. Но я твердо поняла одно — я принадлежу этому мужчине, как его меч или другой предмет, я отношусь к нему, как любая вещь. Я по иерархии наравне со стулом или той шкурой, что лежала у меня на плечах. И от этого мне хотелось выть, волчицей выть от отчаянья и боли.
Глава 6
Радигост
«Что это было?» — только и крутилось у меня в голове, пока
